А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Ивенин Владимир

Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки


 

На этой странице выложена электронная книга Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки автора, которого зовут Ивенин Владимир. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки или читать онлайн книгу Ивенин Владимир - Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки равен 130.22 KB

Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки - Ивенин Владимир => скачать бесплатно электронную книгу



OCR Book
«Грешники»: Мордовское книжное издательство; Саранск; 1997
ISBN 5-7595-1305-2
Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки
Глава 1
ЗАХВАТ
Напоследок Нюрка машинально глянула в засиженное мухами трюмо, что стояло под божницей. В мутном стекле отразилась знакомая фигура: среднего роста, полная, с мощными икрами и с большой грудью, выпирающей из выцветшего до белизны когда-то синего халата, а также круглое лицо с двумя голубыми озёрцами глаз, чуть вздёрнутый нос. Морщин пока, слава Богу, нет. Какие морщины! Ведь Нюрке чуть-чуть за тридцать. Она пригладила непослушные пряди волос. Но причёсываться было некогда. Нюрка спешила на дойку. Она, как всегда, опаздывала из-за своего неугомонного мужа Кости.
«И что за напасть такая?! — ругала она мысленно мужа. — Как напьётся, так давай и давай. Вот кобель проклятый!…» — плюнула под ноги Нюрка и услышала из передней сердитый голос непроспавшегося мужа:
— Нюрка! Ты куда? Опять, поди, на какой-нибудь слёт?! Ах, стерва! Мужа оставила! Ну, погоди, доберусь я до вас с председателем!
— И что, дурак, орёшь? Будто не знаешь, куда ухожу. Дрыхни дальше. Подою, приду. — Не слушая больше мужа, выскочила из дома и побежала на ферму.
«Да, неплохо бы сейчас куда-нибудь на слёт животноводов махнуть. Хотя бы на районный, а на областной ещё лучше, — думала по пути Нюрка. — Отдохнула бы от этого проклятущего! Если бы все сейчас вернулось… А то пришли к власти демократы — и никаких тебе слётов, ни рекордов. Один сплошной рынок и болтовня с повышением цен. Колхоз хоть и плохонький при коммунистах был, но меня выделяли с моей рекордисткой Шуркой. А как же? Должны же отстающие на кого-то равняться. А раз корова-рекордистка у меня, стало быть, и равняться должны все доярки не только района, но и области на меня и на мою Шурку. Чуть что — звонили Петру Савельевичу, председателю нашему: „Анну Филимоновну нужно в район прислать, чтобы своим опытом поделилась. И сам вместе с ней приезжай. Где что и подскажешь“.
Вызовет меня Пётр Савельевич, мужик, хотя и в годах, но не ломаный. Одним словом, во всём крепкий мужик. Вызовет, бывало, и скажет: «Ну, Нюра, собирай вещи. Надевай на себя что ни на есть лучшее, чтобы перед людьми не посрамиться. Поедем мы с тобой на недельку в город отдыхать».
Брал в районе или в областном городе всегда один номер на двоих. Это, как он говорил, чтобы средства колхозные экономить. Два отдельных номера колхозу в копеечку влетят. Хитрющий, — заулыбалась Нюрка. — Баба-то у него хилязная. Что тень на закате. Тонюсенькая да длинная. Не сравнить со мной, — и она, хлопнув обеими ладонями по мясистым бёдрам, весело добавила: — Он не такой требовательный, как мой Костик. А меня на двоих и сейчас хватит».
Нюрка сбавила шаг, осторожно перебралась по скользким слегам через заболоченный ручей на задах и, когда оказалась на твёрдой тропе, вернулась к прежним мыслям: «Да, прошлого уже не воротишь. Теперь уже и рекордистки, как я и моя Шурка, никому не нужны. Вот уже четыре года никуда не выезжаю из родного села. Посмотришь телевизор… Все из-за границы везут. Своего нашим людям вроде бы и не надо. Тьфу ты! Посмотришь эти рекламы по телевизору, так даже перед своим собственным мужиком стыд берет. Вроде бы мне „тампекс“ какой-то нужен?! Да на черта нужна мне эта пробка! Марля на ферме ещё не перевелась. Мы её с Петром Савельевичем на одном из слётов закупили. Да если б я и захотела эти „оби“ купить — не на что. Зарплату с зимы не давали».
Нюрка, разозлившись, вдруг остановилась, поражённая. Вся округа, окутанная только что утренними сумерками (до восхода солнца было больше часа) осветилась неземным светом. И ярче всего сияло вокруг фермы, где и фонари-то не горели с времён перестройки.
— Да что ж это такое, Господи?! — вслух изумилась Нюрка. — уж не телевизионщиков ли снова прислали, чтобы мою рекордистку для области снимать? Нужно поторопиться.
Когда Нюрка прибежала к ферме и завернула за стог лежалой, полусгнившей соломы, от того, что она увидела, её голубые озерца стали ещё больше, а сама она чуть не села в лужу, образовавшуюся рядом со стоком из фермы. Но злость взяла верх над изумлением, и Нюрка заорала:
— Сволочи! Мало того, что к Петру Савельевичу приезжаете и увозите каждый раз то свинью, то бычка, так вы ещё и до моей Шурки добрались! Рекетиры проклятые! Средь бела дня грабите! Хуже коммунистов! — выкрикнув последние слова, Нюрка наконец оторвала от земли ноги, обутые в литые резиновые сапоги, срезанные мужем по щиколотки, и, как танк, двинулась в сторону невиданной машины, плоской, с обтекаемыми боками, от которой и исходил обвораживающий голубоватый свет. Но она не старалась разглядеть машину. Не до неё. На её глазах в открытый люк, или дверь снизу, пять человек в зелёных маскхалатах, как у десантников или омоновцев, но только без пятен, пытались по трапу втолкнуть вовнутрь её любимицу, рекордистку Шурку.
— Не отдам! — Как индейский воин, выкрикнула боевой клич Нюрка и врезалась в ряды зелёных, которые копошились вокруг Шурки.
Привычно, как охапки травы, которые перед дойкой задавала коровам, Нюрка хватала похитителей и с размаху швыряла на землю.
Когда справилась с последним, гордая за себя и улыбающаяся, почесала корову за ухом и ласково заговорила:
— Пойдём отсюда, Шура. Доить сейчас тебя буду. Рекордистка ты моя милая! Ведь этим зеленопупикам, — показала рукой на людей в маскхалатах, валявшихся на земле в разных позах, — хоть рекордсменку, хоть мать родную — только бы зарезать и сожрать.
Она уже вознамерилась повернуть Шурку и увести с трапа, как один из зелёных вскочил на ноги и направил на неё небольшой сигарообразный предмет, в котором вспыхнул оранжевый лучик. Нюрка подняла было руку, чтобы треснуть по голове этого зелёного, но рука не подчинилась ей, упала как плеть и будто прилипла к крутому мясистому бедру.
«Что за чёрт! Никогда со мной такого не случалось, чтобы я размякла перед каким-то зеленопупиком», — последнее, что пронеслось в Нюркиной голове, и она потеряла сознание.
Глава 2
В НЕИЗВЕСТНОСТИ
Нюрка несколько раз глубоко вздохнула, как это она делала всегда рано утром, прежде чем встать и идти на дойку. Потом распахнула голубые озерца и уставилась в зеркальный потолок. Увидев на потолке самое себя на какой-то белой тахте, а может, это был диван необычайной конструкции, в своём неизменном выцветшем халате и в обрезанных по щиколотку литых резиновых сапогах на босу ногу, удивлённо спросила:
— Где это я?
Потом скосила глаза влево: неподалёку валялась алюминиевая доенка с намалёванными голубой краской её инициалами «Н. Ф.». Нюрка успокоилась, подумав при этом: «Есть чем обороняться», — и, протянув руку, положила мозолистую ладонь на край доенки.
«И всё же, где это я? Что-то понять не могу? Ни в районе, ни в области я в гостиницах зеркальных потолков не видела. Уж на что коммунисты смышлёные были, но не на такую стать. Могли, к примеру, перед приездом какого-нибудь высокого начальства, особенно из Москвы, перед фермой в январе месяце в клумбах живые цветы высадить. Но до потолков зеркальных не доходило. Может, я к новым русским попала? К новоявленным миллионерам? Ведь уже года четыре я из села никуда не выезжала. Может быть, они и понастроили такие фермы, только по телевизору не показывают. У фермеров-то, конечно же, такого ничего нет. Они только ссуды берут да проматывают эти денежки».
Но мысли Нюрки прервались.
— А где же Шурка? — воскликнула она. — Куда её-то, бедную, подевали?
Нюрка села на диван и огляделась вокруг. В двух шагах от себя, на бирюзово-кафельном полу, увидела Шурку, которая лежала и, полузакрыв глаза, мирно пережёвывала серку.
— Слава тебе, Господи! — обрадовалась Нюрка и в первый раз в своей жизни перекрестилась. — Если рекордсменка моя здесь и доенка тоже, значит, мы кому-то ещё нужны? Значит, опять на какой-то слёт передовиков прибыли, не иначе? Хотя раньше меня с Петром Савельевичем вызывали, без Шурки. А здесь наоборот, зачем-то с коровой и как-то тайком, без предварительного звонка.
Нюрка опустила ноги с кушетки на пол и вслух обругала себя:
— Это что же я, дурёха, развалилась и полёживаю! А про Шурку и позабыла совсем. Она у меня недоеная ни вчера, ни сегодня! Вымя загрубнет, так какая же она тогда рекордистка будет?
Она вскочила на ноги, подняла подойник и остановилась в замешательстве: где взять воды.
— Как-никак, а перед дойкой вымя помыть нужно, — ворчала она себе под нос.
Но куда бы она ни тыкалась, нигде не могла обнаружить водопроводного крана или чего-нибудь похожего.
— Что же они здесь без воды живут, что ли? — пронеслось в Нюркиной голове. — Ну, подоить свою рекордистку я, и вымя не помыв, могу. А как же потом? Ведь она же пить захочет!
И, скользя в подрезанных сапогах по гладкому кафельному полу, Нюрка принялась обследовать все выемки и впадины, где, по её мнению, должна была быть вода. Наконец остановилась перед Шуркой, решив больше не терять времени на бесплодные поиски и подоить свою рекордистку. И первый раз за всё время, пока за ней была закреплена Шурка, прикрикнула на неё:
— А ну вставай! Разлеглась, как у себя дома! Доить сейчас буду!
Шурка лениво повернула голову в её сторону, перестала жевать серку и заскользила копытами по бирюзово-кафельному полу, пытаясь встать. Но только она вставала на колени передних ног и готова была подняться, как задние ноги начинали скользить по плитке, и корова снова тяжело падала на пол. Нюрка изо всех сил старалась помочь любимице, но ничего не получалось. Если не считать того, что обе вывозились в наложенных тут же Шуркой тёмно-зелёных «блинах».
Обескураженная и раздосадованная неудачей, Нюрка села на диван непонятной конструкции и задумалась, что делать дальше. Вокруг ни души. Ни окон, ни дверей. А прямо из стен льётся мягкий, не режущий глаза голубоватый свет.
— Ну я попала в переплёт! — выговорила она, покачав головой. Потом вдруг вскочила на ноги и принялась стаскивать с себя халат, шевеля при этом полноватыми губами, но не проронив вслух ни звука. Подошла к Шурке, и, сев перед ней на колени, подсунула халат под её задние ноги.
— Поднимайся, милая. Вот так, моя хорошая!
Корова послушно выполняла приказания хозяйки. Поднялась на задние ноги, выпрямила передние. И вот уже стоит, не решаясь переступить с ноги на ногу.
Нюрка потянулась за подойником, опершись левой рукой о плитку пола, которая была светлее других. И в эту же секунду одна из стен исчезла бесшумно. Перед изумлённой Нюркой оказалась небольшая круглая поляна квадратов в шесть-семь, поросшая низенькой голубой травкой.
— Вот это да! Как в сказке! Кому расскажешь, не поверят.
Больше раздумывать она не стала, поспешила перевести корову на полянку. Шурка обнюхала голубую травку, но на вкус пробовать не стала. Нюрка тоже опустилась на корточки, потрогала траву.
— Трава как трава. Только голубая. Где же мы всё-таки? И где эти зеленопупики? — Нюрка подошла к корове и обняла её за шею. — Не на том же свете мы с тобой оказались?! А может, я сплю…
Нюрка опустила руку и сильно ущипнула себя за бедро. Да так сильно, что даже ойкнула от боли.
— Как белый свет ясно, что живая я и здоровая, и все это не во сне, а наяву. Не свихнулась же я?
Корова посмотрела на неё своим масляным взором и жалобно замычала.
— Ах ты, милая! Я опять про тебя забыла. Сейчас подою. Хватит уж думать и гадать…
После всего сказанного она по-хозяйски огляделась по сторонам, но не найдя «сидюшку», которая у неё была на ферме (доильные-то аппараты давно испортились, а новые купить не на что), опустилась перед Шуркой на колени и подставила подойник под вымя. Белые струйки молока зазвенели об алюминиевую жесть, и Нюрка сразу же забыла о том, что с ней случилось и где она находится.
Надоив целый подойник пенящегося парного молока, она встала с колен и огляделась по сторонам:
— Куда же вылить? Не на траву же? Ведь у Шурки ещё с полдоенки наберётся.
Она подошла к углу помещения и заметила там неглубокую выемку в бирюзово-кафельном полу. Потихонечку начала выливать молоко из доенки, понимая, что все туда не войдёт. Но молоко все до последней капли ушло, как в песок. Нюрка вернулась к корове и опять, опустившись перед ней на колени, принялась доить её, не думая о том, куда девалось молоко.
Закончив работу, она почувствовала усталость. Добралась до дивана и села. На вид твёрдый, как камень, он был мягкий и пружинистый. «Вот чудо! — подумала лениво и полусонно Нюрка. — Что же это за контора такая? Увезли на иномарке, да к тому же вместе с Шуркой и заперли в какую-то зеркальную светлицу без окон и без дверей. На тюрьму не похоже. Тюрьмы у нас обшарпанные, серые и в них хоть какие-то окошечки есть».
Размышления её прервала замычавшая корова.
— Так и есть, пить после дойки захотела, — хлопнув ладонью по круглой коленке, воскликнула она и с нарастающим раздражением добавила: — Куда же подевались зеленопупики? Они что же, без воды и еды заморить нас хотят? А права человека как же?
Усталости и сонливости как не бывало. Нюрка вскочила на ноги, хмуро поглядела сначала в одну, потом в другую сторону. Точно так, как это делал, когда приходил в ярость, их племенной бык Калистрат. Расправив плечи и пригнув голову, Нюрка сорвалась с места и ринулась на глухую стену, которая изливала в помещение голубоватый свет.
Она крепко зажмурила глаза, а когда, не почувствовав ни удара, ни боли, вновь их открыла, то увидела стену позади себя.
— Что за чёрт?! Уж не телепаткой ли я стала после того оранжевого лучика, направленного на меня зелёным, что вот так просто через глухую стену прохожу? Невероятно!
Нюрка давно заметила, разговаривает вслух. Иначе в этой звенящей тишине было жутковато. Когда слышишь свой голос — не так страшно. И вдруг появился ещё один звук. Она прислушалась.
— Вроде бы где-то ручеёк журчит? Ну точно! Как у нас за фермой в овражке!
Осторожно, глядя себе под ноги, в густую голубую траву, пошла на этот звук и вскоре увидела перед собой ручеёк, который струился по белым и голубым камушкам и через пару шагов пропадал в голубоватой остролистой траве, чем-то похожей на осоку. Там образовался небольшой омуток.
Нюрка решительно повернулась и поспешила к корове. Держа её за обломанный рог и подгоняя своим халатом, привела к ручью. Корова наклонила голову и принялась обнюхивать воду, весело бежавшую по голубовато-белым камешкам.
— Чего нюхаешь?! — прикрикнула на неё Нюрка. — Это тебе не у нас на ферме. Чистую, ключевую воду она, видите ли, не желает. Будто у нас там вонючая ржавая вода слаще. От чистой воды она морду воротит. Пей, сказала!
Шурка грустно поглядела на хозяйку, прямо-таки по-человечески покачала головой и, опустив к ручейку морду, принялась пить.
— Вот так бы давно и надо было, — заулыбалась Нюрка и, отойдя пониже, к омутку, принялась полоскать свой халат, чтобы потом высушить его и надеть на себя.
Занятая делом, она не сразу увидела метрах в двух от себя таинственного похитителя, одетого все в тот же, как и при захвате, омоновский или десантный комбинезон, в зеленоватых, хорошо облегающих руки перчатках и точно такого же цвета маске на лице, с большими, круглыми глазищами, как у противогаза. Между ними тонкий крючковатый нос, своим кончиком почти касающийся растянутых губ. Он стоял на противоположном берегу ручейка и нагло разглядывал её. Только тут Нюрка вспомнила, что она почти голышом: в трусах и бюстгалтере, а в руках скрученный в жгут халат.
Нюрка не испугалась, а только ещё больше обозлилась на то, что какой-то зеленопупик разглядывает её, как свою собственность. А такое не позволялось даже начальству из Агропрома, когда оно бывало в колхозе с ночёвкой. Если Петру Савельевичу нужно было позарез выпросить пару тракторов, то один из них всегда обещал потом отдать её мужу Косте. Тут уж Нюрка не ломалась: надо, значит, надо! Что не порадеть ради общего дела… Не только с начальником из Агропрома ночь проведёшь, но и на амбразуру дзота полезешь, особенно если знаешь, что в колхозной кассе ни копеечки. «А этому-то что надо? Вылупился, как на своё! — с возмущением подумала Нюрка. — Нет уж, она теперь учёная. За просто так, без гарантии ублажать не будет. Одного урока на всю оставшуюся жизнь хватит: обещанный новый трактор Пётр Савельевич не Косте, а свояку своему отдал».
Теперь, вспомнив о прошлом обмане, Нюрка взорвалась:
— Ну чего уставился, черт зелёный? Или бабу в лифчике ни разу не видел? А ну, топай отсюда, пока морду не разбила! — и Нюрка стала решительно наступать на похитителя, размахивая халатом, как кнутом.
Зелёный все так же стоял, не двигаясь, тараща свои круглые глаза. Нюрка осмелела совсем, подошла вплотную и ухватилась свободной рукой за нос-крючок:
— Снимай свою маску, рекетир проклятый! Ишь, рожу-то свою бесстыжую спрятал! Чтобы люди не узнали?!
А когда зелёный схватил её за руку, чтобы освободить свой нос, Нюрка заорала:
— Сейчас ты у меня замычишь! Не с такими справлялась! — и принялась хлестать его мокрым халатом.
Зелёный кое-как освободил свой крючковатый нос из сильных Нюркиных пальцев, натренированных многолетней ручной дойкой, и, как заяц, с места, без разбега отскочил в сторону метра на два.
— Ишь ты! — поразилась Нюрка. — Вот это сиганул! Никакой спортсмен такой крендель не выкинет!
И уже улыбаясь, потому что от природы была миролюбивой и доброй, спросила:
— Ты чего маску-то на рожу напялил? Покажись. Так и быть, не выдам тебя милиции, — и сделала шаг в его сторону.
Но зелёный тут же отскочил и, подняв руку, потрогал пальцами свой тонкий, крючковатый нос.
— Что, больно? — улыбнувшись, спросила Нюрка. И тут же вспомнив, что всё ещё стоит перед незнакомцем в лифчике, развернула халат, встряхнула и надела на себя.
Зелёный стоял в стороне и наблюдал за каждым её движением. Увидев, что она улыбается и, по всей видимости, не намерена в ближайшее время нападать на него, он ещё больше растянул и без того сильно растянутые губы.
— Ну, чего молчишь? Куда это вы приволокли нас с Шуркой? — оглаживая ладонями на себе мокрый мятый халат, спросила доярка.

Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки - Ивенин Владимир => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки на этом сайте нельзя.