А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице выложена электронная книга Бог сумерек автора, которого зовут Глуховцев Всеволод. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Бог сумерек или читать онлайн книгу Глуховцев Всеволод - Бог сумерек без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Бог сумерек равен 196.21 KB

Бог сумерек - Глуховцев Всеволод => скачать бесплатно электронную книгу




«Бог сумерек»: АСТ; М.; 2003
ISBN 5-17-018648-7
Аннотация
«Книга тысячи времен» – легенда черных магов, открывающая, как говорят, доступ в параллельные миры… Книга, за которой охотится таинственное охранное агентство «Геката».
Половина парней из «Гекаты» частично зомбирована – и давно уже забыла само понятие «страх». Половина – навидалась уже такого, что не побоится теперь самих демонов Ада.
И ежели единственным полным экземпляром «Книги тысячи времен» владеет Бог сумерек из иной реальности – значит это просто новое задание. А задания парни из «Гекаты» привыкли выполнять…
Всеволод ГЛУХОВЦЕВ, Андрей САМОЙЛОВ
БОГ СУМЕРЕК
Часть первая. ЦЫГАНСКИЕ ГОСТИ
ГЛАВА 1
Бойцу охранного агентства “Геката” Игорю Артемьеву, несшему дежурство в Центральной городской библиотеке, всегда занятно было наблюдать, как это огромное здание пустеет перед наступлением ночи.
В 20:15 негромко звенел первый звоночек, напоминающий читателям, что у них остается полчаса. Тогда, согласно инструкции, Игорь проверял все свое снаряжение, докладывал по рации, что он на месте, и занимал позицию внизу центральной лестницы, меж двух кабинок с бабульками-контролершами. Он знал, что в эти минуты там, наверху, на втором и третьем этажах, помещение медленно наполняется оживлением и шумом. Работники читальных залов вежливо предупреждают посетителей о том, что библиотека скоро закрывается, – и вот уже некоторые спешат к окошкам сдачи книг, чтобы потом не топтаться в очереди. Повсюду слышатся глухие хлопки закрываемых томов, скрип стульев, шарканье подошв, кашель, неразборчивые голоса.
Еще через несколько минут первые уходящие показывались на лестнице. Привычным движением поправив; ремень с амуницией – дубинка слева, пистолет справа, – Игорь выходил на место, спиной к выходу, лицом к лестнице, и внимательно наблюдал за спускающимися вниз людьми.
Вроде бы пустяковое, занятие это требовало, однако, изрядного напряжения. Народу становилось все больше и больше – только что были единицы, а вот уже валом валят, и у обеих кабинок вытягиваются хвосты очередей, а сверху уже доносятся шлепки тряпок и яростное шорканье – уборщицы торопятся побыстрее закончить обязательную влажную уборку.
В 20:30 звенел второй звонок, и он уже казался не таким деликатным, как первый, а звучал вполне по-деловому, без церемоний: ну, мол, давайте поживей, будет. И после него шум и поток уходящих достигали апогея.
Вот это был очень интересный момент, странно волновавший Игоря, хотя он и не мог объяснить себе этого волнения. Краткое, судорожное вскипание жизни перед тем, как все замрет, – вот что было странным. Игорь не ослаблял внимания, держа под контролем обе кабинки, в которых бабульки шлепали и шлепали резиновыми штам-пиками по контрольным листкам, – а странное чувство было где-то в глубине. Оно не было неприятным, но и приятным назвать его тоже было нельзя; оно было странным, вот и все.
И еще диковинно было видеть, как этот людской прилив быстро спадает. Минут пять – и поток редел, очереди таяли. Люди пока оставались, но сверху уже почти никто не шел, еще немного – и вот спешат последние читатели.
И тогда раздавался третий звонок. Этот уже звенел спокойно, как бы подтверждая: ну, вот и все. Теперь сверху никто не шел, а те, кто только что спешил, были уже у самых будочек, и вот аккордные удары штампиков: хлоп, хлоп – и тишина. Еще несколько раз с протяжным скрипом отворялась дверь. Наконец, она тяжко бухала за последним уходящим посетителем. Все. После этого охраннику полагалось выждать три минуты и отрапортовать по рации: “Поток прошел”. В ответ на это на центральном посту иногда интересовались какими-нибудь пустяками, но чаще ничего не спрашивали, а сразу командовали: “Приступайте к обходу!”
Прежде чем отмечаться, Игорь осмотрелся, бросил взгляд наверх и спросил:
– Ну что, Антонина Степановна? Валентина Васильевна? Порядок?
И улыбнулся: сам знал, что порядок, но подстраховаться не мешает. Армейская выучка: Игорь служил командиром взвода разведроты, а там учили так учили. Он достал рацию из нагрудного кармана, нажал кнопку и негромко произнес в микрофон:
– Первый, ответь двенадцатому. Где-то щелкнуло и тут же отозвалось:
– Двенадцатый!.. Двенадцатый на связи, Владимир Николаевич, – торопливо доложил голос.
Игорь приподнял брови. Владимир Николаевич? Неужто это Богачев, вице-командор?.. Интересное кино…
– Кто там? – спокойным тоном спросил вдалеке неведомый Владимир Николаевич. Голос поспешно подсказал: “Артемьев, новенький…” – после чего Владимир Николаевич столь же спокойно заметил: “Вот как?”, – и взял трубку.
– Артемьев?
– Я!
Да это действительно Богачев! Впрочем, своего удивления Игорь никак не выразил.
– Как у тебя там дела обстоят?
– Странный вопрос.
Игорь непроизвольно пожал плечами:
– Да нормально… Последние вышли. Подождал три минуты и вышел на связь. По инструкции.
– Так, – сказал Богачев. И повторил зачем-то: – Так… Ладно. Сейчас обход?
– Так точно.
– Угу… Когда выход на связь?
– Плановый – через полчаса, экстренный – по обстановке.
Что за чушь, проверка, что ли?.. Да уж больно топорно все, могли бы и посложнее вопросы отыскать…
– Н-ну хорошо, – как-то помедлив, отозвался Богачев. – Давай служи. Конец связи.
Игорь аккуратно опустил рацию в карман. “Чудеса”, – подумал он и объявил старушкам:
– Я на обход! – И они согласно закивали седенькими головенками.
Конечно, один он не справился бы с обходом, тем более с осмотром такого огромного здания, но это делали и дежурные по залам, и те, кто работал в книгохранилищах и каталогах, и даже уборщицы: все они обязаны были сообщать охраннику обо всем подозрительном. А кроме того, Игорю просто нравилось ходить по почти затихшим коридорам, тускло освещенным старыми круглыми плафонами, заходить в пустые залы, проходить по ним, озирая ряды столиков с погасшими лампами, слушать, как скрипит паркет под ногами.
Отчетливо щелкали выключатели, и этажи здания погружались в полумглу, а в долгих коридорах без окон и вовсе становилось темно. Уставшие за день сотрудники все делали едва ли не бегом: скорей, скорей домой!.. И только он один, Игорь Артемьев, невозмутимый как центурион, вышагивал по лабиринтам коридоров, переходов, лестниц, кивая в ответ на поспешные последние сообщения о том, что все нормально, окна все закрыты, никаких подозрительных предметов не обнаружено… все как всегда.
Особенно занимал его четвертый, последний этаж. Тот был меньше остальных: такая надстройка, мансарда, что ли. В ней располагались зал особо ценных, редких и старинных единиц хранения (для доступа в который требовался специальный допуск) и служба главного инженера: помещения со всякими техническими штуковинами типа барометров, термометров, психрометров; стояли там какие-то лаборантские шкафы с сосудами причудливой формы, и вообще было таинственно и внушительно. Здесь, на четвертом этаже, чувствовался дух настоящей науки, возвышающейся над мелочностью земной суеты.
Здесь и всегда-то было малолюдно, и люди все были негромкие, солидные. А теперь лишь дежурная особого зала, позвякивая связкой ключей, запирала высокую двустворчатую дубовую дверь и набирала известный только ей шифр на панели электронного замка. Короткий зуммер, щелчок – и, бегло улыбнувшись Игорю на ходу, она проходила через вестибюль к лестнице и начинала спускаться к выходу. У Игоря это вызывало ассоциации с капитаном, покидающим корабль последним.
Но вообще-то последним шел вниз он сам, Артемьев. Он нарочно выжидал на четвертом этаже, стоя возле окна торцевой стены. Оно выходило на соседний двор, старый, густо заросший давным-давно одичавшими яблонями, сиренью, бузиной и шиповником. Дальше была видна улица в перспективе, а так как здание библиотеки стояло на возвышенности, то обзор из этого небольшого окна открывался чуть ли не на полгорода. Особенно хорош был этот вид в дождь: тогда город казался плывущим сквозь призрачный туман… а откуда и куда, не ведал никто.
Выждав немного, Игорь, на этот раз уже совсем один, шел вниз по гулким помещениям под сводами высоких потолков. Шел спокойно и уверенно, шум его шагов разносился далеко, и когда он выходил на парадную лестницу, все уходящие, сами не замечая того, поворачивали к нему головы. А он ступал размеренно, чуть-чуть рисуясь: молодой, рослый, стройный, плечистый, да еще со всеми боевыми наворотами. Он, конечно, выглядел эффектно и знал это.
Теперь полагалось принять под роспись у всех ключи. Приученные к порядку библиотечные делали это споро, и процедура занимала не больше пяти минут. Каждый ключ вешался на свой крючок в железном ящике, после чего сдающий расписывался в журнале. По завершении этой процедуры охранник закрывал и опечатывал ящик.
Сдача ключей подходила к концу, когда входная дверь шумно распахнулась: явился дежурный сигнализаторщик Александр Павлович Кореньков, или просто Палыч – оживленный и чуть поддатый.
– Здорово, бабы! – радостно заорал он от самой двери, вздымая руку подобно памятнику. – Здорово, охрана!
Сияя, Палыч шел прямо на Игоря, издалека протянув руку для приветствия, – невысокий, плотный, почти квадратный. Здоровье у него было, видимо, железное, потому что он ничем никогда не болел и казался куда моложе своих сорока с хвостиком лет.
Игорь усмехнулся, качнул головой, встал навстречу Коренькову. Тот шутливо размахнулся, крепко хлопнул ладонью по широкой сильной ладони молодого человека.
– Держи, охрана! – и обратился к женщинам:
– Н-ну-с, дамы, как рабочий день сегодня прошел? Как потрудились?
Много шума исходило от Палыча, ничего не скажешь. Женщины к нему, впрочем, привыкли, и никто на его вопросы не отвечал, да он и сам, не дожидаясь ответов, протиснулся между Игорем и шкафом в глубь комнаты, к пульту сигнализации.
Игорь повернулся к нему спиной и принялся дальше разбираться с ключами. Стол принял, в журнале расписался – вот и все дела.
– Все? Никого больше не осталось? – спросил Игорь, хотя и так было ясно, что никого.
Он захлопнул створки шкафа и уже закрыл его на замок, как вдруг Палыч сзади сказал озадаченно и совершенно трезвым голосом:
– Что за черт?.. Игорек, ты сегодня днем ничего такого не замечал?
Игорь с удивлением обернулся.
– Чего – такого? Да ты что, Палыч, я ведь на ночь заступил, с восьми часов. Ну, с двадцати ноль-ноль.
– А, точно. Хм! А кто днем дежурил?
Игорь подошел к пульту. Он ничего не понимал в этих лампочках и тумблерах, но было ясно, что произошло нечто.
– А что случилось?
– Да не врубается сигнализация. – Палыч почесал живот. – Похоже, что предохранители полетели… где-то.
– Так замени.
– Да так-то оно так… – протянул Кореньков с непонятной интонацией. – А ты днем точно ничего не заметил?
– Да Палыч! Я ж тебе русским языком говорю: только заступил! Час назад.
– Тьфу! Зараза… Извини, Игорек, память дырявая. Старость – не радость.
– Ну а ты, Палыч, прямо дед столетний…
– Игорь, мы пошли! – окликнул уже от дверей кто-то из женщин. – Закрывайся.
– Идите, идите, я закрою… Так что делать-то будем, Палыч?
– Сейчас, – буркнул Кореньков и сунулся в стоявшую рядом тумбочку, где у сигнализаторщиков хранились все их прибамбасы. Опустившись на корточки, Палыч торопливо повозился там, звякая чем-то металлическим, потом распрямился, зажав что-то в правом кулаке.
– Сейчас, – повторил он. – Сейчас я, погоди-ка…
И стремительно выбежал из дежурки и пустился опрометью вверх по лестнице, так что Игорь и глазом моргнуть не успел.
– Э, Палыч! – воскликнул он, ошеломленный. – Ты куда?!
Но тот уже скрылся в потемках второго этажа. Игорь вторично за этот вечер пожал плечами. Посмотрел на часы: пора было выходить на связь. И в тот же миг рация сама затрещала.
– Двенадцатый на связи, – сказал Игорь.
– Артемьев! – сердито крикнуло в телефоне. – Ты что же это, ёп… Где тебя черти носят?
– Вот только взялся за рацию, и вы звоните, – объяснил Игорь.
– Только взялся… – передразнил голос. – Значит, пораньше берись!
– Буду пораньше браться, – сказал Игорь бесстрастно.
Тому, кто знал Артемьева, этот чересчур ровный тон показался бы подозрительным. Но дежурный центра связи не знал его вовсе – в “Гекате” рядовых бойцов было больше тысячи, а Игорь к тому же недавно работал.
– Ладно, – произнесла рация. – Как там у тебя?
Что подтолкнуло Игоря не сказать о сигнализации – он и сам не понял.
– Нормально, – так же ровно ответил он, – провожаю персонал, двери закрываю.
– Ага, – сказал голос, и тут же где-то рядом с ним загомонили невнятно другие голоса, и первый с досадой отмахнулся от них: – Да подождите вы!.. Это я не тебе, – буркнул он Игорю. – А тебе… Чего?.. Это опять не тебе… А, ладно! Все, давай, Артемьев, через полчаса чтобы был на связи, как огурец. Понял? Давай!
И отключился.
Игорь какое-то время держал рацию, как букет цветов, на уровне плеча. Затем, точно опомнившись, сунул ее на место.
Где Палыч, чтоб ему треснуть?
Игорь прислушался, не было ли шума. Но нет, тихо, словно совсем пусто в библиотеке, ни одной души. Игорь поразмыслил – не отправиться ли на поиски?.. Вернулся к комнате дежурного. Вновь постоял, вслушиваясь. На этот раз, показалось, он различил какие-то шорохи, но был не уверен. Игорь стал подниматься по лестнице, однако, не пройдя и пяти ступеней, отчетливо расслышал торопливые шаги: Палыч возвращался.
Он показался на верху лестницы – деловой и озабоченный.
– Порядок! – крикнул еще издали, на бегу.
– Все! – добавил, уже сбежав.
– Что – все?
– Ну, все, выяснил. – Палыч прошмыгнул мимо Игоря в дежурку. – Устранил, – донеслось оттуда.
– А в чем там было дело? – Игорь проследовал туда же.
Палыч бойко пощелкал тумблерами.
– Да говорю же – предохранитель вышибло… Все, заменил, порядок.
– Где – предохранитель?
– Где?.. Да на третьем этаже. У зала периодики, – сообщил Кореньков и вытер зачем-то руки о штаны. – Паршивенький там стоял. Ну, вот и сгорел, так сказать, на работе… Ну ладно, чего тут долго болтать. – И он еще чем-то щелкнул. – Фу-ты, – выдохнул с явным облегчением, – слава те, Господи! Порядок, можешь принимать. Игорь достал из ящика стола специальную тетрадь.
– Расписывайся.
– Ага, сейчас… Где расписаться? – Палыч склонился над столом, зашарил по карманам в поисках ручки.
– Вот тут. – Игорь показал пальцем.
– А-а… гм. – Палыч нашел ручку, решительно сдернул с нее колпачок и нахлобучил на ее верхний конец. – Вот тут?
– Да.
– Угу… – промычал Палыч и неожиданно распрямился. – Слушай-ка, Игорь, ты вот что… Ты об этом, о предохранителе… Давай-ка – ничего не было, а? Я сюда записывать не стану – и шито-крыто. Нас за это дело вздрючить могут – мол, вовремя осмотры не проводите, профилактику, всякое там такое… А так – все в норме, пожалуйста, можешь сам убедиться.
– Какой разговор. Палыч! – Игорь широко улыбнулся. – Конечно, не пиши. Мне ведь эта лишняя хреновина тоже ни к чему.
– Ну так!.. – Палыч просиял. Он тут же плюхнулся на табурет, нацарапал в тетрадке соответствующую запись и поставил закорючку.
– Вот так, – сказал он удовлетворенно и вдруг спохватился: – Да! А со своими ты на связь не выходил?
– Через пять минут.
– А! Ну, так ты им того… ага?
– Ага. – Игорь рассмеялся. И Палыч рассмеялся, но как-то принужденно. Вскочил с табурета, не глядя сунул ручку в нагрудный карман: – Ладно, побежал я.
– Давай. Пойдем, я дверь закрою.
– Пошли… Так что ты своим – тсс, молчок. Ничего страшного! Заменил я этот предохранитель дурацкий, все нормально. Если вдруг что – звони, телефон знаешь… Да не должно ничего быть! Не переживай.
– Даже и не думаю, Палыч. Вообще это не по моей части – переживать.
– Ага-ага, ну-ну… Ладно, Игорек, все, пока! Бывай.
Они пожали друг другу руки, и Палыч живо ссыпался с крыльца и чесанул направо.
Игорь с любопытством поглядел ему вслед: тот почти бежал, не оборачиваясь, а пробежав таким образом метров сто, неожиданно вильнул в сторону, в тот самый двор, который видел Игорь из окна четвертого этажа. Только качнулась верхушка сиреневого куста – видимо, Палыч второпях задел его на ходу.
Игорь постоял на крыльце, не спеша возвращаться в здание.
Вдохнул поглубже. Городской воздух отдавал привычной пыльно-бензиновой смесью, но было в нем и что-то тонкое, неясное – словно зовущее куда-то далеко. Был час, который для июня можно назвать предвечерним: на западе небо бледнее бледного, а на востоке уже налито густой синевой. Уличные бистро стремительно заполнялись людьми, и свободных мест оставалось все меньше. Продавцы пива и шашлыков метались как угорелые, с такими лицами, точно им приходилось сию минуту решать задачи, от которых зависит судьба человечества…
Артемьев усмехнулся, потер пальцем кончик носа. Развернулся и пошел внутрь, не забыв закрыть обе двери.
Стояла полная тишина, и звук его шагов по мраморному полу был четким и размеренным, будто отстукивал гигантский метроном. Дойдя до комнаты, Игорь остановился и прислушался. Безмолвие. Он шагнул в комнату, сел, просмотрел записи в тетрадях. Вновь усмехнулся. Палыч явно темнил… Почему?
Игорь обернулся. Лампочки на пульте светились ровно, не мигая. А может, и в самом деле – заменил предохранитель, и все?.. А, черт с ним! Игорь досадливо поморщился. Начало неприятно давить на левый висок. Значит, скоро разболится голова, это как пить дать. Черт! Вот уж действительно… Никогда раньше в жизни своей – ни в детстве, ни в юности, ни потом, в училище, ни позже, в части – Игорь не знал, что такое головная боль. Она стала донимать его лишь тогда, когда он вернулся со службы домой и поступил в “Гекату”. Вначале он думал, что это от рваного режима, вообще от напряженки – жизнь в “Гекате” была не сахар: ночные дежурства, тревоги, облавы, броски по районам… За те деньги, что платило гекатовское начальство, оно выжимало своих подчиненных досуха. Но ведь и в роте было не проще, Игорь ко всему привык, а вот поди ж ты…
Надо сразу ахнуть две штучки анальгина, иначе от этой дряни не избавишься. Игорь открыл аптечку, оторвал пару таблеток от облатки и проглотил их без воды.

Бог сумерек - Глуховцев Всеволод => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Бог сумерек на этом сайте нельзя.