А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Карасик Аркадий

NEXT-3. Венок для Лавра


 

На этой странице выложена электронная книга NEXT-3. Венок для Лавра автора, которого зовут Карасик Аркадий. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу NEXT-3. Венок для Лавра или читать онлайн книгу Карасик Аркадий - NEXT-3. Венок для Лавра без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой NEXT-3. Венок для Лавра равен 191.33 KB

NEXT-3. Венок для Лавра - Карасик Аркадий => скачать бесплатно электронную книгу




Аркадий Карасик
NEXT-3: Венок для Лавра
Глава 1
Пожилая женщина медленно шла полем к полуразрушенному бывшему военному городку. Задумчиво улыбалась. Будто уговаривала не шалить погибших пятилетних дочек-близняшек. Или разговаривала с мертвым мужем.
В тот страшный вечер она задержалась на работе в сельском клубе. Супруга подполковника могла и не работать, но она не привыкла сидеть дома — скучно и неинтересно. Общаясь с коллегами на работе, чувствуешь себя нужной не только для общества, но и для своей семьи. Дополнительный доход в семейный бюджет, пример для детей.
Долгие поиски работы увенчались неожиданным успехом — предложили заведовать библиотекой в деревне. Удобное место — всего в двух километрах от военного городка, где она жила. Рабочих мест в гарнизоне не было — их заняли более находчивые жены офицеров и прапорщиков.
Должность библиотекаря не только не обременительная — интересная. Общение с читателями, организация обсуждений новинок, рекомендации новых публикаций — все захватывает, заставляет много читать, многим интересоваться. После обеда она с удовольствием бежала в клуб, поздно вечером приходила домой радостная оживленная, смеялась, шутила.
Единственное неудобство — приходится поздно возвращаться с работы. Посетители библиотеки не торопятся — читают газеты, курят, выпуская дым в приоткрытую форточку, задают множество вопросов, играют в шашки и в шахматы, разгадывают кроссворды. Не сельская библиотечка — клуб по интересам!
Не выгонять же, не намекать на брошенных детей и голодного мужа?
Иногда ее провожают, но чаще приходится, дрожа от страха, добираться домой в одиночестве. По деревне она идет более или менее спокойно. Вокруг — люди, при необходимости можно позвать, попросить помощи. А вот когда она бежит по небольшому леску и по мосту через реку, сердце скатывается в желудок, страх туманит голову. Чудятся бандиты с пистолетами и ножами, черные деревья угрожающе шумят, из кустов вылезает какая-то нечисть.
Муж всегда занят, но она не обижается. Мало ли обязанностей у заместителя командира части! Начиная от порядка в казармах и кончая караульной службой. Домой приходит в полночь, усталый и голодный. Иногда засыпает за столом…
В тот вечер библиотекарша не успела добежать до речки — в гарнизоне прогремел сильный взрыв. Что случилось? Неужели взорвался склад боеприпасов? Или — короткое замыкание на складе ГСМ?
Первая мысль — о муже. Вдруг он в момент взрыва находился в его эпицентре?
Неожиданное происшествие подняло на ноги всю деревню, весь военный городок. Женщины плакали, мужчины гадали: бытовой газ или теракт? Солдаты и офицеры расчищали руины жилого здания, рычали бульдозеры, работали краны
Она не плакала, не упала в обморок — безумными глазами смотрела на завалы кирпича и железобетона похоронившие ее детей. Губы что-то шептали, голова дергалась.
Подполковник отвез жену в больницу. На обратном пути машина врезалась в стоящий на обочине грейдер. Погибли оба — и офицер, и солдат-водитель.
Так, в одночасье женщина потеряла семью. Психика не выдержала — сломалась. Она никого не видела и не слышала — только Женечку и Таточку. Бродила по больничному коридору или по парку, что-то шептала, улыбалась, но никогда не плакала.
Пострадавшую переправляли из больницы в больницу, упорно лечили. В конце концов, выписали со сложным диагнозом, в просторечии — тихое помешательство. Для общества она безопасна, зачем держать в четырех стенах? Вдруг общение с людьми благотворно повлияет на больную психику?
Родственники пытались увезти ее на Урал, но она не далась — плакала, отбивалась. Пришлось оставить ее в покое. Так она и бродила по полям и перелескам, окружающим бывший военный городок, мысленно лаская двойняшек и разговаривая с мужем.
Подкармливали несчастную сердобольные деревенские бабы, подавали милостыню дачники. Особенно старалась Клавдия — пирожки, ветчинку, холодец, заливное, кое-что из белья и одежды...
Ивана тоже притягивал заброшенный городок мотострелкового полка. Но по другой причине.
Однажды, Кирсанов взял сына в поездку по подмосковным городам. То ли изучал возможность открытия в них новых магазинов компании «Твоя империя», то ли решил отдохнуть от предпринимательской крутоверти. Тогда они завернули сюда, навестили школьного приятеля. Не то командира батальона, не то помпохоза — Иван по малости лет не разбирался в армейской иерархии. Впрочем, в гражданских должностях — тоже.
Все, что касается погибшего отца для его сына — святыня. Не только люди, окружающие бизнесмена, но и здания в которых он побывал и даже дороги-тротуары...
Как всегда, Иван устроился в развалинах бывшего технического здания на железобетонной плите. Закрыл глаза, попытался вспомнить отца. Не получилось. В голову лезли то дядя Лавр с его занудливыми поучениями, то — Федечка, слегка насмешливый, немного — серьезный, то — мама...
Увидев идущую к нему уже знакомую сумасшедшую, он соболезнующе поморщился. Внешне — обычная женщина, никогда не подумаешь — несчастная сумасшедшая. Разве только отсутствующий взгляд пустых глаз да нервные подергивания рук.
— Здрасьте.
Она остановилась, строго поглядела на вежливого мальчика. Кто знает, какие мысли бродят в ее поврежденном сознании? Может быть, малолеток напоминает ей погибших дочек?
— Моё почтение, — несколько вычурно ответила женщина, присаживаясь рядом. — Пришла пора позавтракать... Или — пообедать?
Раскрыв пакет, она достала из него и разложила на газетном листе бутерброды, куски пирога. Иван попытался отказаться от угощения, но его отказ встретил негодующе поджатые губы. Брезгуешь угощением? Или презираешь дарительницу?
Пришлось согласиться.
— Они сказали: здесь — с икрой, а вот это — с яйцом и, кажется, с котлетой... Запьешь морсом из грибов. Кажется, боровичков.
— Кто сказал? — не понял Иван.
Недоуменное пожатие сухими плечами. Дескать, какое значение кто, главное — сказали. Но все же ответила. Спокойно, доброжелательно.
— Дачники сказали... Им нравится быть щедрыми, вот и одаривают. Я тоже люблю принимать... Но все это — белковое. А мне нельзя. Группа крови не позволяет. А твоя группа крови разрешает принимать белковые бутерброды?
И грустно, и смешно. Но смеяться нельзя — сумасшедшая обидится. Отец говорил: обижать людей — великий, незамолимый грех.
— Не знаю... Думаю, разрешает, — серьезно ответил Иван.
Женщина обрадовалась.
— Я тоже так думаю. Надо много-много белков. Ты растешь, мальчик. Ты уже вырос... Вчера вырос... А что было вчера? Не помню...
— Вчера была среда.
— Господи, какой же ты умник! Как моя доченька Таточка... Совершенно верно — среда... Ешь. Говори и ешь белки. Среда — плохой день. Четверг — хороший день. Сегодня мы с тобой встретились. Значит — хорошо... Дачники — щедрые, Мне тоже нравится быть щедрой... Если бы я не была сумасшедшей, обязательно сделалась бы меценатом... Ешь, не стесняйся! Наверно, бутерброды очень вкусные, хлеб совсем свежий... Пожалуй, я отщипну корочку. К углеводам моя группа крови относится нейтрально... А ты попробуй пирожок с капустой. Говорят: тоже полезно.
Пожевав корочку, она протянула сотрапезнику кусок пирога. Наверно, подношение заботливой Клавдии.
— Спасибо.
Кусок не лез в горло. Что по сравнению с этой несчастной все его переживания? Мелочь. Мало того — глупость! Мальчишество! Придумал себе врагов и — кого? Мягкого, заботливого Федора Павловича, такого же заботливого и внимательного Федечку.
Иван будто прозрел. Ему сделалось нестерпимо стыдно.
Сумасшедшая сложила в пакет остатки пиршества, поднялась, оправила сбившийся подол.
— Пойду, пожалуй. Надо обойти еще триста пятьдесят девять грибниц и проверить всходы.
Иван молча кивнул. Он был не в силах вымолвить хотя бы одно слово. Боялся расплакаться.
Подойдя к выходу из разрушенного здания, женщина неожиданно остановилась.
— Прощай, мальчик. Я больше не вернусь.
— Почему?
— Белковая пища. Ты уже вырос, взошел. А я не возвращаюсь к тем, кто вырос. Выросшим не нужны чужие бутерброды и пирожки. Они предпочитают свой хлеб, свою соль, свои ошибки и свои глупости... Чао, милый!
Напевая детскую песенку, она медленно побрела по тропинке. Наклонится, поправит поникшую травинку, выдернет сорняк. И снова идет. До следующей остановки.
До чего же она права, подумал Иван. Можно подумать, не сумасшедшая — оракул, пророк. Действительно, любой человек должен исправлять допущенные ошибки, выдергивать сорняки глупостей. Если он, конечно, не полный глупец и эгоист.
Возвращался домой Иван в приподнятом настроении. Завтра же, нет — сегодня, он повидается с Федечкой, повинится. И все возвратится на круги свои. Кроме верного Хомченко, у него появится еще один советчик, более надежный, которому можно доверять.
Каяться перед Федором Павловичем он не станет — стыдно. Просто наклонит голову. Лавр все поймет.
Чем ближе коттедж, тем быстрей крутятся педали велика. Дай Бог, Федечка сидит на веранде, разговаривает с Лизой и не сводит ожидающих глаз с проселка. Будто неведомыми путями проник в сознание Ивана, подслушал его раскаяние...
Конечно, Федечки в коттедже Кирсановых не было. Вместо него нетерпеливо прогуливается Лиза. Покопается в любимом своем цветнике, поправит скатерть, переставит с места на место вазу или кувшин.
— Наконец-то, появилось красно солнышко, — с облегчением проговорила, вернее, прокричала она, когда велосипедист вкатился в открытые ворота. — Мать звонила, гулена. Беспокоится. Велела тебе немедля ехать в офис.
Вот это фокус! Увлеченная невестиными проблемами, Ольга Сергеевна в последнее время начисто позабыла о своем бизнесе. Если и покидает свой коттедж, то только для того, чтобы навестить Клавдию или пообщаться в городе с женихом.
После разговора с сумасшедшей горечь, если не исчезла окончательно, то как-то померкла. Вместо нее — добрая насмешка над любовными отношениями матери и Лавра.
— Зачем вдруг к вечеру? Что за срочность?
— А я откуда знаю? Велела и — все тут. Евгений уже раскочегарил своего «конька», ожидает. Потерпи, сейчас поедем.
Значит, что-то произошло неприятное, подумал Иван. Неужели, с дядей Лавром? Не должно быть — Федор Павлович сидит в тюрьме, ожидает решения своей судьбы. С кем тогда проблемы? С Федечкой или с Иваном? Вот и Лиза чем-то встревожена.
Женщина ушла в комнаты, появилась — в парадном одеянии — старомодном длинном платье с выпушками и рюшами. В руках — несколько пустых сумок. Непременные атрибуты любой хозяйки.
— Поеду с вами, — пояснила она. — Московская квартира, небось, пылью заросла до потолка. Наведу революционный порядок.
И наведет же! Все пылинки в панике выпрыгнут в раскрытые окна, грязная посуда сама собой очутится в мойке, мусор полетит в помойное ведро. Заработает стиральная машина, дурным голосом взревет пылесос.
Иван усмехнулся и подошел к машине, устроил на заднем сидении Лизу. Хотел было занять законное свое место рядом с водителем.
— Так и поедешь, без переодевания? — с привычной ехидиной осведомился Женька. — Матери не больно понравится.
Иван оглядел запыленные джинсы, мятую рубашку. Женька прав — не понравится. Странно, но обычно не признающий вмешательства в его привычки, Кирсанов-младший сегодня на удивление покладист. Что на него так повлияло: общение с сумасшедшей женщиной или предчувствие неприятностей?
— Ежели в офис — придется принарядиться.
— Только поскорей, — попросила-приказала Лиза. — Мать ожидает.
— Я по быстрому.
Через десять минут машина вырулила на проселок. Лиза думала о предстоящей уборке, Женька вертел баранку, Иван размышлял о непонятном вызове в офис компании...
Действительно, в головном супермаркете компании происходили, на первый взгляд, малопонятные события.
Возле черного входя в магазин нетерпеливо расхаживал Федечка. Поминутно проверял во внутреннем кармане куртки сохранность какой-то важной бумаге, снимал и снова водружал на нос запотевшие очки.
Когда к под"езду причалила легковушка и — вслед за ней — автобус с парнями в камуфляже, он облегченно вздохнул. Все идет по плану.
Позади — нелегкая беседа с Кирсановой. Ольга Сергеевна долго не могла поверить в предательство помощника своего погибшего мужа. Первого супруга. Требовала доказательств. Получив их, согласилась на проведение некой операции, которая должна не только оздоровить атмосферу в компании, но и обезопасить ее и сына от посягательств преступников.
Из легковушки выбрался немолодой, но не по годам резвый, господин.
— Привет! — поздоровался он, протягивая пухлую руку. — Если не ошибаюсь, ты — сынишка Лавра?
Федечка не терпел панибратского обращения незнакомых людей. Поэтому ответил максимально сухо:
— Скорее, сын господина Лаврикова.
Незнакомец не смутился. Благожелательно улыбнулся.
— Виноват. Исправлюсь. Адвокат Резников Михаил Ильич. Можете не представляться, Федор Федорович — осведомлен. Санчо передал мне вашу просьбу. Я договорился с надежной охранной фирмой. Ее сотрудники приехали вместе со мной, — показал он на автобус с накачанными парнями. — Приказ руководства компанией у тебя? Еще раз извините — у вас?
— Конечно.
Резников внимательно прочитал поданную ему бумагу. Начиная от заглавия и кончая подписью, скрепленную печатью. Сначала — бегло, потом — медленно.
— Годится, — удовлетворенно пробормотал он. — Юридически грамотный документ. Теперь веди в свое царство-государство. Сейчас забамбашим маленький дворцовый переворот. Даст Бог — бескровный.
Повинуясь приглашающему жесту адвоката, парни вышли из автобуса и пошли за ним. На подобии гвардии, сопровождающей короля. Впереди — Федечка.
В помещении охраны их встретил настороженный парень. В черном и при разноцветном галстуке.
— Федор Федорович, кто с вами? Сами знаете — не положено!
— Успокойся, Олег, не терзай свои нервы. Ничего тебе не грозит… Михаил Ильич, покажите, пожалуйста документы.
— Нет проблем! — адвокат открыл папку, достал из нее полученную от Лаврикова бумагу, положил ее на стол перед секьюрите. — Получите, милейший, распоряжение президента компании госпожи Кирсановой о смене всей внешней и внутренней охраны офиса, магазинов и складов. Ознакомьтесь и будьте благоразумны. Вечерние выпуски новостей уже сверстаны. Так что, давайте не будем усложнять жизнь телевизионщикам и радиодеятелям. Обойдемся без шоу. Все совершенно законно. Заявляю, как юрист. Не верите? Тогда прочитайте мою карточку.
Парень недоверчиво покосился на Лаврикова, тот утвердительно кивнул. Не сомневайся — святая правда! На мониторе следящей телекамеры — группа парней в камуфляже курят, смеются. Новая охрана?
Присутствие видного акционера компании еще ни о чем не говорит. Его могут держать под прицелом или — завербовать.
Что делать, как поступить?
Господин Хомченко, который занимается не только поставками, но и отвечает за безопасность компании, не простит ошибки — безжалостно выбросит на улицу. А у него — жена, двое детей, мать-инвалидка. Как прокормить их безработному?
Остается единственный выход: позвонить, узнать решение начальства. Пропустить — пожалуйста, он готов, не пускать — тогда станет железобетонной надолбой. Не подчинятся — призовет на помощь «вышибал».
Позвонить ему не позволили, Лавриков накрыл ладонью телефонную трубку.
— Не надо беспокоить занятых людей, — доброжелательно попросил он. Но за показной доброжелательностью спрятана угроза. — Олег, никто вас не собирается увольнять. Завтра состоится формальное переподчинение. Только и всего.
Это для богатого акционера «только и всего», а бедный бесправный охранник мигом вылетит за ворота. Господина Хомченко не разжалобить, провинился — получай!
Придется подчиниться. Даст Бог, обойдется без взрывов, стрельбы и кражи коммерческих секретов. К тому же, распоряжение Кирсановой — непрошибаемая защита. Даже для недоверчивого Хомченко.
— А что с табельным оружием?
— Отличный вопрос! — ликующе провозгласил адвокат. — умный и четкий! Вопрос по делу. Я думаю, нет — уверен, вам светит повышение! Что до пистолета — сдайте.
Олег охотно снял кобуру, положил ее на стол перед адвокатом. Сразу полегчало — оружие давило на сознание, заставляло быть настороженным и недоверчивым.
Резников осторожно подвинул опасную «игрушку» к Лаврикову. Михаил Ильич вообще опасался иметь дело с оружием — огнестрельным, колющим или рубящим. Даже кухонные ножи не брал в руки — вдруг порежется.
Федечка передал кобуру стоящему рядом начальнику новой охраны.
—А как же с оформлением? Пистолет числится за мной, — просительно осведомился охранник, уже смирившись с поражением. Если не затруднит, отметьте в журнале приемо-сдачи дежурств.
— Проще простого! Давайте ваш журнал!
Резников поставил на чистой странице свою подпись. С таким количеством разных завитушек, закорючек, вопросительных и восклицательных знаков, что разобраться в них было невозможно.
Охранник с удовлетворением спрятал журнал в стол…
Кабинет президента компании отличался от других комнат офиса спартанской простотой. Здесь не было ни длинноворсовых ковров, ни полированных шкафов и сервантов, ни картин в позолоченных рамах. Обычный письменный стол, приставленный к нему длинный стол для заседаний, на котором расставлены простые стеклянные пепельницы, разложены блокноты с логотипом компании.
За председательским столом сидит Кирсанова. Строгая и серьезная. Как судья, читающая обвинительное заключение. Слева от нее — сын. Растерянный и бледный. Он с недоумением смотрит на мать, с жалостью — на Хомченко.
Борис Антонович прогуливается по кабинету с видом повелителя, вынужденного общаться с обнаглевшими нищими посетителями. Там поправит блокнот, здесь — портьеру. Короче говоря, босс, хозяин!
— Какие претензии? — равнодушно спросил он. Будто осведомлялся о ценах на рынке или о погоде.
Ольга Сергеевна не возмутилась — осталась такой же строгой.
— Или вы меня держите за сумасшедшую вдовствующую императрицу, за спиной которой можно вытворять все, что заблагорассудится? Видите ли, претензии понадобились. Нет — обвинения!
Хомченко наклонился над столом, пытливо посмотрел в лицо невозмутимой женщины.

NEXT-3. Венок для Лавра - Карасик Аркадий => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу NEXT-3. Венок для Лавра на этом сайте нельзя.