Журавлева Валентина Николаевна - Баллада о звездах 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Как только я стала богатой, ты перестала признавать меня.
Что это? Обычный женский прием по искажению фактов? Что ж, ее мать была мастером по извращению фактов в свою пользу.
– Я просто попросила, чтобы ты перестала управлять мной с помощью свалившихся на тебя денег, а ты в ответ отреклась от меня.
– Управлять тобой с помощью моих денег? – Сандра покачала головой и отпила шампанское из своего фужера. – Ничего себе.
– Но было именно так.
– Хорошо, пусть будет так. Моя вина, признаю. Я хотела, чтобы моя дочь носила нормальную одежду, училась в достойном колледже, имела нормальную работу…
– У меня нормальная одежда – Сандра фыркнула.
– Этому платью, по меньшей мере, четыре года. Не говоря уж о том, что оно куплено в магазине готовой одежды.
Не четыре, а пять лет, но какая разница? Хорошо, что оно все еще ей впору.
– Между прочим, я училась в отличном колледже.
– Ради Бога, с твоими знаниями тебе следовало поступать в Гарвард.
– Там нет зоологического факультета.
– Да. Я знаю, как это важно для тебя – забавляться с твоими слонами.
Ну вот, началось! Дэни потерла пальцем переносицу и сделала глубокий вдох. Она была специалистом по работе с млекопитающими. Сейчас уже главным специалистом, что почти не отразилось на размере ее более чем скромной зарплаты, но это ее совсем не волновало. Она занималась любимым делом, о котором всегда мечтала, и не собиралась ничего менять даже в угоду матери.
– Послушай, я желаю тебе приятно провести вечер. А мне, пожалуй, пора уходить. – Хоть раз можно будет уйти по собственному желанию. Повернувшись, Дэни врезалась в твердую кирпичную стену.
Или в грудь мужчины.
Он держал два фужера с шампанским, и на губах его играла чуть насмешливая улыбка, свидетельствовавшая о самоуверенности, которую Дэни никогда не испытывала. Когда она столкнулась с ним, шампанское выплеснулось из хрустальных фужеров прямо на ее купленное пять лет назад, в магазине готовой одежды, короткое черное платье.
Ее мать ахнула.
Ее очаровательный незнакомец чертыхнулся, потом начал извиняться и, поставив фужеры, звать на помощь официанта, но Дэни отказалась от предложенной помощи.
Разве можно ей помочь? Ей нужно вправить мозги за то, что она вообразила, будто сможет вписаться в окружающую обстановку. Махнув на прощание рукой матери и кивнув мужчине, лицо которого с радостью созерцала бы всю жизнь, но надеялась никогда больше не увидеть, Дэни двинулась прочь, на этот раз с большей осмотрительностью.
От пролитого на грудь и живот холодного шампанского перехватывало дыхание. Или же это было последствием испытанного унижения? Оттягивая прилипающее к телу платье, Дэни сняла фужер с подноса проходившего мимо официанта и на ходу осушила его. Вот так! Может быть, этим удастся немного поднять настроение?
А может быть, в этом году ее действительно навестит Санта-Клаус.
Впереди, перед гардеробом, в котором Дэни оставила свое пальто, стояли две женщины. Они посмотрели на нее, потом переглянулись.
О чем думают эти клоны Пэрис Хилтон, не имеет значения, решила она. У нее много скрытых достоинств, которые никому из присутствующих не разглядеть. Она была уверена в этом и, повторяя это про себя, даже не стала останавливаться, чтобы взять свое пальто, а, улыбаясь, прошла мимо них с высоко поднятой головой. Обмануть так морских животных, которых она тренировала, или кого-то из своих друзей ей не удалось бы, но провести собравшихся здесь, в Стране фальшивых улыбок, людей легче.
В дверях Дэни запнулась, и фальшивая улыбка сползла с ее лица.
Шел дождь. Даже не дождь, а настоящий ливень. Лило как из ведра, потоки воды низвергались с небес с такой силой, что отскакивавшие от порога капли били, чуть ли не по коленям.
Черт, а она не взяла свое пальто.
Пришлось вернуться назад, в зал. Люди танцевали, разговаривали, смеялись, в общем, развлекались. Несколько парочек целовались под ветками омелы. Вон еще одна пара собирается целоваться.
Дэни вздохнула. Хоть бы раз оказаться под этой чертовой омелой, чтобы восполнить недостаток уверенности в себе. Вспомнился Очаровательный Незнакомец, но там, несомненно, выстроилась целая очередь дрожащих от нетерпения женщин с мокрыми трусиками, протягивающих веточки омелы над его головой.
Еще раз вздохнув, Дэни снова направилась к гардеробу.
– Из всех, кто здесь есть, он самый страстный мужчина.
Это было сказано одной из коллагеновых копий Пэрис Хилтон, которая разглядывала Очаровательного Незнакомца.
– Тебе придется драться за него со мной, – сказала Пэрис Хилтон номер два.
– Говорят, он всегда готов и очень искушен. Почему бы нам обеим не заняться им?
Ну и ну! Дэни двинулась по коридору в надежде уединиться в туалете и подбодрить себя вселяющими энтузиазм словами, а потом, возможно, путь к гардеробу освободится. Она открыла первую попавшуюся дверь, но это оказалось довольно роскошно обставленное офисное помещение. Блестящая черная поверхность огромного стола была завалена свечами, а за столом в кресле восседал, великолепный мужчина в шапке Санта-Клауса. Прекрасный вид! За исключением того, что мужчина был уже, по-видимому, занят оседлавшей его красоткой.
Ничего себе!
– Ной, – со вздохом сказала красотка, – ты не закрыл дверь.
– Извини, я думал, ты закрыла.
– Извините, – прошептала Дэни, стараясь не обращать внимания на то, что руки Санта-Клауса находились под юбкой красотки, а руки той… о Боже!
– Простите. – Дэни захлопнула дверь и поморщилась, хотя где-то в глубине испытывала томление. Чего бы она не отдала за то, чтобы оказаться на коленях мужчины, руки которого ненасытно блуждали бы по ее телу. Удивляясь своим мыслям и покачивая головой, она проследовала дальше.
Следующая дверь вела не в туалет, а в кладовую. Просторное помещение с аккуратно разложенными по полкам офисными и канцелярскими принадлежностями.
Вдруг на ее талию легла рука, и из-за ее спины внутрь протиснулась высокая мужская фигура.
– Эй…
– Привет. – Включив свет, он захлопнул дверь и прислонился к ней, скривив губы в плутоватой улыбке.
Очаровательный Незнакомец.
Глава 2
Дэни смотрела на мужчину, который был свидетелем ее неуклюжего появления на торжестве, ее неумения общаться с людьми.
– Что вы делаете?
– У вас такой вид, будто вам необходимо побыть одной.
– Да, и поэтому вы здесь? Он улыбнулся.
Дэни пришла в смятение, но усилием воли попыталась вернуть себе утраченное равновесие.
Он сделал шаг по направлению к ней, и все благие намерения Дэни улетучились.
Пространство вокруг них сжалось. Сдвинулись стены, приблизились полки, потускнел свет, и вот Дэни уже видела только стоявшего перед ней мужчину, который смотрел на нее со спокойной, непринужденной улыбкой.
Сексуальный.
Стараясь не терять рассудительности, Дэни пригладила волосы и попыталась перенести вес на ногу, обутую в туфлю с несломанным каблуком, и едва не упала. Правда, ей удалось справиться с потерей равновесия прежде, чем Шейн смог помочь ей и лишний раз ущемить ее гордость.
А ее волосы?
Они свалились на лицо и плечи, поскольку карандаш, о котором она совершенно забыла, выпал из узла.
Карандаш. Один из двух, что она воткнула в волосы на работе, чтобы удержать их на макушке, когда делала прививочную инъекцию панде. Господи, она безнадежна!
Шейн пресек ее самоистязание тем, что наклонился и поднял с пола выпавший из ее волос карандаш.
– Ваш?
– Мм… да. – «Не дергайся, только не дергайся». – Это новый стиль, видите ли. Одновременно и повседневный, и официальный… – Дэни вздохнула, увидев его иронично вздернутую бровь. – Хорошо. Я опаздывала и забыла о прическе.
У него высветилась знакомая ямочка на щеке, и у нее тут же активизировались другие чувства. В основном непреодолимое влечение. Но она дала себе поблажку, поскольку он был совершенно обворожительным. Настолько ослепительным, что ее распирало изнутри. Хотя, возможно, это было из-за ее платья, которое, подсыхая после пролитого шампанского, стягивало тело.
Он будто прочитал ее мысли и перестал улыбаться.
– Приношу свои извинения за то, что облил вас. Как мне искупить свою вину?
«О, прикину-ка я варианты».
– Нет, – сказала она себе.
– Простите?
– Ничего, сама с собой разговариваю. Дурная привычка. – Дэни спохватилась, осознав, какое впечатление производит. – Я имею в виду…
– Это нормально. Я тоже иногда сам с собой разговариваю. Послушайте, могу я что-нибудь принести для вас? Что угодно…
«Уверенность в себе, причем в разлив, пожалуйста».
– Я в порядке. Мокрая, но в порядке.
Он засмеялся.
Дэни покраснела.
– Я имею в виду…
– Я знаю, что вы имеете в виду. – На какое-то время он остановил на ней изучающий взгляд. – Вы словно глоток свежего воздуха, вы знаете об этом?
Она начала было смущенно поеживаться, но взяла себя в руки и открыто посмотрела на него. Он что… флиртует с ней?
– И сколько раз такой прием у вас срабатывал?
Он прислонился к полкам, и снова сверкнула пресловутая ямочка. Нельзя сказать, чтобы он был сконфужен, а выглядел – выше всяких похвал.
– Очень редко, честно говоря.
Дэни рассмеялась. Смеялась, а ее тело умоляло ее, чтобы она попросила его встать под омелой. Она уже открыла, было, рот, чтобы сделать это, как он оттолкнулся от полок и придвинул вплотную к ней свое стройное, мускулистое тело.
О Боже!
Он прижался к ее груди и обнял ее. О Господи! Кое-кто здесь все же посмотрел на нее, разглядел… и возжелал ее.
Он собирался поцеловать ее.
– О, – прошептала Дэни взволнованно, и у нее перехватило дыхание. Да, он собирался поцеловать ее, и при этом ей даже не пришлось просить его. Лучше не придумаешь! Она не отрывала глаз от его рта. – Спасибо, – прошептала она. «Спасибо? Господи, не дергайся. Не бормочи теперь неведомо что!» – Я так рада… я имею в виду…
У него был хороший рот. Несмотря на ее сомнения, несмотря на безумный вечер, она не могла дождаться, когда он прильнет этим ртом к ее губам, вывернет ее наизнанку и даст почувствовать, что она желанна. В ожидании этого она закрыла глаза и…
– Вот оно.
Дэни открыла глаза и наткнулась на его мерцающий золотистыми искорками взгляд. Достав что-то с полки позади нее, он протягивал это ей.
Полотенце.
– Вы насквозь промокли, – сказал он.
Это раскисли ее мозги. Она взяла полотенце и прижала к груди, поскольку действительно была насквозь промокшей. Единственная причина, по которой ее соски так радостно торчали.
Боже, какая она все же идиотка!
Достав с полки еще одно полотенце, он приложил мягкую ткань к ее горлу.
– Мне действительно так жаль, – пробормотал он, высматривая мокрые участки кожи.
Выходит, поцелуя не будет.
– Все в порядке. – Дэни снова, уже сознательно, закрыла глаза и захотела, чтобы образовалась огромная, гигантская дыра и поглотила ее. – Это была не ваша вина.
Она чувствовала, как он отнял полотенце, но не открыла глаза. Не смогла заставить себя. Пока не почувствовала, как его большая теплая ладонь обхватила ее подбородок. Кончики его пальцев касались основания шеи. Такое незатейливое, легкое прикосновение, а у нее начали подгибаться коленки.
Проклятое шампанское.
– Почему вы кажетесь мне такой знакомой? – Его рот находился возле ее уха, достаточно близко, чтобы вызвать у нее целую серию прокатившихся по телу трепетных волн. В отличие от Дэни, он был тверд как скала – сплошные переплетения мышц и еще много тестостерона.
– Я не знаю, – прошептала она, все еще надеясь, что ее все же поглотит большая дыра.
– Вы уверены, что с вами все в порядке?
– Совершенно. – «Ты и сам знаешь, что нет».
– Мне все кажется, что я недопонимаю чего-то. Да, да, он кое-чего не понял. Не понял ее жалкой попытки соблазнить его на поцелуй. Его глаза были такими серьезными и смотрели беспристрастно и спокойно прямо на нее, отчего у нее складывалось впечатление о нем, как о терпеливом человеке с ровным характером. Не брюзгливым и не раздражительным. Дэни не выносила ссор.
– Так я… – скользя по ее коже, его палец задевал эрогенные зоны, вызывая в ней трепет, – недопонимаю чего-то?
– Да. Н-нет. Я имею в виду…
Он улыбнулся – широко, искренне. Засияли глаза, проявились веселые морщинки и снова та самая ямочка.
– Да, – побормотал он. – Я определенно недопонимаю чего-то.
– Я немного сумасшедшая сегодня, – призналась Дэни.
– Иногда, немного сумасшествия – это неплохо.
О Боже! То, что он умел уговорить женщину на всякие глупости, не вызывало сомнений. Эта мысль несколько успокоила ее, и она перестала нервно посмеиваться.
– Вы красивы, вы знаете об этом?
Дэни непроизвольно усмехнулась, но он, сохраняя серьезность, погладил пальцем ее нижнюю губу.
– Красивая, – пробормотал он. Красивая или сумасшедшая?
– Вы не скажете мне, что привело вас в эту кладовую?
– Я собиралась с духом.
– Для чего?
Ничего себе вопрос на ночь. Так много всего, для чего ей необходимо присутствие духа. Ей требовалось мужество даже для того, чтобы, стоя так перед ним, рассказать, чего она хотела на самом деле. Поцелуя…
– Расскажите мне.
Дэни облизнула губы.
– Тут рядом в офисе мужчина и женщина. Вдвоем. И они… не разговаривают.
– А-а. – Его губы растянулись в понимающей улыбке. – Вы, должно быть, видели Ноя и Бейли. Они только что вернулись из свадебного путешествия. Так что да, я очень сомневаюсь, что они… разговаривают.
– Видите ли… – Она закусила нижнюю губу. – Я как раз рассчитывала на это.
– На разговор.
– Нет. На то, чтобы не разговаривать. Неловкое молчание затянулось.
О Боже!
Дэни медленно подняла голову и посмотрела на него. Он не смеялся над ней. Она решила, что это неплохое начало.
На самом деле, его глаза уже совсем не смеялись, а излучали жар, от которого замирало сердце.
– Вы можете повторить это? – спросил он.
Что ж, почему нет? Хотя, если он откажется, принять это ей будет намного труднее.
– Я тут задавалась вопросом, как бы вы повели себя, если бы вас попыталась совратить женщина, которая, собственно, не очень-то разбирается в таких делах, но хотела бы научиться?..
– Давайте проясним. – Его тихий голос возбуждал ее. – Женщина, о которой вы говорите, это вы?
– О Господи! – Дэни закрыла руками лицо. – Если вы не догадались, то я еще хуже разбираюсь в этом, чем думала. Да, именно на это направлены мои жалкие усилия. Соблазнить вас, совершенно незнакомого человека, в кладовой, но сейчас я поставила себя на ваше место и поняла, что веду себя как ненормальная, какой меня все и считают, и…
Его ладони легли на ее голые предплечья, огладили их сверху донизу, потом двинулись вверх, к плечам и дальше к лицу. Он мягко отстранил закрывавшие лицо руки, чтобы заглянуть в ее глаза.
– Я увидела омелу, – торопливо начала объяснять Дэни. – Она развешена повсюду. И люди целовались. И я не могла выкинуть из головы эти поцелуи… Боже! Забудьте все, ладно? Просто забудьте меня. – Она попятилась, но это ведь была Дэни, и она покачнулась, наступив на что-то, лежавшее на полу позади нее. Она упала бы, если бы он не поддержал ее. – Спасибо, – выдавила она непослушными губами. – Но мне сейчас нужно идти. Мне, правда, нужно уйти…
Он приложил палец к ее губам.
«Правильно. Нечего болтать. Хорошая идея».
Его глаза все еще пылали, и в них сквозило удивление. Именно удивление она и хотела видеть в глазах мужчины после соблазнения. Он смотрел в ее глаза, и она не могла отвести свой взгляд. В том, как он вглядывался в нее, было что-то особенное. Казалось, он мог видеть больше, чем ей хотелось показать.
– Серьезно, я… – Он отвернулся. Что ж, ладно! – …должна идти.
Но он продолжал шарить руками по одной из полок. Затем нагнулся, чтобы заглянуть ниже, и она старалась не смотреть на его ягодицы. Но, конечно же, не удержалась.
– Мм… да. Значит, еще увидимся. Или нет, надеюсь, нет…
– Вот она. – Выпрямившись, он показал, что нашел на полке. Ветку омелы.
– О, – выдохнула Дэни. У нее замерло, а потом бешено заколотилось сердце. Гул пульсировавшей по венам крови отдавался в ушах и заглушал все внешние звуки.
С едва заметной улыбкой на губах он не отрывал от нее глаз, в которых не было места удивлению, поскольку они были заполнены… потрясающим жаром.
– Вы не передумали? – спросил он.
Шутит он, что ли? Хотелось наброситься на него, сейчас же.
– Нет.
С улыбкой, при виде которой она совершенно теряла голову, он поднял руку с веткой омелы над их головами.
– Ваш ход, – прошептал он.
Дэни взглянула на его губы. У нее самой они подрагивали в предвкушении предстоящего удовольствия.
– Может быть, вы…
– О нет! Не хочу злоупотреблять положением женщины, вымокшей в шампанском и оказавшейся в кладовой. – Он улыбнулся. – Но если она захочет воспользоваться моим незавидным положением, то это, знаете ли, совсем другое дело.
Он поддразнивал ее, в его глазах поблескивали озорные искорки.
– Я неумеха, – прошептала она. – Могу случайно причинить вам боль.
– Я рискну.
Дэни засмеялась, не смогла удержаться. Она смеялась, а он закрыл глаза и скорчил гримасу, предоставив ей возможность отсмеяться, прежде чем прильнуть к нему…
И поцеловать его.
Глава 3
Шейн почувствовал, как она коснулась губами его рта. О да, жизнь хороша, чертовски хороша!
Она была нерешительной, порывистой. Будто давно не целовалась. Ощущение было очень волнующим, но он знал, что это вызвано, скорее, обстоятельствами. Один легкий поцелуй? Этого явно недостаточно.
Обронив омелу, Шейн приподнял ладонями ее лицо, погрузив пальцы в ее шелковистые волосы.
Она взмахнула руками в попытке отбиться, прежде чем ее ладони оказались на его груди. С ее губ сорвалось нетерпеливое бормотание, и он ощутил мгновенное возбуждение. Ее пальцы вцепились в ткань его рубашки из опасения, что он уйдет, так что он был не одинок в желании удержать ее рядом, не отпускать ее.
А Шейн даже не знал ее имени…
Она чуть приоткрыла рот, но его языку этого было вполне достаточно, и тогда их языки сплелись в неторопливом танце, в старинной имитации того, что ему действительно хотелось делать, и она не отставала в этом от него. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, ее глаза восторженно распахнулись.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22