А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Лобановская Ирина

Пропустите женщину с ребенком


 

На этой странице выложена электронная книга Пропустите женщину с ребенком автора, которого зовут Лобановская Ирина. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Пропустите женщину с ребенком или читать онлайн книгу Лобановская Ирина - Пропустите женщину с ребенком без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Пропустите женщину с ребенком равен 208.81 KB

Пропустите женщину с ребенком - Лобановская Ирина => скачать бесплатно электронную книгу



OCR Лариса
«Пропустите женщину с ребенком»: ЗАО Центрполиграф; Москва; 2004
ISBN 5-9524-1067-7
Аннотация
Профессорская дочка Кристина ведет бурную личную жизнь. Оставляет первого мужа, а со вторым уезжает в Германию, но у них тоже не складываются отношения. Появляется новое увлечение — обаятельный импозантный юрист. Кристина возвращается в Москву, и тут жизнь наносит страшный удар — похищают ее сына, Алешу. Вместе с первым мужем она бросается на поиски ребенка…
Ирина Лобановская
Пропустите женщину с ребенком
1
К телефону подошел отец. И у Кристины тут же началась истерика…
— Папа, Алешку украли!
Геннадий Петрович вздрогнул от неожиданности, попытался взять себя в руки и по возможности успокоить Кристину.
— Доченька, ты ошиблась! Он просто где-то загулялся, заигрался. Погода хорошая… Ты искала во дворах, спрашивала соседей?
— Его нигде нет! — истошно вопила Кристина. — Какая еще погода?! Я обегала все улицы, влезла во все щели и канавы, обсмотрела и обнюхала все подворотни! Говорю тебе, его украли! Папа, я не знаю, что мне делать! В милиции я уже была! Написала какое-то заявление… Возраст ребенка, в чем одет… Как будто одежду долго сменить! Там все непрошибаемые, как бронетранспортеры! Сейчас пойду туда опять. Дай трубку маме!
Жена выключила утюг и смотрела на Геннадия Петровича встревоженно. Чувствовала беду.
Женская интуиция — тяжкая ноша на мужских плечах. Ну уж дудки, никаких трубок…
— Я ей сам все расскажу попозже. Так будет лучше. Мы через час приедем. Пока никуда не уходи, дождись нас. В милицию я тоже наведаюсь сам. У тебя есть что-нибудь успокоительное?
Вместо ответа, Кристина нажала на рычаг телефона. В ожидании родителей она бесцельно бродила по пустой квартире, где в последнее время жила вместе с сыном. Вдвоем.
Первыми словами Алешки стали «баба», «мама» и «Гегель». И он прекрасно знал, кого имел в виду. Важно произнося фамилию великого философа, Алешка каждый раз подходил к книжным полкам и тыкал пальцем в сторону четырех черных томиков. Не ошибся ни разу. Это была загадка. Почему именно Гегель запал в душу годовалого ребенка, понять оказалось невозможно.
Егор радовался сыну. Хотя, когда тот начал говорить, совершенно по-детски обижался на малыша, упорно не желающего включать в свой небогатый лексикон слово «папа».
— Что ты как маленький? — смеялась Кристина. — Наверное, это слишком сложное для ребенка слово. Научится произносить попозже.
И тайком вспоминала, что у Машеньки первым словом стало именно это, якобы трудное. А выговаривала она его почему-то шепотом, с забавным придыханием, будто с благоговением.
— Видишь, как она передо мной преклоняется? — шутил Виталий.
Он гордился этим. Тоже как ребенок. Книги в дом, в том числе томики Гегеля, всегда притаскивал Егор. Он любил читать.
— Я не понимаю, — сердилась Кристина, — для чего нужно обязательно покупать? У нас уже вся квартира заставлена собраниями сочинений! Ступить скоро будет некуда! Ведь есть же библиотеки! Бери себе и читай на здоровье!
В те годы библиотечный коллектор еще жил и здравствовал, поэтому Кристина была права. Егор чаще отмалчивался. Правда, иногда бесстрастно заявлял в пространство, мол, интеллигенция теперь — чересчур тонкая прослойка и становится тоньше день ото дня.
Зато когда они уехали в Германию, где русские книги достать оказалось не так легко, домашняя библиотека Одиноковых, которую нелепый Егор упрямо потащил за собой, пришлась как нельзя кстати. У них часто брали почитать книги сослуживцы Егора, многие из живущих на территории военного городка да и вообще желающие. Егор книгами дорожил, но давал их читать на редкость охотно.
— Вернут, — уверенно говорил он.
И самое странное, ему действительно всегда все возвращали.
Жизнь в Германии, где служил Егор, тогда имевший чин полковника, Кристине нравилась не очень.
— Ты польстилась на звание? — недобро спрашивал еще в Москве Виталий. И сам же с удовольствием отвечал на свой вопрос: — Ну конечно! Будь он чином пониже, ты бы ни за что за него не вышла!
Кристина в дискуссии по поводу своего второго замужества старалась не вступать. Денег им хватало, домашний быт наладился быстро, Алешка рос покладистым, доброжелательным и веселым. И очень мало болел.
Но Кристина тосковала. По Москве, по родителям… Писала домой длинные письма, каждое на пяти-шести страницах. Всякие ненужные подробности… И звонила домой при первой же возможности.
А еще скучала по настоящей зиме, которой здесь не было, по мягкой, немного фальшивой ласковости и сомнительной податливости снега, по морозному воздуху, дышать которым никак не надышаться, до того он чист и прозрачен…
— Странно, ты ведь зимой часто простужаешься и болеешь, — удивлялся Егор. — За что тогда ее любить? И вообще зима — плохая опора… Нестойкая. Близкая к таянию.
Кристина и здесь предпочитала обойтись без объяснений — очень трудно, почти невозможно объяснить себя.
— Мне нравится все белое. Белый цвет… — бормотала она, — он спокойный, завораживающий…
Егор пожимал плечами. Белый цвет… Ерунда!
— Когда его много, он ослепляет! От него болят глаза. Например, в горах. Короче, это ты о Москве тоскуешь. Она у тебя тесно связана с зимой, вот и все.
Быстро заметив мучения Кристины, от безделья, как он считал, Егор предложил:
— Короче, иди работать! Сразу перестанешь звонить в Москву семь раз на дню! Алешке найдем няню. Желающих полно!
Кристина задумалась. Работать? А может, и правда? И отправилась на следующий день в медсанчасть.
Начальник встретил ее приветливо и тотчас объявил, что второй стоматолог очень нужен. Один врач, дама уже немолодая, часто прибаливает, поэтому Кристина пригодится здесь очень и очень.
И она стала лечить зубы.
Свою профессию Кристина не любила. Да и распахнутые рты испуганных до отвращения пациентов часто были ей противны до глубины души. Особенно если оттуда несло, как из помойки. Но менять что-либо довольно поздно.
В Москве она почти не работала. Еще в институте выскочила замуж за Виталия, родилась Машенька… Так все шло и ехало, скользило вперед тихо да мирно, пока однажды ранней, едва зажелтевшей осенью Кристина не обнаружила в кармане дорогого красавца мужа записку странного содержания.
«Виташа, — писала неизвестная корреспондентка чересчур красивым почерком, — меня не будет в городе дней десять. Пригляди за квартирой. Цветочки, рыбки, пыль… То да се. И на предмет злоумышленников. Не скучай! Приеду, сразу позвоню. Целую. Л.»
Вот и все… Обычная жизнь… Простая, как клеенка. Именно поэтому она вдруг почудилась Кристине очень страшной своей примитивностью и будничностью, своей необъяснимой быстротой и великолепным умением размениваться и дробиться на мелочи, вроде измен мужа…
— Я чистила твою куртку, — сообщила Кристина вечером мужу. — Кто такая Л.? И почему ты так свободно распоряжаешься ее квартирой? По какому праву?
Он даже не смутился. Наглец…
— На букву «л» в русском языке очень много слов, — заявил Виталий. — Например, любопытство. Кто тебя просил совать нос в карманы моей одежды?! Кроме того, ты задаешь глупые вопросы.
— Уж какие есть! — взвилась Кристина. — Значит, по-твоему, я не должна о тебе ничего знать?! О своем муженьке драгоценном? Который, очевидно, напропалую встречается с бабами?!
Еще мгновение, и она заревет…
— Очевидно… Твое неведение о моих делах — оптимальный вариант! Но, увы, абсолютно несбыточный! Вот теперь начались вариации на тему моего бесчисленного гарема, — ухмыльнулся Виталий. — А насчет драгоценностей будь поосторожнее! У нас в семье основная ценность — это как раз ты, а не я! Хотя украшения на тебе мои.
Такой грубой откровенности Кристина не выдержала и расплакалась. Счастье, что Машенька в тот вечер осталась у бабушки с дедушкой…
— А что, собственно, я такого сказал? — невозмутимо пожал плечами Виталий. — Какие сделал открытия? Тебе давно все прекрасно известно… «Л», «м», «н»… Сии буковки и стоящие за ними дамы — вовсе не причины, а следствие. Результат нашей с тобой «удачной» семейной жизни. Хотя я, в отличие от многих, никогда не верил в ее успех и не строил иллюзий на этот счет. Настоящее — это всего-навсего итог прошедшего и указание на будущее. А в браке, как и в спорте, главное не победа, а участие.
— Ты сравниваешь брак со спортом? — возмутилась Кристина.
— Ну и что? Я люблю сравнивать. Это полезно и позволяет иногда четко рассмотреть совершенно неожиданные детали привычных предметов и понятий. Они словно высвечиваются. Скажи, неужели ты действительно считала, что мы с тобой будем жить мирно и спокойно до самой старости? И один из нас потом станет бурно и горько рыдать на могиле другого? — Муж снисходительно усмехнулся. — Если ты так думала, значит, ты недалекая женщина, прости! Семейная жизнь — это довольно сложное механическое устройство, где много автоматизма, сложившегося в силу привычки, и немало моментов вдохновения, зависящих от индивидуальности каждого. Но возводить семью в культ… — Виталий сделал изумленное лицо. — Думать о ее незыблемости и прочности… Где гарантии и основы такой долговечности и надежности? Их нет! Как нет вообще ничего нерушимого. Нужно смотреть правде в глаза. А ты не умеешь! И не желаешь учиться! Хотя тебе уже немало лет. И давно пора понять, что от ревности и злости мозги выкипают, как вода из кипящего чайника. Почему у тебя в голове никак не рассветет? Ведь даже чуточку любви, как у нас, — это очень много. А право безмерно любить — миссия избранных и особо отмеченных свыше. К таковым мы с тобой не принадлежим. И никогда не принадлежали.
Да, Кристина была права насчет обычности происходящего. Ничего особенного… Во всяком случае, муж никаких диковинок в случившемся не замечал.
Виталий никогда не говорил просто так, по-человечески. Он всегда будто выступал перед большой аудиторией, пусть даже рядом с ним сидела всего-навсего одна горюющая и подавленная его велеречивостью жена. Виталий жил с абсолютной уверенностью, будто людям редко что-то нужно, кроме слов. А они, в свою очередь, даны им для того, чтобы умело и тонко скрывать свои мысли. И зудящая потребность высказаться по любому поводу почти всегда намного сильнее, чем желание чему-нибудь научиться или чего-нибудь достичь. Кроме того, слова рождаются и умирают сами по себе, независимо от обстоятельств и людей.
В сущности, Виталий был недалек от истины. Но его доклады на публику Кристину раздражали.
Виталий воспринимал себя как истину в последней инстанции. Спорить с ним стоило только в одном-единственном случае — если в конечном итоге обязательно согласиться. И последнее слово он всегда старался оставить за собой. А если попадался упрямый спорщик, Виталий либо переходил на грубость, либо резко обрывал дискуссию.
Кристина вытерла злые слезы. Плакать бессмысленно… И ничего особо радостного от их общей судьбы и окольцованности она не ожидала. Только все равно получилось чересчур больно и неожиданно…
— Кстати, ты тоже абсолютно свободна в своих поступках и вправе погулять и отдохнуть от меня, — великодушно заметил Виталий. — Я возражать и ревновать не буду. Зато сравняем счет.
— Я давно уже переросла панель, добрый человек… — пробормотала Кристина.
Близости между Ковригиными не наблюдалось уже давно. Никакой. Ни физической, ни душевной.
Совсем недавно, летом, Кристина сделала неловкую попытку исправить положение, хотя и не надеялась на успех.
Они поехали на трех машинах, с приятелями, на ночное сидение у костра. В кои-то веки вырвались! Кристина радовалась, хохотала, заигрывала с ухмыляющимся мужем. По дороге вспомнили: ведь сегодня Иван Купала!
— А в этот день надо не только через костер прыгать, но и на берегу реки заниматься развратом! Ура, ура! — выпалила Кристина и внимательно, с удовольствием глянула на красивые ноги.
Она гордилась ими по праву. В ее довольно худой и не слишком по-женски выразительной фигурке ноги оказались наиболее удачной и решающей деталью.
Сидящий у руля Виталий отозвался деловито и твердо:
— Ну нет! Разврат отменяется.
И затем полчаса невозмутимо внушал жене и остальным, как опасно сидеть и лежать на сырой холодной траве — лето дождливое! Как просто женщине подхватить пиелонефрит и застудить придатки, а Кристина и так богатырским здоровьем не отличается. И вообще интим требует чистоты и уюта, горячей воды и тепла, а они не животные и не пейзане, чтобы предаваться страсти при свете луны и мерцании звезд…
Кристина замучилась слушать его словесные выкрутасы и махнула рукой.
Несколько лет жизни с Виталием приучили ее к несложной мысли, что он не захочет так много потерять. Много — это она, Кристина. Браки, близкие к расчетливым, довольно выживаемы.
Да он и не хотел. Просто зарвался. Хотя неизменно помнил, что за ней стоит ее папа. А Геннадий Петрович — слишком значимая фигура в истории страны, настоящая ценность государства, в котором он имеет заслуженное право на все. Когда-то именно Геннадий Петрович пошел по стопам своего научного руководителя, уже давно почившего в бозе, и ловко перенял у него, а потом мастерски усовершенствовал способ сохранения лежащего в Мавзолее Ильича. Под руководством профессора Воздвиженского, которого называли волшебником, ныне трудилась целая лаборатория, поддерживающая вождя революции в надлежащем виде для любопытствующих экскурсий и грядущих потомков. Геннадий Петрович гарантировал сохранение мумии первого коммуниста страны в течение ста лет. Таким образом, профессор воздвиг себе некий невидимый мавзолей, готовый простоять долго, целые века.
Самое смешное, что Кристина родилась двадцать второго апреля. И отец много лет шутил, что в честь его дочки каждый год вывешивают флаги. А потом флаги исчезли вместе с шуткой.
Папа… Как же любила и любит его Кристина!..
Утром он первым, раньше мамы, приходил поцеловать дочку в носик и справиться о ее самочувствии. Ощущая в полусне папин поцелуй, Кристина цеплялась за отцовскую шею, не размыкая ленивых поутру век… Папа… Всегда ласковый, всегда заботливый, всегда приходящий на помощь…
В детстве Кристина часто болела. Вообще все ее главные воспоминания о том времени были тесно связаны с кроватью. Там Кристина проводила основное время своей жизни.
Ангины, корь, скарлатина… Отит, воспаление легких, ветрянка… А еще ревмокардит, артрит и гайморит… И если бы не папа…
Иногда, просыпаясь ночами, мучаясь от боли и высокой температуры, Кристина неизменно видела отца в кресле рядом с кроватью. Он дремал, уронив голову на руки, но своего поста не покидал. Папа лечил, приводил знакомых докторов, давал лекарства и травы, делал уколы, кормил, поил чаем… И вновь преданно дежурил возле постели дочки…
Он прозвал ее подарком для хирургов. Прозвище приклеилось. Хирурги обожают худых людей, в чьих животах не нужно долго разыскивать печень или селезенку — все тут как тут, под руками.
Болея, Кристина часто мечтала о том неведомом пока человеке, хирурге или другом великом враче, который спасет ее от страшной беды. Например, от смерти на операционном столе. И влюбится в нее на всю оставшуюся жизнь… Именно врач, как папа.
Болезней к ней приклеивалось море, плюс ко всему у Кристины долго не было чувства края, и она падала ночью во сне с кровати почти до двенадцати лет. Родители вечером всегда заставляли ее диван стулом или креслом. Однажды в суматохе переезда на дачу забыли это сделать, и девятилетняя Кристина свалилась с дачной кровати да еще вдобавок упала на оставленный рядом, тоже случайно, по недосмотру, чемодан и разбила о его металлический открытый замок верхнюю губу.
Кристина орала так, что разбудила и переполошила даже владельцев соседних домов. Там решили, что на дачу профессора Воздвиженского напали бандиты и зверски убивают взрослых и ребенка. Мужчины примчались на помощь, на ходу вооружившись топорами, молотками и кольями. Кто что успел схватить второпях. Увидев вооруженных полуодетых соседей, почему-то воинственно ломившихся со свирепыми лицами на террасу, Кристина перепугалась еще больше. Взрослые с большим трудом успокоили ее.
Потом родители смеялись, часто воспоминая этот случай. И радовались, что им так повезло с соседями по даче. А Кристина несколько дней через силу глотала одну лишь манную кашу. Заходили все те же соседи, теперь улыбающиеся и мирные, без всяких кольев, гладили Кристину по голове и говорили привычное о свадьбе, до которой все всегда и у всех отчего-то обязательно заживает.
Немало неприятностей доставляли Кристине и ежедневные непременные, по расписанию, завтраки, обеды и ужины. Эти постоянка и обязаловка угнетали. Кристина родилась малоежкой, а родители считали святым долгом накормить единственного ребенка, — то есть насильно, с уговорами, сказками и прибаутками впихнуть в дочь суп, мясо или макароны.
Завтраки, и обеды превратились для Кристины в ужас. Она их боялась и старалась по возможности оттянуть. Ужины проходили чуть легче — к вечеру есть немного хотелось.
Однажды утром, не в силах жевать ненавистную гречку, Кристина стала потихоньку, отворачиваясь от матери, одновременно еще что-то поджаривающей на сковородке, выплевывать кашу и прятать за диван. Вскоре, таким нехитрым образом, Кристина гречку одолела, чем порадовала мать. Правда, через несколько дней мама, убираясь на кухне, наткнулась на горку запылившейся гречки. Она все поняла, обругала дочь, почему-то обвинив в неблагодарности, и принялась вталкивать в нее еду с удвоенной силой и энергией.
К концу школы болезни отступились от Кристины, то ли побежденные ее молодостью, то ли напуганные ее отцом. Так что в институте она почти не болела.
Отец радовался и повторял:
— Было бы здоровье, остальное купим!
Папа сильно ошибался.
Правда, он попытался купить Кристине семью и счастье, и сделал это легко, ловко, играючи, в расчете на блестящую победу. Но промахнулся. Финал оказался печальным.
Кристина иногда удивлялась, почему он, умный, на редкость практичный и такой опытный, думал, будто действительно возможно все купить. Были бы деньги…
Геннадий Петрович всегда все мерит на рубли, потом — на доллары, а позже — на евро. Считал деньги всеобщим эквивалентом.

Пропустите женщину с ребенком - Лобановская Ирина => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Пропустите женщину с ребенком на этом сайте нельзя.