А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Рясной Илья

Вирус смерти


 

На этой странице выложена электронная книга Вирус смерти автора, которого зовут Рясной Илья. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Вирус смерти или читать онлайн книгу Рясной Илья - Вирус смерти без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Вирус смерти равен 100.34 KB

Вирус смерти - Рясной Илья => скачать бесплатно электронную книгу



Рясной Илья
Вирус смерти
Илья Рясной
Вирус смерти
Нежданные посетители чувствовали себя в моем кабинете как дома, развалившись в мягких кожаных креслах. Один сосредоточенно тер обивку жирным пальцем с длинным желтым ногтем. Другой положил ногу в ковбойском ботинке на низкий столик. Третий говорил без умолку. Они всячески пытались подчеркнуть, что принадлежат к категории "новых русских". Пальцы унизаны массивными золотыми печатками. Один в красном пиджаке. Другой в зеленом. Еще желтого не хватало были бы все цвета светофора. Правда, на третьем ладно сидел строгий смокинг, перстней не было, в руке он держал сотовый телефон.
Эти трое вполне соответствовали штампованному образу русского из американских фильмов пятнадцатилетней давности - здоровые, тупые, кровожадные. И надо же, принесло их именно ко мне.
А день начинался так хорошо. После подписания выгодного контракта с австрияками я цедил кофе с армянским коньяком и размышлял о грядущей выставке. На ней, если верить моим приятелям-экспертам из кошачьего клуба, нам с Матильдой светит первое место за внешний вид. Конечно, светит Матьке, а не мне, но радоваться буду я. Матьке все равно, она выше земной славы... И вдруг благостность и спокойствие тихого сентябрьского дня разлетаются вдребезги. Заявляются трое, обещают устроить большой тарарам, если их не пропустят к генеральному директору, то есть ко мне. Я радушно их принимаю и вот уже сколько времени выслушиваю угрозы и недвусмысленные намеки. Главное, я знал, что их угрозы нешуточные. Ранним утром взлетела на воздух "вольво" моего заместителя Иосифа Шварцмана, хитрого, тихого и пугливого еврея. Никто не пострадал, слава Богу, если не считать того, что Иосик уже несколько часов в ужасающих количествах поглощает сердечные капли.
Наехали на нас по всем правилам. Месяц назад мы отшили пытавшегося нас надуть прыщавого двадцатидвухлетнего бизнесмена, закончившего кулинарное училище. Связался с ним Иосик, пока я находился в командировке. Я бы кулинара на пушечный выстрел не подпустил. Ненавижу юнцов на "мерседесах". Вернувшись из Бельгии, я сразу понял, чем чревато соглашение, и послал кулинара по матушке. И вот теперь ко мне заваливаются трое и требуют возмещения за экономический ущерб, якобы причиненный их другу. Мол, обидели убогонького. Притом с процентами этот ущерб вырос в какую-то несусветную цифру.
- Ну, короче, - произнес "смокинг", поглаживая пальцами сотовый телефон и всем своим видом демонстрируя, что потраченное ими время гораздо дороже требуемой смехотворной суммы. - Мы, конечно, не угрожаем. Но время такое. Вон, машины взрываются.
- "Вольво" моего зама - это ваша работа?
- Гы-гы, - издал утробный звук "зеленый пиджак". - Ты чего, это не мы.
Он привлек все свои мизерные артистические способности, чтобы изобразить на своей топором рубленной физиономии - да, именно мы, и никто другой!
Бугаи принадлежали к команде Каратиста. Две недели назад от взрыва гранаты погиб вор в законе Фома, под которым, как все считали, "лежит" моя фирма (хоть бы копейка ему от меня перепала!). Начался дележ наследства Фомы. В него активно включилась бригада Каратиста. В ней собрались отмороженные психи, не считающиеся ни с авторитетами, ни с количеством трупов, прущие напролом, без всякой оглядки. Такие долго не живут, но крови портят много. Время подобных нахальных "наездов" ушло в прошлое. Ныне бандиты стараются нащупать взаимовыгодные контакты, сговориться на условиях, удовлетворяющих обе высокие договаривающиеся стороны. Для Каратиста все это излишние премудрости. Он просто хапал что плохо лежит. И почему-то решил, что наша фирма "Техносервис-М" как раз подходит для доения.
Пришлось с "быками" торговаться. Сумму я сбил в два раза и пообещал перевести ее в недельный срок на счет фирмы "Базилика". Полюбовное соглашение было достигнуто.
- И насчет охраны подумайте, - сказал "смокинг". - А то как бы чего...
- Подумаю, - кивнул я.
Они были довольны. Как же - нарвались на дешевого фраера, который после первой же угрозы пошел на попятный. Такого стричь и стричь. Сегодня я согласился уплатить. Завтра они подошлют ко мне своего бухгалтера, чтобы подсчитать, сколько я им должен отстегивать "за охрану". Послезавтра пристроят на работу парочку своих свинопитеков. Сначала в охрану, потом моими заместителями. В конце концов выпрут меня. Все это повторялось уже не раз с другими людьми.
Прощались они со мной как друзья. Своими каменными лапами пытались раздавить мою тонкую интеллигентскую ладонь и радостно лыбились, когда я морщился от боли.
- Не боись, брателло, за нами будешь как за каменной стеной. Еще такие дела наворочаем, - изрыгнул "красный пиджак".
Ушли. Скатертью дорога... Пару минут я обдумывал ситуацию. Потом взял со стола сотовый телефон (хорошая штука, на прослушку просто так не поставишь) и нащелкал номер. На том конце сразу подняли трубку.
- Слушаю.
- Нину Семеновну, будьте добры. Секундное молчание.
- Извините, но вас соединили неправильно.
- Это 218-77-87?
- Увы, мой номер другой.
- Простите...
Все. Встреча назначена. Цифры означали кодированное место встречи и время. "Увы" означало согласие...
Машину Сташко я срисовал в потоке точно в назначенное время. По центру ездить ныне трудно. Я покрутился за его "жигулями" четверть часа по московским улочкам, убедился, что "хвоста" нет. Теперь можно посидеть в парке на Ново-Басманной: выпить баночку пивка на скамейке и поговорить.
- Давно не виделись, - сказал Сташко.
- Давненько. Все пашу.
- Капитал куешь?
- А что нам, буржуям, еще делать прикажешь? Кую... Что ты можешь сказать о бригаде Каратиста?
- Зверинец. Редкие подонки. Каратист - Малютин Виктор Сергеевич, 65-го года рождения, чемпион России по кикбоксингу. Бригада из качков и уголовников. Активно расчищают место под солнцем. Ходят где хотят, мочат кого хотят. Вон, офис фирмы "Меркурий" расстреляли, восемь трупов, из них один ребенок. Еще масса мокрых дел.
- Ясно. Нетопыри. А где родная московская краснознаменная милиция?
- Родная московская краснознаменная милиция взяла бригаду в разработку.
- Круто. Задержите пару шестерок за незаконное хранение оружия, дадут им аж года по два условно.
- Ты же не ребенок. Сам знаешь, какие ныне суды. Какие законы. Как много значат деньги.
- Завтра мне нужны все материалы, которые у вас есть по Каратисту. Сделаешь?
- Куда я денусь?
Сташко передал мне две дискеты.
- Просмотри. Потом уничтожишь.
- Не учи ученого, - отмахнулся я.
- И еще. У них сходняк на загородной даче послезавтра.
- Ваша наружка будет выставлена?
- Нет. Людей не хватает. Чего мы там нового увидим?
- Хорошо, - кивнул я, засовывая пакет в портфель. - Молодец, все знаешь.
Действительно, Сташко знал немало. Как и положено заместителю начальника регионального управления по оргпреступности...
Батюшки светы, кого только не было на выставке! Мордатые синие английские кошки, тонкие и аристократичные среднерусские, белые ангорцы. Когда Господь создавал
кошек, он был в наилучшем расположении духа. Никого изящнее он не сотворил.
Перед началом конкурса я увидел чету Васильченковых. Лица у них были угрюмые. Я счел своим долгом поинтересоваться:
- О чем кручина, Слава?
- Понимаешь, Стас, тут с Мурзилкой такая беда стряслась, - прошептал заговорщицки Васильченков.
- Что такое? - испугался я. Вроде жив Мурзилка. Вон, гладит его Алена пушистого черного перса.
- Самый лучший шампунь купили. Вымыл я его. И, представляешь, грудка побелела. За окрас высший балл может нам только сниться.
- Где побелела? - спросил я.
Алена оглянулась затравленно и негромко произнесла:
- Мы его тушью замазали.
- Теперь боимся, как бы жюри не заметило.
- Да, незадача... По-моему, не слишком видно.
- Правда? - с надеждой спросил Славик, встряхнул в руке Мурзилку, как шкуру.
- Клянусь...
Подделку в окрасе судьи не заметили, и Мурзилка получил высокий балл. Недаром и я драил Матьку всеми видами шампуней, вычесывал, приводил в порядок. Свое первое место за очарование мы все-таки заняли... Матька лежит, вытянувшись на заднем сиденье, лениво приоткрывая глаз, когда машина тормозит или набирает скорость. Я остановился перед светофором и почесал Матьку за ухом. Она потянулась, выпустила когти. Все-таки лучше сибирских кошек нет. Куда до них английским и персидским заморским штучкам: Сибиряки - само достоинство. В Сибири их даже не называют кошками, а уважительно именуют зверями.
Матька беззлобно тяпнула меня за руку и вновь задремала. Я подкрутил веньер радио. Дикторша бодрым голосом сообщала последние известия - сюрреализм середины девяностых. Опять Чечня. Опять Сербия. Мир пылает пожарами. Курс доллара остался на вчерашнем уровне. Забастовка шахтеров - обнаглели, зарплату за три месяца требуют. Рост экспорта нефти... Так, а вот это интереснее.
"Очередное сведение счетов между криминальными группировками произошло вчера в Подольском районе Московской области. Неизвестные преступники расстреляли из автоматического оружия семнадцать человек, собравшихся в одном из домов. По информации нашего источника в МВД, погибшие принадлежали к банде некоего Малютина по кличке Каратист. Сам Малютин погиб. В тот же день в других местах были расстреляны еще четверо активных участников группировки. Милиция считает, что имел место раздел сфер влияния в преступной среде. Малютин известен как один из наиболее жестоких и непримиримых "авторитетов" московского уголовного мира..."
Ну что к этому можно добавить? Действительно жестокий, непримиримый. Он прожил на две минуты дольше остальных. Это время он потратил на то, чтобы ползать на брюхе, пытаться целовать ботинки своих врагов и слезно умолять о пощаде. Горыныч разрядил в его голову пистолет. Умер Каратист как последняя скотина, вмиг превратившись в жалкую, дрожащую тварь. Честно сказать, я такого не ожидал.
Теперь главные заботы позади. Банда Каратиста уже не проблема. С кошачьей выставкой разобрались. Можно отдохнуть. Больше всего в жизни люблю валяться на диване, гладить Матькино пузо и смотреть по видику "Белое солнце пустыни" и "Осенний марафон". Надо отметить, я неплохо устроился. Оказывается, русский коммерсант высокого полета может на определенном этапе ни шиша не делать. И все восемнадцать подставных фирм, входящих в нашу систему, будут работать сами по себе, преумножая благосостояние. Деньги идут к деньгам...
На моей руке заныл, запиликал, загундосил ручной спутниковый коммуникатор, вмонтированный в часы, - чудо техники. Как кувалдой по хребту. Кто другой на моем месте вздрогнул бы, а то еще невзначай крутанул руль не туда и поцеловался бы с несущимся навстречу "икарусом". Только не я. Внешне реакцию на неожиданность я не проявляю никак. Тут и детектор лжи не поможет. Пульс, давление, потовыделение - все в норме. Вот только в душе на миг все перевернулось и сжалось. Но кто ее взвесил, кто приделал к ней датчики - к душе?
Код "Эвереста". Ситуация - единица... Первый раз за последние три года. Вспомнили-таки, что мы еще есть на белом свете. Радоваться или огорчаться?.. Огорчаться будем потом, когда на плечи каждого из нас взвалят тяжеленный груз и заставят нести... Пока же можно и порадоваться. Ситуация единица означает, что нас ждет работа. Притом работа серьезная. О нас наконец вспомнили. Значит, произошло что-то экстраординарное...
Где еще в мире возможно такое сочетание: аппаратура, обеспечивающая высокую степень защиты и практически полную информационную безопасность базы, с одной стороны, и скрипучая мебель, стены, выкрашенные в болотно-зеленый цвет, с другой? Энкавэдэшно-гулаговский стиль от Лаврентия Палыча. Если бы я такой мебелью обставил офис - тут же вылетел бы в трубу. Впрочем, хозяевам этого здания незачем было пускать пыль в глаза. И некому. Доступ сюда имели очень немногие.
Большое помещение делилось перегородкой на две части. Люди, сидящие в той половине, могли видеть перед собой лишь зеркало. У меня была возможность полулежа в продавленном кожаном кресле созерцать их всех. Я имел на это право. Меня же имел право видеть лишь один из троих - грузный, в годах, руководитель центра Вельямир Острогин. Мы знали друг друга много лет. Наума Севастьянова, начальника исследовательско-аналитического сектора, я тоже знал давно. В одностороннем порядке. Третьего, похожего на героя-любовника из голливудских мелодрам тридцатых годов, одетого в дорогой, тщательно отутюженный костюм, я вообще не знал. И знать не хотел. Люди с подобной внешностью вызывают у меня невольное чувство отчуждения: мне кажется, они годятся только на то, чтобы демонстрировать одежду в витринах магазинов вместо манекенов.
- Семен Лукницкий, начальник информационно-разведывательного сектора, представил красавчика Острогин.
- Где Уран? - спросил я с предчувствием беды.
- Погиб. Неделю назад.
Жалко... Уран погиб. Руководители секторов Центра просто так не погибают. Как он погиб? Такие вопросы задавать не принято. Если надо, мне все скажут.
- Рак на горе свистнул, и мы понадобились? - едко осведомился я.
- Понадобились, - кивнул Остроган. - Очень понадобились.
- Никак, вторжение из космоса ожидается? Все остальное мы уже проспали.
- Вторжение. - Остроган пожевал длинную гаванскую сигару. Сколько я его знал, он пыхтел отвратительными сигарами, жевал их, катал в пальцах; когда он держал сигару во рту, то напоминал Черчилля. Где мой начальник пристрастился к сигарам? Этот вопрос мне давно хотелось задать.
- Может, и вторжение, - кивнул Острогин. - Послушай-ка нашего главного ученого мудреца.
- Полтора года назад мы включили в число приоритетных проблем информационную безопасность общества, - начал Севастьянов, говорил он назидательно и спокойно, как лектор, вдалбливающий очевидные истины тупым студентам. - Наметили ряд исследований по теме "И. радиация". Информационная радиация. Ведь воздействие на общество и конкретного человека через средства массовой информации порой опаснее проникающей радиации.
- Ну да, культ насилия и секса в кинематографе. Разлагающее воздействие на молодежь, - усмехнулся я. - А тут еще "Дикая роза" подоспела.
- То, что влияние массовой культуры на общество существует - в этом сомневаться глупо. - Севастьянов потрепал пальцами рыжую бороду, которая делала его похожим на извозчика с фотографии в книге Гиляровского "Москва и москвичи". - Рост агрессии, нервозности в обществе, частично рост преступности можно отнести за счет смакования темных сторон человеческого поведения на экранах и в печатной продукции. Маскультура работает сегодня на снижение этических норм, размывание грани между можно и нельзя. Компьютерные игры снижают критичность, коммуникабельность, эстетическое восприятие, оказывают невротическое действие и тоже приводят к росту агрессии. Негативные процессы в обществе в связи с неблагоприятными воздействиями массовых информационных структур весьма значительны. Необходимы срочные меры. Но... Мы знаем, с чем имеем дело. С этим злом можно бороться. Оно на виду. Кроме того, в сознании человека есть компенсационные механизмы, не позволяющие вернуться к пещерному уровню. Личность человека более-менее стабильна, несмотря на неблагоприятную информационную экологию. Но, оказывается, есть нечто гораздо более худшее, чем дядя Скрудж или маньяк-убийца с бензопилой из Голливуда. Есть нечто, угрожающее стабильности личности напрямую.
- О чем речь? - спросил я с интересом.
- Если позволите, несколько слов о самой природе "И. радиации". Способах информационного поражения человека... Будь сильным, как Терминатор, агрессивным, как Рэмбо. Будь героем с квадратной челюстью. Думай так, как думает герой на телеэкране. Метод вдалбливания гвоздей, прямой, нахальный и эффективный. Пейте кока-колу... Ешьте "Марс"... На такой рекламе держится весь мировой бизнес. Так формируются убеждения, взгляды, вкусы. Идеология, наконец. Давно известны и более тонкие технологии - воздействие непосредственно на подсознание. Человек не осознает воздействия, не понимает его. Не видит. Оно как радиация - невидимое, разрушительное.
- Пресловутый двадцать пятый кадр, - вставил я словечко.
- Все правильно. Кинопроектор пропускает двадцать четыре кадра в секуиду. Был проведен эксперимент: вставили двадцать пятый кадр с текстом: "Ешьте кукурузу". Сознание рекламный текст не фиксирует. После сеанса зрители потянулись в очередь за кукурузой. Информация пробилась прямо в подсознание... Наука на месте не стояла. Появились более совершенные способы фаршировки мозгов. Например, бегущая, не замечаемая человеком точка на телеэкране, которая приковывает к экрану взор, фиксирует его в определенном месте. Все эти способы много лет используются не только коммерческими структурами для рекламы. Они оружие в политической борьбе. У нас их применяла старая власть. Не осталась безучастной и новая. Вспомните недавний референдум. С утра до вечера в головы гвоздями вдалбливались нужные властям ответы на вопросы - "да, да, нет, да". И сработало. А вспомним: "Альтернативы рынку - или еще чему-то там - нет". "Ваучер - ваша доля народной собственности". Тоже гвозди, кстати, не слишком
удачные. Можно без труда создать в общественном сознании образ друга или врага. Сильно преуспели в играх с общественным сознанием американцы. Они сумели воспитать за последние десятилетия человека, изумительно подходящего для информационной обработки. Эдакая доска для вбивания гвоздей. Американские методики с подачи их лучших специалистов относительно эффективно прокатываются и у нас с восемьдесят восьмого года.
- Информационную войну мы тоже проспали, - горько усмехнулся я.
- Почти. Но на это были причины, - строго произнес Остроган.
- Даже способы прямого воздействия на подсознание, существующие сегодня, достаточно грубы. Их можно сравнить с мясницким ножом. Будущее за так называемыми точечными микровоздействиями. Это как хирургический лазер...
- Что они собой представляют?
- Когда капля падает на камень, ему ничего не делается.

Вирус смерти - Рясной Илья => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Вирус смерти на этом сайте нельзя.