А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице выложена электронная книга Трое на трое автора, которого зовут Зламаный Сватоплук. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Трое на трое или читать онлайн книгу Зламаный Сватоплук - Трое на трое без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Трое на трое равен 60.8 KB

Трое на трое - Зламаный Сватоплук => скачать бесплатно электронную книгу



Сватоплук Зламаный
ТРОЕ НА ТРОЕ
1
Доктор права Карл Яролим знал много способов провести вечер более интересно. Несмотря на это, он просидел вчера дома у телевизора, следя за футбольным матчем между командами «Богемиэнс» – «Спарта». Последняя, боровшаяся за то, чтобы остаться в лиге, с трудом добилась ничейного результата. Не смотрел бы Яролим эту встречу – не стал бы на другое утро читать о ней заметку в газете. Но, как криминалист, он любил сопоставлять собственное впечатление от увиденного с тем, что об этом пишут. К тому же вчера во время передачи случилась помеха, причем в самый критический момент – как раз на семнадцатой минуте первого тайма, когда «Спарта» забила гол.
Считая, что он осведомлен предостаточно, Яролим сложил газету и вошел во двор старого дома на улице со странным названием Заводь. Мысли его перенеслись к предстоящей работе, вероятно такой же скучной, как вчерашний матч.
Недавно Яролим добился разрешения ставить свою видавшую виды «октавию» под небольшим навесом в углу двора. Теперь он с раздражением заметил, что выезд из этого угла загородил «рено», который кто-то неловко поставил перед соседним гаражом, рядом с мусорным баком.
Водителя «рено» нигде не было. Яролим обошел вокруг машины и обнаружил только раскрытую сумку с инструментами; она валялась у колеса, возле высохшей, ржавого цвета лужи. Владелец «рено» был растяпа: даже оставил переноску, включенную в розетку рядом с дверью гаража. На ручке этой двери висела спортивная куртка, видимо принадлежавшая тому же хозяину. Яролим закурил, мысленно составляя оскорбительные фразы, какими он встретит нахального владельца «рено».
Сигарета была выкурена, время шло, и Яролим попытался сам откатить «рено» в сторону. Взялся за ручку дверцы – заперто, тогда он написал на бумажке несколько ядовитых слов, сунул записочку под стеклоочиститель, но решил подождать еще пять минут, после чего – что поделаешь – на работу придется пилить пешком и потом весь день клянчить машину в транспортном отделе.
Во двор вошел пожилой седоватый мужчина с узким умным лицом и направился прямиком к «рено». Яролиму он показался знакомым. Проглотив все, что вертелось у него на языке, Яролим молча смотрел, как этот мужчина отпирает дверцу, садится, вставляет ключ в замок зажигания. Стартер даже не схватил. Мужчина выбрался из машины, постоял, покачал головой и только тогда заметил Яролима.
– Вы не видели здесь пана Покорного?
– Я не знаю такого, – ответил Яролим. – Мне, понимаете, хотелось бы выехать. – И он показал на свою «октавию».
Пожилой человек явно смутился.
– У меня вчера отказала вся электрическая часть, – объяснил он. – Машину прибуксировали сюда, и пан Покорный обещал починить…
– Так это его инструмент? – Носком ботинка Яролим показал на раскрытую сумку.
– Вероятно. Пана Покорного сейчас, естественно, дома нет, но… впрочем, я вас задерживаю, извините! Адвокат Томек, – представился он, протягивая руку и слегка кланяясь.
– Яролим. – Теперь он вспомнил, откуда знает Томска. – Мы с вами отчасти коллеги. Я инспектор криминального отдела.
– Не припоминаю. – Адвокат пристально посмотрел в лицо Яролима, чем задел самолюбие подающего надежды новичка. – Сейчас я откачу…
Томек уперся одной рукой в стойку передней дверцы, другой рукой взялся за руль.
– Вам куда ехать? – осведомился Яролим, помогая толкать машину. – А то могу подбросить…
– Мне бы в Дейвицкий суд, но совестно отнимать у вас время…
– Чепуха, – заявил Ярояим: верх одержала шоферская солидарность.
– Хоть бы позвонил, по крайней мере, что машина еще не на ходу, – вздохнул Томек.
Яролим пожал плечами и вынул из кармана ключи от своей машины. Навес был низенький, Яролиму пришлось пригнуться, подходя к «октавии». Ключ в замке не поворачивался, встретив неожиданное сопротивление. Яролим с удивлением понял, что дверца отперта.
– Такого со мной еще не бывало, – сказал он поверх крыши машины Томеку, стоявшему с другой ее стороны, и протянул руку над рулем, чтоб изнутри открыть правую дверцу.
Томек, садясь, хотел было положить портфель на заднее сиденье – вдруг рука его замерла на полдороге.
– Господи!
Яролим оглянулся. Только теперь он в полумраке навеса разглядел привалившегося к спинкам передних сидений скрюченного человека.
– Покорный… – выдохнул Томек.
– Ваш Покорный в стельку… Только с чего это он залез дрыхнуть в мою машину? – И Яролим принялся трясти спящего.
– Да он не спит… не видите?!
Тон Томека выразил больше, чем слова. Яролим на ощупь открыл багажничек, вытащил фонарик, посветил. Лежавшему могло быть за тридцать, его светлые волосы уже изрядно поредели. Под волосами виднелась черная круглая ранка диаметром меньше сантиметра. На сиденье, около его полураскрытой ладони, лежал небольшой пистолет.
– Кто его застрелил?! – На минуту утратив самообладание, подобающее юристу, а тем паче инспектору криминального отдела, Яролим остро взглянул на Томека.
– Во всяком случае, это сделано не в моей машине, – парировал адвокат.
2
Расследование пошло обычным рутинным путем. Осмотр места происшествия, фотографирование, дактилоскопия, зарисовка расположения. Затем обыск в квартире убитого. Жил он в крыле дома, выходящем во двор, недалеко от места убийства. В квартире не нашли ничего примечательного. Захлопывающийся дверной замок не носил никаких следов взлома. Внимание оперативной группы привлек только тот факт, что нигде не были найдены ни паспорт убитого, ни его водительские права, ни технические паспорта на машину Томека и на другую, «фелицию», которую Покорный держал в сарае. Не обнаружили также ни кошелька, ни бумажника; нашлись только сберегательные книжки да тысяча восемьсот крон наличными в кастрюльке на полке кухонного буфета. Ни денег, ни документов не оказалось и в куртке, висевшей на двери гаража. Ключи от «рено» Томека лежали в кармане убитого.
В общем, обычное уголовное дело. Несколько, правда, запутанное, но ведь и в этом нет ничего необычного в начале всякого расследования. Однако дело срочное, требующее особой тщательности в расследовании, ибо убийство является тягчайшим преступлением; тем не менее оно не выходило за рамки обычной практики и опыта специалистов по уголовным делам.
Редко, чтобы чуть ли не подозреваемым был криминалист. Доктору права Карлу Яролиму предстояло узнать, каково быть объектом расследования. Его подробно, под протокол, допросили: в котором часу вчера оставил машину, хорошо ли запер, в котором часу подошел к ней сегодня утром; при каких обстоятельствах обнаружил порчу дверного замка и каким образом нашел в машине тело, кто был свидетелем всего этого и от кого Яролим узнал имя убитого?
Вести дело поручили коллеге и другу Яролима – Матейке, более известному в криминальном отделе под прозванием Ломикар, чему он был обязан своей огненно-рыжей шевелюрой, делающей его похожим на легендарного Тргановского владыку. Матейка принял назначение со смешанными чувствами. По образованию он был экономист и занимался почти исключигельно хозяйственными преступлениями, убийства не были его специальностью. Матейка был полон желания помочь приятелю, на которого падала хоть и слабая, но все-таки тень подозрения, и вместе с тем от него же ожидал помощи. Он угадал, что начальник криминального отдела поручил ему дело об убийстве на улице Заводь, молчаливо соглашаясь с тем, чтобы в работе ему помогал Яролим. Назначение Матейки как бы давало понять Яролиму, что он не считается безусловно подозреваемым, и в то же время предоставляло в распоряжение Матейки, чей опыт в расследовании насильственных действий был весьма скуден, Яролима-криминалиста, правда, молодого, но уже хорошо зарекомендовавшего себя.
Матейка начал рассуждать вслух, чтобы Яролим с Томеком могли следить за ходом его мысли и высказывать свои соображения. Отбросив предположение, что Петра Покорного убил Яролим, Матейка по необходимости поставил вопрос: почему труп оказался в Яролимовой «октавии»? Напрашивался возможный ответ: именно потому, что машина принадлежала сотруднику криминального отдела, кто-то нарочно подложил ему свинью. В таком случае преступник мог преследовать две цели: либо отомстить за что-то Яролиму, либо, пускай временно, выключить его из работы, наверное, чтобы лишить возможности завершить расследование какого-нибудь другого дела, еще не закрытого. Однако самое тщательное обдумывание всех вариантов не дало ничего. Как часто бывает, в данном случае почти ничего нельзя было исключить совершенно, и оставалось лишь продолжать расследование в обычном порядке.
– Убитый Петр Покорный, – диктовал Томек свои показания, – был моим подзащитным по гражданскому иску. Вчера по неизвестной мне причине в моем автомобиле испортилась электросистема, а так как я знал, что Покорный по специальности автоэлектрик, то я и обратился к нему. Получив положительный ответ, я попросил приятеля отбуксировать мою машину во двор дома по улице Заводь, в котором живет Покорный. Последний пообещал, что к утру машина будет готова и я смогу на ней уехать.
– В каком деле вы защищали Покорного? – спросил Матейка.
– В деле об установлении отцовства – речь шла о ребенке некой Людмилы Билковой. На суде выяснилось, что отцом ребенка был не мой клиент, а другой, из числа многих любовников этой Билковой, – уже обычным тоном закончил адвокат. – А именно: некий Ян Мыслик.
– Кто он, этот Ян Мыслик?
– Между нами говоря, человек, отнюдь не заслуживающий такой фамилии. Примитив. В настоящее время – кладовщик на товарной станции Вышеград. Семейство Людмилы Билковой попросту смекнуло, что такой жених, с тысячью семьюстами крон оклада, гроша ломаного не стоит, между тем как квалифицированный электрик вроде Покорного на улице не валяется. Зато теперь им судебных издержек насчитают!.. – Адвокат многозначительно махнул рукой.
– Когда закончился суд?
– В прошлую пятницу, – сказал Томек. – Первого.
– Стало быть, четыре дня назад, – заметил Яролим. – Когда вы в последний раз видели Покорного?
– На суде. Вчера я только по телефону с ним разговаривал. Он не мог сказать, когда будет дома, и мы уговорились, что машину я поставлю во дворе, а ключи от нее и техпаспорт опущу в ящик для писем. А он потом оставит все это в машине – ключей у меня два комплекта.
– Мыслик, несомненно, для нас небезынтересен, – сказал Яролим, – но не будем действовать опрометчиво. Споры об отцовстве тянутся долго, и вы, пан доктор, конечно, успели ближе узнать вашего клиента. Не припомните ли – не было ли у него еще с кем-нибудь… как бы сказать… незакрытых счетов?
Адвокат немного подумал.
– В последние годы ничего такого за ним не водилось. А вот раньше у него действительно были неприятности. Впрочем, и тогда ему повезло.
– Какие неприятности и в чем?
– Он тогда работал на станции обслуживания автомобилей марки «тойота» – в так называемом «Тойота-сервисе», что в Глубочепах. Впутался там в какие-то воровские делишки, да слава богу, взялся за ум, вовремя бросил, так что попал под амнистию. Его тогда у вас же и допрашивали, но только как свидетеля.
– А его сообщники? – спросил Матейка.
– Их судили, по ним были вынесены приговоры… Не знаю подробностей, я никого из них не защищал, и то немногое, что мне известно, я знаю понаслышке.
– Вот и мы теперь знаем лишь немногое, – заметил Яролим. – Кто-то застрелил Покорного. – Он разложил на столе еще влажные увеличенные снимки, пристально вгляделся в пятно засохшей крови возле сумки с инструментом. – У того, кто стреляет, можно сказать, прямо на улице, должны быть необычайные, весомые причины.
– У Мыслика они были, – вставил Матейка. – Сколько ему присудили платить?
– Одних алиментов он задолжал минимум шестнадцать тысяч, – ответил Томек. – Тяжба ведь тянулась четыре года. Да специальные медицинские исследования по делу очень сложны и чертовски дороги.
– Выстрел в узком дворе, окруженном высокими домами, должны бы слышать многие, – задумчиво проговорил Матейка. – Он что, этот Мыслик, дурак или совсем слабоумный?
– Н-ну, таблицу умножения он вряд ли знал наполовину, – сказал адвокат. – И все же…
– Он мог использовать глушитель, – возразил Яролим. – К тому же установлено, что вчера вечером в соседнем дворе два парня возились с моторами своих мотоциклов. Представляете, какая звуковая завеса? Сколько децибелов дает «Ява»?
– Во всяком случае, – Томек заговорил не сразу, но прежде, чем растерянный Матейка нашелся с ответом, – во всяком случае, перед нами умышленное убийство. Никто ведь не разгуливает по Праге так просто с пистолетом в кармане. Не собираюсь вам указывать, господа, но на вашем месте я бы начал с Мыслика.
– С чего-нибудь начать надо, – Матейка кивнул, встал. – А пока спасибо вам, пан доктор, – добавил он со значением, видя, что Томек не поднимается с места.
– Мне бы очень хотелось знать, что вам удастся сделать, – сказал адвокат. – Поймите, кто поднял руку на моего клиента, тот мой личный враг…
– Не будь бюрократом, Ломикар, – вмешался Яролим; сегодня он, естественно, чувствовал себя не в своей тарелке и к тому же не думал, чтобы лучшим специалистом для данного дела был экономист Матейка. Матейка, правда, его близкий друг, но сейчас более, чем когда бы то ни было, Яролим желал, чтобы расследование завершилось как можно скорее, причем с результатом, не вызывающим ни малейшего сомнения. Он на собственной шкуре испытал, каково бывает невинному человеку, впутанному в серьезное преступление. – Пан доктор не имеет права никого допрашивать, это так, но почему бы ему не поехать вместе с нами на Вышеградскую станцию?
Матейка пожал плечами. Это был жест не согласия, а всего лишь примирения с обстоятельствами. В отличие от Яролима, толстяка с несколько богемными замашками, Матейка, костлявый, долговязый человек, не терпел никаких импровизаций, в особенности – опять-таки в противоположность юристу Яролиму – он прямо-таки ощетинивался, когда нарушались предписания. Однако в деле, столь далеком от его области, Матейка чувствовал себя до того неуверенно, что не мог отвергнуть помощи.
3
Пока доктор Томек терпеливо разглядывал облупленные фасады домов напротив Вышеградской станции, Матейка с Яролимом сидели в освобожденном для них кабинете, сверля пытливыми взглядами Мыслика. Этот изобличенный отец, обязанный покрыть долг, в его положении просто ужасающий, был громаден и толст; его пивное брюхо переваливалось через туго затянутый ремень; с одутловатого лица без всякого выражения смотрели голубые водянистые глаза. Нелегко было решить, что привлекло в нем Людмилу Билкову, зато с первого взгляда всякий мог понять, почему семья молодой мамаши предпочитала захомутать Петра Покорного.
– Нам нужно узнать у вас сущий пустяк, – начал Матейка. – Что вы делали вчера вечером?
– А вы почему спрашиваете?
– Послушайте, задавать вопросы будем мы, а вы будете отвечать, – казенным тоном оборвал его Матейка.
«Ломикар – экономист, и никогда ничего другого из него не получится», – подумалось Яролиму.
– Дома сидел… – Мыслик перевел взгляд на Яролима, как бы ожидая от него большей приветливости.
– С которого часа? И чем были заняты?
– Все было нормально… – ответил Мыслик.
«Насколько я знаю Ломикара, – подумал Яролим, – такой ответ он примет за сопротивление, ему и в голову не придет, что перед ним просто дубина, чей словарь насчитывает не более трехсот слов…»
– Что значит «нормально»? – спросил Матейка, как того и ожидал Яролим.
– Кончил в два. С работы домой пошел, – отвечал великан. – По дороге купил в самообслуге… Поспал часок, а как пришли приятели, стали нормально телик смотреть…
– Какие приятели?
– Коварж Людвик, – начал тот считать по пальцам, – Дворжак Вацлав, Мазал Хуго…
– Где их можно найти?
– Здесь, нормально. – Мыслик обрадовался новому для него чувству интеллектуального превосходства. – У пакгауза.
– Что показывали по телевизору?
– Нормально, что, – опять ответил Мыслик, и Яролим, холостой и бездетный, решил про себя с ходу награждать за такое словечко подзатыльником своих еще и не зачатых детей. – «Спарту» с «Богемиэнсами».
Безграмотное окончание резануло слух Яролима, и он решил вмешаться.
– Я тоже видел этот матч. Что вы думаете о первом голе?
– Девятка, – отозвался вокзальный Голем.
«Вот и промах!» – возликовал Яролим, помнивший, что как раз в этом месте передача нарушалась.
– Мне гол показался случайным, – сказал он.
– А это кому как, – возразил Мыслик.
– До которого часу сидели вы у телевизора?
– Часиков до одиннадцати. Выжрали пару бутылочек… Это-то можно, нет?
– Дворжак Мазал и Коварж подтвердят, что вы были вместе весь вечер?
– А то, – ответил толстяк. – За Вашеком, это значит за Дворжаком, потом пришла его старуха, он рядом живет, тут мы и разбежались, – с оттенком сожаления добавил он.
– Пока хватит, спасибо, – сказал Матейка. – Позови Дворжака, – оглянулся он на Яролима.
Тот разыскал Дворжака возле пакгауза: вместе с ним были два других парня в таких же замызганных рабочих комбинезонах. Не надо было быть криминалистом, чтоб сообразить, что это Мазал и Коварж.
Дворжак, самый из них старший, смекалистый и разговорчивый, полностью подтвердил все сказанное Мысликом. Зато потом, когда допрос перешел уже в неофициальный разговор и речь зашла о вчерашнем футбольном матче, Дворжак покачал головой:
– И надо же, чтоб именно в эту минуту помеха! Хотел бы я знать, не было ли там офсайда… Знаю я эту «Спарту»!
Яролим ответил набором фраз из утренних газет, а чтобы Дворжак ни о чем не догадался, затеял с ним спор о том, правильно ли составлена команда Вршовиц.
– Да, еще мелкий вопросец, – перебил их Матейка. – Помните ли вы, пан Дворжак, в какой последовательности являлись вы трое к Мыс-лику?
Дворжак еле заметно смешался.
– Сперва пришли мы с Мазалом, а уж после Коварж. Но присягнуть не могу – не записывать же такую ерунду…
– Конечно, нет, я спросил просто для полноты картины. – И Матейка сделал величественный жест рукой.
– Дело в том, что знать-то нам надо только одно, – добавил Яролим. – Не слыхали ли вы, так около девяти вечера, какой-нибудь шум со стороны перекрестка на Белградской?

Трое на трое - Зламаный Сватоплук => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Трое на трое на этом сайте нельзя.