А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Питерс Элизабет

Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона


 

На этой странице выложена электронная книга Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона автора, которого зовут Питерс Элизабет. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона или читать онлайн книгу Питерс Элизабет - Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона равен 249.83 KB

Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона - Питерс Элизабет => скачать бесплатно электронную книгу



Амелия Пибоди – 02

OCR Денис
«Элизабет Питерс. Проклятье фараона»: Фантом-Пресс; Москва; 2003
ISBN 5-699-01703-8
Оригинал: Elizabeth Peters, “The Curse of the Pharaons”
Перевод: Е. Ивашина
Аннотация
Амелия Пибоди пускается в очередное опасное и веселое приключение. Не сидится ей в тихой, уютной Англии, подавай знойный Египет с его древними тайнами и загадками. Отправившись в очередную экспедицию за древностями, Амелия сталкивается с самым настоящим убийством. Убит известный богач, посмевший проникнуть в пирамиду самого фараона. В любой другой стране можно было бы проводить расследования обычными методами, но только не в Египте. Проклятье фараона витает над древними песками, и только такая непредсказуемая особа, как Амелия, способна своим юмором и задиристым нравом развеять суеверия, вывести на чистую воду ожившие мумии и призраки.
Нелегко расследовать преступление в атмосфере всеобщего недоверия и подозрительности. Днем то и дело происходят дрязги, а ночами по дому шастает белый призрак. Но Амелия Пибоди чувствует себя в такой атмосфере как рыба в воде, ведь она обожает приключения, тайны и опасности.
Элизабет Питерс продолжает радовать читателей, подарив им запутанный детективс колоритными персонажами, обаятельной героиней и таинственной восточной атмосферой.
Элизабет Питерс
Проклятье фараона
Глава первая
I
История эта началась одним декабрьским вечером, когда я пригласила на чай леди Кэррингтон с приятельницами...
Пусть не введет вас в заблуждение, любезный читатель, столь тривиальное начало. Видите ли, точность – не последнее из моих положительных качеств, а значит, обойтись без даты и места действия я не могла. Но если вы настроились на незатейливую семейную сказочку, где сюжетную линию составляют пикантные сплетни о местной знати, то, боюсь, вас ждет разочарование. Пасторальные мотивы вообще не в моем вкусе, как и званые чаепития. Скажу больше – подобному дурацкому времяпрепровождению я охотно предпочту скачки по пустыне, когда по пятам гонится шайка вооруженных до зубов дервишей. По мне, лучше сидеть на верхушке дерева, спасаясь от взбесившегося пса, или улепетывать от ожившей мумии, чем тратить целый вечер на пустую болтовню с дамами в кринолине. Направленные в лоб пистолеты, приставленные к горлу ножи, ядовитые змеи в постели, проклятие давным-давно почившей венценосной особы – любая из этих опасностей мне милее светских раутов.
Не спешите упрекать автора в хвастовстве, читатель! Моей натуре чуждо преувеличение. Все эти опасности – за одним-единственным исключением – я испытала на себе. Кстати, об исключении... Эмерсон как-то вскользь бросил, что если бы я и впрямь столкнулась с шайкой дервишей, то жить мне осталось бы ровно пять минут. Дескать, ни один, пусть и самый покладистый, из этих головорезов не выдержал бы дольше моего безудержного кваканья.
Это Эмерсон так острит. И думает, что удачно! Пяти лет в браке мне хватило, чтобы научиться сдерживать характер и помалкивать даже в ответ на такие вот, с позволения сказать, остроумные замечания. А что прикажете делать? Положение замужней дамы обязывает! Должна признаться, что положение это меня вполне устраивает... в основном. Эмерсон – просто-таки замечательная личность. Что, согласитесь, для представителя мужского пола большая редкость.
Правда, и у счастливого замужества есть своя оборотная сторона. В чем я убедилась в то промозглое декабрьское утро. Мало того, что настроение мое в связи с предстоящим чаепитием было хуже некуда, так еще погода погрузилась в траур. С раннего утра зарядил ледяной дождь, временами переходивший в противный липкий снег. После некоторых колебаний я отказалась от традиционной прогулки по окрестным холмам. Наши собаки были не столь благоразумны и битый час шастали по грязи, после чего прямиком устремились в гостиную, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Рамзес же...
Впрочем, о Рамзесе – в свое время.
ПРОЖИВ В КЕНТЕ ЦЕЛЫХ ПЯТЬ ЛЕТ, Я УМУДРИЛАСЬ НИ РАЗУ НЕ ПРИГЛАСИТЬ СОСЕДЕЙ НА ЧАЙ. ОНО И НЕУДИВИТЕЛЬНО – НИ ОДИН ИЗ НИХ НЕ СПОСОБЕН ПОДДЕРЖАТЬ НАУЧНУЮ БЕСЕДУ, НИ ОДИН НЕ ОТЛИЧИЛ БЫ АНТИЧНУЮ АМФОРУ ОТ ДОИСТОРИЧЕСКОЙ КУХОННОЙ УТВАРИ, А О СЕТИ I В ОКРУГЕ И ВОВСЕ СЛЫХОМ НЕ СЛЫХИВАЛИ. ОДНАКО ТЕМ ДЕКАБРЬСКИМ ДНЕМ МНЕ ПРИШЛОСЬ-ТАКИ ПОУПРАЖНЯТЬСЯ В ОБМЕНЕ ЛЮБЕЗНОСТЯМИ. ЭМЕРСОН ПОЛОЖИЛ ГЛАЗ НА ДРЕВНИЙ КУРГАН ВО ВЛАДЕНИЯХ КЭРРИНГТОНОВ И С ПРИСУЩИМ ЕМУ ТАКТОМ ЗАЯВИЛ, ЧТО НЕПЛОХО БЫ ДЛЯ НАЧАЛА «УМАСЛИТЬ» СЭРА ГАРОЛЬДА, А УЖ ПОТОМ И ПОДКАТИТЬ С ПРОСЬБОЙ О РАЗРЕШЕНИИ НА РАСКОПКИ.
Эмерсон вообще-то сам виноват, что без умасливания дело не сдвинулось бы с мертвой точки. Разделяя взгляды своей половины, я тоже не выношу охоту на лис (более идиотскую забаву трудно придумать) и нисколько не виню Эмерсона за тот случай, когда его усилиями несчастное животное благополучно избежало западни, ловушки или как там это называется у охотников. И что бы не удовольствоваться этим геройским поступком? К чему, спрашивается, было стаскивать сэра Гарольда за штаны с лошади и хвататься за кнут? Вполне достаточно короткой, но выразительной лекции. Как хотите, а кнут в общении с джентльменом – это явный перебор.
Сэр Гарольд в запале пригрозил Фемидой, но потом поутих, сообразив, что это могут расценить как неспортивное поведение. (Как будто гоняться целой ордой, да еще со сворой собак в придачу, за ошалевшей от страха лисой – спортивное поведение!) От нападения на Эмерсона с кулаками сэра Гарольда удержал внушительный рост обидчика и его же стойкая – и вполне заслуженная – репутация необузданного типа. Остался один выход, к которому сэр Гарольд и прибег, объявив Эмерсону бойкот. На всякого рода бойкоты Эмерсону наплевать; он просто-напросто не замечает, что его игнорируют. Так джентльмены и не замечали друг друга до поры до времени. Точнее, до того момента, когда Эмерсону вздумалось покопаться в кургане Кэррингтонов.
Курганчик симпатичный, что и говорить, – длиной футов в сто и шириной около тридцати. В таких могильниках обычно находят захоронения древних викингов, и Эмерсон лелеял надежду обнаружить здесь останки какого-нибудь вождя, а если повезет, то и свидетельства языческого жертвоприношения. Будучи личностью в высшей степени правдивой, должна признаться, что леди Кэррингтон я зазвала не только ради моего ненаглядного супруга. Мне и самой отчаянно хотелось покопаться в кургане.
А еще я ужасно переживала за Эмерсона.
Он помирал с тоски. О нет, внешне это почти никак не проявлялось! У Эмерсона масса недостатков, но он вовсе не любитель ныть и обвинять окружающих во всех своих несчастьях. Представьте, мой дорогой Эмерсон даже меня не обвинил в той трагедии, что поломала ему жизнь.
Мы познакомились, когда Эмерсон проводил археологические раскопки в Египте. Некоторым крайне скучным личностям без намека на воображение раскопки представляются малопривлекательным занятием. В самом деле, подхватить заразу проще простого, мозги плавятся от жары, удобств никаких, а санитария на уровне времен зарождения человечества. Все это слегка омрачает радость охоты за сокровищами исчезнувших цивилизаций. Однако Эмерсон такую жизнь обожает, я тоже, вот мы и соединили наши судьбы в брачном, профессиональном и финансовом союзе. И умудрились провести грандиозный сезон в Сахаре даже после рождения сына. В Англию вернулись только ранней весной, причем с твердым намерением уже следующей осенью возобновить раскопки. Но тут на наши головы, как сказала бы леди Шелотт (а может, и сказала, с нее станется), свалилось проклятие в очаровательном образе Уолтера Пибоди Эмерсона по прозвищу Рамзес.
Если помните, читатель, я обещала, что о Рамзесе будет отдельный разговор. Время пришло, но предупреждаю сразу – от Рамзеса двумя строчками не отделаешься.
Нашему чаду было всего три месяца от роду, когда мы оставили его на руках у моей дорогой подруги Эвелины. Получив от своего тирана деда, старого графа Элсмира, в наследство замок и астрономическую сумму денег, Эвелина вышла замуж за младшего брата Эмерсона. Уолтер (один из немногих мужчин, общество которых я способна выносить более получаса) – выдающийся египтолог, известный в археологических кругах. В отличие от Эмерсона, предпочитающего копаться в земле, Уолтер специализируется на расшифровке всяческих папирусов с египетскими письменами. Поселившись с красавицей женой в ее родовом замке, Уолтер ведет жизнь, о которой втайне мечтает любой филолог, – целыми днями штудирует полурассыпавшиеся папирусы, а по вечерам развлекается с потомством.
Эвелина, славная душа, с восторгом согласилась взять к себе Рамзеса. Неумолимая природа в который раз разрушила ее надежды на очередное материнство (у Эвелины и Уолтера уже трое детей), так что наш с Эмерсоном малыш пришелся в этом чадолюбивом семействе как нельзя кстати. Трехмесячный Рамзес был вполне сложившейся личностью – копна черных волос, круглые синие глаза и нос-пуговка с явственными признаками грядущей орлиности. Спал он чуть ли не сутками. Эмерсон впоследствии заметил, что, должно быть, наше чадо копило силы.
Признаться, расставание с сыном далось мне с большим трудом. Я и сама не предполагала в себе материнских чувств такой глубины. С другой стороны, не такой уж это долгий срок для человека – три месяца, чтобы произвести впечатление, пусть даже и на собственных родителей. К тому же Сахара манила неимоверно. Раскопки оказались весьма и весьма плодотворными, так что мысль о брошенном младенце, честно признаюсь, меня не угнетала. И все же к весне я изнывала от желания увидеть сына и рвалась в Англию. Как выяснилось, Эмерсон испытывал те же чувства. И мы помчались в замок Элсмир.
Этот день навеки запечатлелся в памяти! Стоял апрель – лучший в Англии месяц! На небе ни облачка, что само по себе явление запоминающееся. Древний замок посреди изумрудной лужайки, весь в зелени дикого винограда и плюща, напоминал выползшую на солнышко престарелую светскую даму. Заслышав хруст гравия под колесами, на парадное крыльцо выскочила Эвелина и, раскрыв объятия, полетела ко мне. Вслед за женой не замедлил появиться и Уолтер, радостно хлопнул Эмерсона по плечу и одарил меня братским поцелуем. Покончив с приветствиями, Эвелина воскликнула:
– Вам, конечно, не терпится обнять Уолтера-младшего!
– Если это удобно... – в соответствии с правилами приличия отозвалась я.
Эвелина со смехом потянула меня за руку.
– Со мной без политеса, Амелия! Уж я-то тебя знаю! Ты умираешь от желания увидеть свою крошку.
Элсмир – замок, как вы уже поняли, немаленький. И это еще мягко сказано. Кое-какие переделки в духе времени не коснулись основ; стены замка, мощные, добрых шести футов толщиной, дышали средневековьем. Казалось бы, никакому звуку не под силу пробиться сквозь такую непреодолимую преграду... но, как ни странно, буквально с порога мы были встречены приглушенным шумом, который по мере нашего продвижения по дому становился все громче. Я сказала «шумом»? Скромность – качество неплохое, но не до такой же степени! Собственно, именно поэтому я и осведомилась, отбросив присущий мне от природы такт:
– Дорогая, ты что же, приютила бродячий зверинец?
– Можно и так сказать! – Эвелина сдавленно фыркнула.
Мы поднялись на второй этаж, прошли по длиннющему коридору. Рев все усиливался. Остановились перед закрытой дверью. Эвелина толкнула створки... Небывалой силы звук едва не сбил меня с ног; признаться, я даже отпрянула, отдавив ногу моему ненаглядному, благоразумно прятавшемуся у меня за спиной.
Мы стояли на пороге прелестной детской комнаты, оснащенной всеми удобствами, которые только могут обеспечить родительская забота и неограниченные средства. Просторное помещение было залито солнечным светом; отгороженный защитным экраном камин источал жар; каменные стены казались бы холодными, если бы не деревянная обшивка, веселенькие картинки и ярко-золотистая драпировка. Пушистый ковер на полу был усеян разноцветными игрушками всевозможных размеров. Перед камином мирно поскрипывало кресло-качалка, где устроилась прямо-таки классическая нянюшка – накрахмаленный чепец, белоснежный фартук с оборочками, добродушная розовощекая физиономия и вязание в старательных пухлых пальцах. Вдоль стен комнаты, я бы даже сказала точнее – по углам комнаты, в оборонительных позах застыли трое малышей. Хотя за минувший год дети изрядно выросли, я без труда узнала юную поросль плодовитого союза Эвелины и Уолтера.
Посреди комнаты на ковре восседало...
Черты лица разглядеть было невозможно – вместо них зиял разверстый в крике рот. Но материнское сердце не проведешь – этот вулкан в миниатюре я узнала сразу же.
– А вот и мы! – набрав побольше воздуха, выкрикнула Эвелина. – Посмотрите только, как мы выросли!
– Какого дьявола! – выпалил Эмерсон. – Что это с ним?
Услышав новый голос – как это ему удалось, по сей день остается загадкой, – младенец захлопнул рот. От внезапно наступившей тишины у меня зазвенело в ушах.
– Да ничего особенного, – хладнокровно отозвалась Эвелина. – У нас режутся зубки, вот мы и капризничаем.
– Каприз... – ошарашенно начал было Эмерсон и умолк на полуслове.
Не дрогнув под испытующим взглядом круглых синих глаз, я отважно шагнула через порог. Насколько мне известно, младенцы в основном состоят из припухлостей и ямочек, но создание, восседавшее на ковре, состояло по большей части из углов. Подбородок выступал вперед с решительностью, которую не в силах была смягчить даже детская пухлощекость. Глаза, вместо того чтобы светиться невинной прозрачной голубизной, как у всех нормальных детей, сияли густо-синими сапфирами и рассматривали меня задумчиво и пытливо.
Эмерсон бочком начал приближаться к младенцу, словно перед нами было не человеческое дитя, а голодный тигр. Синий взгляд неожиданно метнулся в его сторону. Эмерсон окаменел. Подождав с полминуты, вдруг рухнул на колени и расплылся в идиотской улыбке.
– Бубуська моя, – засюсюкал он. – Сынулечка, иди на ручки к своему папулечке...
– Ради бога, Эмерсон! – не выдержала я. – Что ты несешь?!
Синие глаза вновь переместились на меня. «Так, с этим все ясно. А ты что скажешь?» Готова поклясться, именно эта мысль светилась в немигающем взгляде.
– Я – твоя мама, Уолтер, – отчетливо выговаривая каждое слово, произнесла я. – Ма-ма. Скажи «мама». Еще не умеешь?
Без единого звука существо повалилось набок. Эмерсон издал тревожный вопль, но беспокойство оказалось напрасным: миг спустя младенец проворно встал на четвереньки и с немыслимой скоростью двинулся ко мне. У самых туфель затормозил, шлепнулся на мягкое место и воздел ручки.
– Мама! – Улыбка обнаружила очаровательные ямочки на щеках и три крохотных зуба в пухлом ротике. – Мама, оп! Оп, оп, оп, ОП! – по возрастающей.
От последнего «ОП» в детской зазвенели стекла. Я поспешно подхватила громогласное создание и невольно ахнула от его вполне ощутимого веса. Короткие ручонки обвились вокруг моей шеи, дитя ткнулось мне в плечо.
– Мама! – сказало оно почти тихо.
По какой-то непонятной причине (наверное, младенец слишком сильно сдавил мою шею) у меня перехватило горло.
– Он у нас молодец! – гордо, будто о собственном чаде, сообщила Эвелина. – Обычно дети до года молчат, а у этого юного джентльмена в запасе целый арсенал слов! Я каждый день показывала маленькому Уолтеру ваши фотографии и рассказывала о вас!
Эмерсон топтался рядом и поглядывал на меня с гнусно-ревнивым выражением. Младенец ослабил мертвую хватку, глянул на родителя, что-то про себя прикинул и с чудовищно хладнокровным, как выяснилось в свете дальнейших событий, расчетом вырвался из моих рук.
– Па-па!
Эмерсон подхватил его на лету. Несколько мгновений папуля и сыночек разглядывали друг друга с безнадежно одинаковыми идиотскими ухмылками. Потом Эмерсон подбросил чадо в воздух. И еще раз, в восторге от счастливого младенческого визга. В третий раз не подрассчитал, и черноволосая макушка соприкоснулась с потолком. Эвелина сделала выговор неосторожному папаше, а я... Я помалкивала. С каждой секундой во мне росло странное, дурное предчувствие. И я, как всегда, оказалась права. Та встреча стала началом жесточайшей пожизненной войны, в которой победа мне не светила.
Именно Эмерсон дал младенцу прозвище. Он сказал, что воинственной внешностью и диктаторскими замашками Уолтер-младший сильно смахивает на египетского фараона, второго из череды Рамзесов – того, кто заполонил берега Нила гигантскими изваяниями собственной персоны. Мне ничего не оставалось, как признать наличие сходства. Как ни крути, а старшего Уолтера, своего кроткого, спокойного дядюшку, наш отпрыск напоминал куда меньше.
Эвелина с мужем слезно умоляли нас остаться, но мы все же предпочли поселиться отдельно. Гостеприимство гостеприимством, но жить постоянно вблизи действующего вулкана не каждому под силу. Рамзес явно наводил ужас на кузенов – те не могли тягаться с его буйным нравом и не менее буйными проявлениями любви.
Как мы быстро убедились, наше чадо отличалось поразительным умом, а его физические способности ничуть не уступали интеллекту. Восьми месяцев от роду оно ползало с ошеломляющей скоростью. В десять месяцев, приняв решение научиться ходить, Рамзес в момент обзавелся полным комплектом синяков и шишек. Расквашенный нос, ободранный подбородок, в кровь разбитые коленки – все это он заполучил одновременно, поскольку ни в чем не признавал половинчатости. Он поднимался на ноги, шатался, шлепался, снова поднимался – и так несколько дней кряду, до тех пор, пока не добился-таки желаемого. А добившись, продолжал ежесекундно оттачивать мастерство – иными словами, находился в вечном движении.
К этому времени Рамзес уже вовсю болтал. Правда, меня немного раздражала его картавость, которую я относила на счет чрезмерной зубастости, унаследованной от родителя. Из того же источника Рамзес унаследовал кое-что и похуже. Признаться, точного определения этой черты характера я, сколько ни пыталась, так и не нашла. Нет в английском языке слова, способного передать это свойство в полной мере. На ум приходит лишь сочетание «ослиное упрямство», но и оно дает весьма отдаленное представление о главном свойстве двоих Эмерсонов.

Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона - Питерс Элизабет => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Амелия Пибоди - 02. Проклятье фараона на этом сайте нельзя.