Паустовский Константин Георгиевич - Желтый свет - читать и скачать бесплатно электронную книгу 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Графтон Сью

Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби


 

На этой странице выложена электронная книга Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби автора, которого зовут Графтон Сью. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби или читать онлайн книгу Графтон Сью - Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби равен 232.78 KB

Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби - Графтон Сью => скачать бесплатно электронную книгу



Кинси Милхоун - 1

Сью Графтон
"А" – Значит алиби
Моему отцу, Чипу Графтону, наставившему меня на этот путь, посвящается
Автор выражает признательность за неоценимую помощь в работе Стивену Хэмфри, Роджеру Лонгу, Алану Триволи, Барбаре Стивенс, Марлину Д. Кеттеру и Джо Дрисколлу из детективных агентств Колумбуса, штат Огайо, а также Уильяму Христенсену, офицеру полиции из Санта-Барбары.
Глава 1
Я – Кинси Милхоун. Работаю частным детективом по лицензии, выданной штатом Калифорния. Мне тридцать два года, дважды разведена, детей нет. Позавчера я застрелила человека, и этот факт неприятно давит на мою психику. Я легко схожусь с людьми, и у меня много друзей. Квартирка маленькая, но мне нравится жить в тесноте. Большую часть жизни я провела в трейлерах, но со временем они стали, на мой вкус, уж слишком экзотичны, и сейчас я обитаю в однокомнатной холостяцкой квартире. Никаких домашних животных не держу, нет у меня и комнатных растений. Я немало времени провожу в пути, и мне не доставляет удовольствия надолго оставлять кого-то в одиночестве. Не считая опасностей, связанных с моей работой, в остальном я всегда жила обычной жизнью, спокойно и без особых событий. Убийство этого типа расстроило меня, и я еще не до конца его осмыслила. Но уже передала в полицию соответствующее заявление, проставив на всех страницах свои инициалы и подпись. Аналогичную форму я заполнила и для официальной картотеки. Оба документа изложены нейтральным языком, с употреблением туманных выражений, из которых непросто восстановить точный смысл событий.
* * *
Первый раз Никки Файф пришла в мой офис недели три назад. Я занимаю небольшой угол в одном из просторных конторских помещений здания, принадлежащего страховой компании "Калифорния фиделити", в которой когда-то работала. Сейчас наши связи почти прервались, я лишь иногда выполняю для них небольшие расследования в обмен на две комнаты с отдельным входом и маленьким балкончиком, выходящим на главную улицу Санта-Терезы. У меня стоит автоответчик, записывающий телефонные звонки в мое отсутствие, там же в кабинете я храню свои справочники. Денег у меня немного, но все же концы с концами свожу.
В тот день меня не было в офисе почти все утро, и я забежала на минуту, чтобы только взять фотоаппарат. В коридоре около двери моего кабинета стояла Никки Файф.
Лично с ней мне встречаться не приходилось, хотя лет восемь назад я уже знакомилась с ее делом, по которому она была осуждена за убийство своего мужа Лоренса – известного в нашем городе адвоката по бракоразводным делам. Никки тогда не исполнилось и тридцати, у нее были поразительно светлые, почти белые волосы, темные глаза и безупречная кожа. Теперь когда-то сухощавое лицо слегка располнело, вероятно, из-за особенностей тюремного питания, в котором преобладает крахмал, однако выглядела она все еще весьма стройной и хрупкой, что в свое время даже заставило судей усомниться в ее способности убить кого-то.
А волосы приобрели свой естественный оттенок, столь бледный, что казались почти бесцветными. Сейчас ей было лет тридцать пять – тридцать шесть, но годы, проведенные в калифорнийской женской колонии, не оставили на ней заметного отпечатка.
Вначале я ничего не сказала, просто открыла дверь и позволила ей войти.
– Вы, должно быть, знаете, кто я, – проговорила она.
– Несколько раз мне приходилось работать по заказам вашего мужа.
Она внимательно меня оглядела:
– И до какой степени вы были с ним близки?
Я поняла, что ее интересовало, и ответила:
– Я присутствовала на суде, где вас приговорили к заключению. Но если вам интересно, были ли у меня с ним личные контакты помимо работы, то могу ответить: нет. Он был не в моем вкусе. Так что поводы для подозрений отсутствуют. Хотите кофе?
Она кивнула и почти неуловимо расслабилась. Достав кофеварку с нижней полки шкафа с делами, я наполнила ее фильтрованной водой "Спарклеттс" из бутыли, стоящей за дверью. Мне понравилось, что Никки не упомянула о тех неприятностях, которые я могла причинить ей в прошлом. Вставив бумажный фильтр, я засыпала молотый кофе и включила кофеварку. Бормотание кипятка действовало умиротворяюще, словно бульканье аквариумного насоса.
Никки сидела очень спокойно, как будто у нее отключили все эмоциональные рецепторы. Она не делала никаких нервных жестов, не курила и не теребила волосы. Я тоже присела на свое вращающееся кресло.
– Когда вас выпустили? – поинтересовалась я.
– Неделю назад.
– Ну и как вам на свободе?
Она пожала плечами:
– Недурно, конечно, но я могла бы выжить и там. И не так уж плохо, как вы здесь думаете.
Из стоящего справа мини-холодильника я достала начатый пакет молока, потом прихватила пару чистых кружек, которые обычно храню перевернутыми вверх дном, и наполнила их горячим кофе. Никки взяла свою кружку, пробормотав "спасибо".
– Возможно, вы уже слышали об этом деле, – продолжила она, – но я и вправду не убивала Лоренса и хочу найти тою, кто сделал это.
– Зачем же было так долго тянуть? Ведь вы могли начать расследование прямо из тюрьмы и, не исключено, сократили бы свой срок.
Она слабо улыбнулась:
– Меня осудили, хоть я и невиновна. Но кто бы тогда в это поверил? Как только вынесли приговор, я утратила доверие людей и вот теперь хочу снова вернуть его. Мне необходимо выяснить, по чьей же вине меня упрятали в тюрьму.
Вначале показалось, что глаза у нее просто темные, но сейчас я обратила внимание, что они странного серо-металлического цвета. Никки смотрела спокойно и отрешенно, а глаза словно вспыхивали от мерцающего внутреннего света. Судя по всему, эта женщина не тешила себя особыми надеждами. Я и сама никогда особенно не верила в ее виновность, но не могла вспомнить, почему именно пришла к такому выводу. Она хорошо владела собой, и трудно было представить, что могло вывести ее из себя настолько, чтобы она решилась убить кого-либо.
– Вы хотите мне что-нибудь рассказать? – спросила я.
Отпив глоток кофе, Никки поставила кружку на край стола.
– Четыре года я была замужем за Лоренсом, даже немного дольше. Уже через шесть месяцев после свадьбы он стал мне изменять. Не пойму, почему это так потрясло меня. Ведь именно так я с ним сошлась... когда он был еще женат на своей первой жене и изменял ей со мной. Думаю, это своего рода эгоизм, присущий всем любовницам. Во всяком случае, я не рассчитывала очутиться в ее шкуре, и мне все это не слишком понравилось.
– По мнению прокурора, именно это и послужило причиной убийства.
– Послушайте, им просто надо было кого-то найти. И тут подвернулась я, – сказала она, первый раз слегка оживившись – Я ведь последние восемь лет провела со всевозможными убийцами, и, поверьте, безразличие не может быть причиной убийства. Человека убивают, если ненавидят, или в приступе гнева, или чтобы отомстить, но никогда – если вы к нему абсолютно равнодушны. К тому времени как Лоренс погиб, он меня совсем не волновал. Моя любовь к нему умерла, когда я впервые узнала о его похождениях. Мне потребовалось еще некоторое время, чтобы очистить свою личную жизнь от всего этого...
– И именно поэтому вы завели дневник? – спросила я.
– Конечно, вначале я пыталась следить за ним. Отмечала каждый случай измены, подслушивала его телефонные разговоры, таскалась за ним по всему городу. Постепенно он стал осторожнее в своих любовных делишках, а я начала терять к этому интерес. Просто перестала реагировать.
Щеки у нее вспыхнули, и я подождала, пока, она снова соберется с мыслями.
– Понимаю, со стороны выглядит, будто я убила его из ревности или в ярости, но тогда мне на все это было просто наплевать. Меня интересовала лишь моя собственная жизнь. Я собиралась вернуться в школу, подумывала о собственном деле. Он пошел своим путем, а я – своим... – произнесла она уже еле слышно.
– А кто, по-вашему, мог его убить?
– Думаю, желающих было достаточно. Другое дело, действительно они убили его или только мечтали. У меня есть лишь предположения, но нет никаких доказательств. Вот поэтому я здесь.
– А почему пришли именно ко мне?
Она опять слегка покраснела.
– Я уже обращалась в два крупных агентства в городе, но они послали меня к черту. На ваше имя я наткнулась в старой телефонной книжке, которую нашла среди бумаг Лоренса. Наверное, есть определенная доля иронии в том, что пришлось обратиться к человеку, который когда-то работал на него. Я наводила о вас справки у Кона Долана из отдела убийств.
Я насупилась:
– Кажется, именно он и вел это дело, не так ли?
– Да, точно, – кивнула Никки. – Он сказал, что у вас отличная память. Мне бы не хотелось опять объяснять все с нуля.
– А что же сам Долан? Он тоже считает, что вы невиновны?
– Сомневаюсь, но если начистоту, то я уже свой срок отмотала, и ему до меня дела нет.
Я внимательно поглядела на нее. Она была со мной откровенна, и слова ее, казалось, не лишены смысла.
Лоренс Файф был действительно тяжелым человеком.
Сама я никогда не испытывала к нему теплых чувств. И если она виновна в его смерти, то непонятно, зачем ей понадобилось опять ворошить это дело. Срок наказания истек, и ее так называемый долг перед обществом был погашен, кроме разве что каких-то обещаний, которые она должна выполнять.
– Мне надо немного поразмыслить, – закончила я нашу беседу. – Позвоню вам сегодня позднее и сообщу свое решение.
– Буду очень признательна. У меня есть деньги. Сколько бы это ни стоило.
– Мне не нравится, когда платят за то, чтобы порыться в старом деле, миссис Файф. Даже если мы найдем убийцу, нам предстоит еще припереть его к стенке, а сделать это через столько лет будет весьма непросто. Я должна покопаться в старых бумагах и прикинуть, что здесь можно предпринять.
Никки достала из большой кожаной сумки папку с желтой обложкой и протянула мне со словами:
– Здесь кое-какие газетные вырезки. Если хотите, могу их вам оставить. Здесь же номера телефонов, по которым меня можно разыскать.
Мы пожали друг другу руки, ладонь у нее была маленькая и холодная, но рукопожатие достаточно крепкое.
– Зовите меня Никки. Пожалуйста.
– Непременно свяжусь с вами, – сказала я на прощание.
* * *
По заданию страховой компании мне надо было сделать несколько снимков трещины в тротуаре, поэтому я выбежала из конторы сразу вслед за Никки и помчалась на своем "фольксвагене" по скоростному шоссе. Мне нравится, когда машина набита битком, и на этот раз на сиденьях валялись папки с документами, юридические справочники и портфель, в котором я держу свой миниатюрный самозарядный пистолет; какие-то картонные коробки и бутыль моторного масла, полученная от одного из клиентов. Его облапошили два мошенника, благосклонно "позволив" ему вложить пару тысяч баксов в свою нефтяную компанию. Моторное масло оказалось настоящим, но выпущенным совсем не этими жуликами. Это была обычная тридцатиунциевая расфасовка из "Сиерса", на ней только переклеили этикетку. Чтобы накрыть славную парочку, я убила полтора дня. Кроме этой шелупони, на мне сейчас висит еще одно ночное происшествие в местном борделе, и один Бог знает, как удастся его распутать. Никогда бы не согласилась работать на заказчика, который меня подгоняет. Я просто обретаю уверенность, когда на мне наконец ночная рубашка, в руке зубная щетка, а под рукой свежее белье. Да, полагаю, у меня есть свои маленькие причуды. Мой "фольксваген" 1968 года выпуска – одна из этих кляч грязно-бежевой масти, с выпавшими зубами. Он давно требует починки, но у меня вечно не хватает времени.
Пока ехала, размышляла насчет Никки. Заодно вытряхнула газетные вырезки из желтой папки на соседнее сиденье, но фактически мне даже не потребовалось их просматривать. Лоренс Файф участвовал в куче бракоразводных процессов и заработал в суде кличку "убийца".
Он действовал хладнокровно и методично, по крупицам накапливая свои аргументы. В Калифорнии, как и во многих других штатах, в качестве основания для развода принимаются лишь непримиримые различия между супругами или неизлечимое психическое расстройство одного из них и не рассматриваются сфабрикованные обвинения в супружеской неверности, что когда-то составляло основную заботу адвокатов и объект неизменного интереса со стороны зевак. Помимо этого, еще остаются вопросы раздела имущества и попечительства – то есть деньги и дети, – а в этой области Лоренсу Файфу удавалось немало сделать для своих клиентов, большинство которых составляли женщины. Вне зала суда за ним закрепилась репутация "убийцы" совсем другого рода – ходили слухи, что он утешил немало разбитых сердец в самый тяжелый для них период: между слушанием дела и окончательным решением.
Я воспринимала его как расчетливого, почти лишенного юмора, но обязательного человека. На такого легко работать, потому что все его указания были точны, а платил он авансом. Судя по всему, многие его ненавидели: мужчины – потому что он отсуживал у них деньги, а женщины – за свое поруганное доверие. Когда он умер, ему было тридцать девять лет. То, что в этом убийстве обвинили, а затем судили и приговорили к тюрьме именно Никки, была некая предопределенность. За исключением тех случаев, когда ясно, что в убийстве заведомо замешан маньяк, полиция предпочитает искать виновного среди тех, кто знал и любил жертву, и большей частью они правы. Тут есть о чем подумать, когда мирно сидишь в кругу семьи, скажем, за обедом, а потенциальные убийцы с улыбками передают друг другу тарелки.
Насколько я могла припомнить, в ночь накануне убийства Лоренс Файф выпивал со своим компаньоном Чарли Скорсони. А Никки была в то время на собрании Молодежной лиги. Она вернулась домой раньше Лоренса, который приехал около полуночи. Он принимал разнообразные препараты от многочисленных аллергий и в ту ночь, перед тем как лечь спать, проглотил свои обычные капсулы-пилюли. Через пару часов он проснулся – его тошнило, рвало, а желудок сводило от страшной боли. К утру он скончался. Вскрытие показало, что умер он от пыльцы олеандра, которую подсыпали в капсулы вместо лекарства: не слишком мудрено, зато очень эффективно. Кусты олеандра встречаются в Калифорнии на каждом шагу. Кстати, один такой куст рос и на заднем дворе дома Файфов. На пузырьке с лекарством обнаружили вместе с отпечатками Лоренса и следы пальцев Никки. Среди ее вещей нашли также дневник, куда были занесены кое-какие подробности, ясно указывающие на то, что она была в курсе всех его измен, которые ее глубоко задевали и ранили, и подумывала о разводе.
Ранее в окружной прокуратуре ей вполне ясно дали понять, что развод с Лоренсом Файфом – дело для нее весьма рискованное. Он уже был однажды женат, разведясь незадолго до их брака, и хотя его бракоразводное дело вел другой адвокат, явно чувствовалась железная рука самого Лоренса. В результате он добился опеки над детьми и выиграл в финансовом отношении.
Штат Калифорния отличается весьма скрупулезным толкованием законов, но Лоренсу Файфу за счет хитроумного оперирования своими финансами даже при варианте пятьдесят на пятьдесят удалось ухватить львиную долю семейной собственности. Дело выглядело таким образом, что Никки Файф прекрасно понимала: чтобы расстаться с ним, ей лучше поискать другие пути вместо лобового столкновения.
У нее были и мотив, и возможность осуществить свой план. Суд присяжных выслушал доказательства и вынес обвинительное заключение. Коль уж она попала на скамью подсудимых, то вопрос состоял лишь в том, чтобы убедить дюжину присяжных. И окружной прокурор выполнил домашнюю работу на отлично. А Никки Файф достался в качестве защитника некий Уилфред Брентнелл из Лос-Анджелеса, известный адвокатский "жучок", освящающий своим присутствием все проигранные процессы. В каком-то смысле ее вина оказалась как бы заранее предопределена. Вокруг процесса создалась уж очень ажиотажная атмосфера. Никки была молода, хороша собой, родилась и выросла в обеспеченной семье. Общественность проявила чрезвычайное любопытство к этому процессу, а городок у нас небольшой. Так что всем было бы жаль упустить такой шанс.
Глава 2
Санта-Тереза – небольшой город в южной Калифорнии с восьмьюдесятью тысячами жителей, причудливо раскинувшийся между Сьерра-Мадрес и Тихоокеанским побережьем, – настоящее прибежище для богатеньких.
Все общественные здания в городе построены в испанском колониальном стиле, а частные дома как будто сошли с журнальных иллюстраций. Пальмы со странными коричневыми листьями, серо-голубые холмы на заднем плане и морские пейзажи с белоснежными яхтами, покачивающимися в солнечных лучах, словно копируют сюжеты с почтовых открыток. Центр городка в основном состоит из двух – и трехэтажных строений, отделанных белой штукатуркой и крытых красной черепицей, с широкими арочными проемами и декоративными решетками, увитыми пышными, с бордовыми цветами бугенвиллеями.
Даже попадающиеся порой скромные одноэтажные дома выглядят здесь весьма достойно.
Полицейское управление размещается почти в центре города, в переулке, застроенном коттеджами салатного цвета, с невысокими каменными оградами и деревцами джакаранды, усыпанными весной бледно-лиловыми цветочками. Зима в Калифорнии сводится к увеличению облачности и предваряется не осенью, а сезоном пожаров.
После пожаров наступает пора грязевых оползней. Но вскоре статус-кво восстанавливается, и все возвращается в привычное русло. Сейчас на дворе стоял май.
Закинув отснятую катушку с пленкой на проявку, я поспешила в отдел убийств, чтобы увидеться с лейтенантом Доланом. Кону уже под шестьдесят, и он не очень-то следит за собой: под глазами мешки, на щеках серая щетина или просто так кажется, лицо обрюзгшее, а волосы смазаны какой-то гадостью из мужской косметики и зачесаны так, чтобы прикрыть сверкающую плешь на макушке. Видок у него вечно настороженный, как у почуявшей след ищейки, а ботинки такие грязные, будто он постоянно шляется по каким-то помойкам. Но это вовсе не значит, что он не специалист в своем деле. И выглядит Кон Долан все-таки намного приятнее, чем среднестатистический грабитель. Он чуть не каждый день сталкивается с убийцами лоб в лоб. Уйти им чаще всего не удается, и ошибается он лишь изредка.

Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби - Графтон Сью => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Кинси Милхоун - 1. «А» - значит алиби на этом сайте нельзя.
 Вулф Джин http://litkafe.ru/writer/3851/vulf_djin