А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Все это время Кэррин не двигалась с места.
– Гарри? – тихо позвала она. Жесткие нотки в ее голосе куда-то исчезли.
– Кажется, я знаю его. Проверь по снимкам дантиста.
– Да? И кто же это?
– Я звал его просто Ежик. Из-за прически. Он был телохранителем Марконе.
Мерфи коротко выругалась.
– В чем дело, Мёрф? – Я неловко обернулся через плечо, стараясь не смотреть на останки Ежика.
– Осмотрись здесь еще, после поговорим, – сказала она.
– Что мне искать?
– Сам узнаешь, – ответила Кэррин. И еле слышно добавила: – Надеюсь…
Я вернулся к своим обязанностям и продолжил осмотр. Одно из боковых окон разбито, рядом валяется сломанный стол. Я подошел ближе, и под ногами захрустело битое стекло. По-видимому, с улицы вломились как раз в этом месте – на осколках сгустки крови. Я подобрал кусок побольше и присмотрелся. На острых краях не до конца высохла густая алая кровь. Я бережно завернул находку в носовой платок и сунул в карман. Потом стал кружить по комнате, внимательно изучая строительную пыль под ногами. Кое-где она полностью стерта. Похоже, там отчаянно боролись. Мое внимание привлекло место под окном, куда электрическое освещение почти не попадало, зато лунного света хватало в избытке. Я опустился на колени рядышком с этим островком из призрачного серебра. В самом центре ясно виднелся отпечаток лапы. Собачьей лапы. Величиной с мою ладонь, не меньше. Подняв глаза к окну, я увидел лунный диск, и был он уже практически круглый…
– Ч-черт! – выдохнул я. – Черт!
Мерфи мигом очутилась подле меня. Я облизнул внезапно пересохшие губы и поднялся с колен.
– Н-да, ты попала в интересное положение.
– Не шути, Дрезден. Объясни толком.
– Толком? Хорошо. Скорее всего нападавший появился оттуда. – Я кивнул в сторону разбитого окна. – Там есть его кровь. На жертву напал сзади, отобрал оружие и убил. Сначала они боролись здесь. Видишь, пыль на полу стерта? Потом Ежик рванул к выходу, но добежать не успел – его порвали на куски.
Я смотрел Мерфи прямо в лицо.
– Другие убийства подобны этому. Произошли недели четыре назад. Во время прошлого полнолуния. Ты о них говорила?
Она кивнула.
– Около четырех недель. На луну никто не обратил внимания. Только я.
– Угу. А теперь взгляни сюда. – И я показал ей отпечаток.
Кэррин замерла.
– Гарри! Хочешь сказать, это волк? Оборотень? Вервольф? – Она обхватила себя руками, словно от холода.
– Да. Не совсем как в фильмах. Просто похожий.
– Что же мне делать? Что мне делать?! Скажи, Гарри?
Сказать я ничего не успел. С улицы донесся невнятный шум, и двери с треском распахнулись. Мерфи напряглась.
– Проклятие! Скунсы вонючие! Ну и скорость у них!
Четверка новоприбывших по-военному слаженно и без суеты рассредоточилась по залу. Впереди шел темноволосый человек, очень высокий, ростом почти с меня. Темно-синий костюм на могучей фигуре сидел как влитой. На лацкане пиджака болтался значок с крупной надписью «ФБР».
– Перекрыть место преступления, – приказал он. – Лейтенант Мерфи, какого черта вы здесь? Это не ваша территория.
– Я тоже рада нашей встрече, агент Дентон, – ровным голосом ответила Кэррин. – Ну и скорость у вас!
– Я не приглашал вас сюда. – Дентон говорил низким, хрипловатым голосом. Его темные глаза метали молнии, на лбу пульсировала жилка. Он перевел взгляд на меня. – Это еще кто?!
Я хотел представиться, но вмешалась Кэррин.
– Никто. – При этом она зыркнула на меня, чтобы я заткнулся. Не тут-то было – чертик в табакерке не усидел.
– Гарри Дрезден! – громко и отчетливо доложил я. Постарался на славу. Думаю, в этот момент Мерфи с наслаждением бы меня придушила.
– А?! Тот самый проходимец, о котором писали в «Трибьюн»?… Читал, читал. – Дентон повернулся к Мерфи. – Вы и ваш сдвинутый дружок можете выметаться отсюда. Сейчас здесь будет работать настоящаяполиция. Мы, знаете ли, в бирюльки не играем.
На его счастье, взгляды убивать не могут. В противном случае от агента Дентона остались бы только дымящиеся ботинки. Или даже подметки…
– Агент Бенн!
Молодая женщина, до этого напряженно созерцавшая труп, обернулась в нашу сторону. Волосы у нее оказались совершенно седыми, хотя на вид ей было едва ли больше тридцати. Зеленые глаза, смуглая кожа, губы сурово сжаты. Женщина двигалась упруго и твердо. Сразу чувствовалась отменная боевая подготовка. Такие, когда необходимо, в мгновение ока становятся быстрыми и очень опасными бойцами. Из всей четверки только у нее оружие было на виду. Она не считала нужным скрывать наплечную кобуру.
– Да, сэр. – Голос прозвучал на удивление тихо, но встала она с четким расчетом держать нас обоих в поле зрения.
– Проводите гражданских. – Дентон сделал ударение на последнем слове.
Бенн коротко кивнула в ответ. Больше ничего. Стояла и ждала. В мои намерения сопротивление не входило, чего нельзя было сказать о моей спутнице. Мне хорошо знакомо это упрямое выражение лица, сомнений нет – Кэррин приготовилась к драке. Черт побери! Нужно охладить боевой пыл Мерфи, иначе мы не доведем дело до конца.
– Поговорим на улице? – позвал я ее.
– Вот еще! – прошипела Мерфи. – Убийца за месяц положил уйму народу, и местная полиция позволила мне проводить расследование.
Она с вызовом уставилась на Бенн. Та нервничала. Плечи заметно напряглись. Ситуация накалялась.
– У вас есть письменное разрешение? – с расстановкой спросил Дентон. Жилка на его лбу пульсировала все сильнее. – Вы считаете, что можете предъявлять требования, лейтенант?
– Не дави на меня, Дентон, – недобро сказала Кэррин.
Я поежился.
– Послушай, Мерфи. – Я положил руку ей на плечо и легонько его сжал. – Давай просто выйдем и поговорим.
На мгновение наши глаза встретились, и она расслабилась. Черты ее дрогнули, во взгляде мелькнула тень сомнения. Увидев, что она готова сдаться, я позволил себе выдохнуть. Не хотелось бы превращать простую размолвку в жестокую стычку. К хорошему это не приведет.
– Вышвырни их! – приказал Дентон.
Бенн подошла к Мерфи и ударила ее. Без всякого предупреждения, мол, «привет, хорошая погодка!». Просто подошла и ударила смазанным и почти незаметным движением. Никогда раньше я не видел подобного приема. Однако Мерфи сумела закрыться и отразить нападение. Она развернулась, схватила седовласку и с треском припечатала ее об стену. Изумленной противнице хватило секунды, чтобы прийти в себя после удара. Отточенным, привычным жестом она выхватила пистолет. Я бросился к Мерфи и повалил ее. Грянул оглушительный выстрел.
– Бенн! – заорал Дентон и ринулся к ней, не обращая внимания на пистолет. Он встал между нами и начал торопливо говорить ей что-то.
– Ах ты ж, сумасшедшая сука! Белены объелась? – взревел я.
На шум выстрела прибежали остальные – два других фэбээровца и полицейские, дежурившие снаружи. Кэррин хрюкнула, больно двинув меня локтем в живот. Охнув, я скатился с нее, и мы поднялись. Кажется, оба целы…
– Что здесь творится? – потребовал объяснений полицейский.
– Произошло недоразумение, – невозмутимо ответил Дентон. – Самопроизвольный выстрел пистолета агента Бенн.
Офицер почесал в затылке и посмотрел на Мерфи.
– Это правда, лейтенант?
– Черта с два! Эта сума…
Кэррин не дала закончить. Она опять двинула меня локтем и, пока я потирал многострадальный живот, быстро ответила:
– Все случилось, как рассказал агент Дентон.
Я в недоумении уставился на нее:
– Мёрф, дай мне сказать. Эта девица…
– …не справилась со своим оружием, – подытожила Кэррин.
Полицейский пожал плечами и отвернулся.
Дентон несколько секунд пристально смотрел на мою спутницу, затем позвал своих ребят:
– Роджер, Джо, убедитесь, что с лейтенантом Мерфи все в порядке и проводите ее до машины.
– Сделаем, Фил. – К нам подскочил лопоухий рыжий пацан с веснушками по всей физиономии. – Мистер Дрезден! Лейтенант! Меня зовут Роджер Харрис, а это агент Уилсон. Почему бы нам всем не выйти на свежий воздух?
Его угрюмый напарник, нескладный лысеющий мужик с объемистым брюшком, молча кивнул нам, указывая на выход, и хмуро потопал к дверям. Кэррин смерила Дентона долгим взглядом, крутанулась на каблуках и торжественно зашагала вслед за увальнем. Ну и я за ней, будто нитка за иголкой.
– Уф… До сих пор поверить не могу! Слушай, какого дьявола ты не сказала им, что случилось на самом деле? – вполголоса спросил я.
– Что эта дрянь пыталась исподтишка врезать мне? – Мерфи и не думала говорить тише.
– Что она пыталась дырок в тебе понаделать, – уточнил я.
Мерфи зашипела, но шаг не сбавила. Я оглянулся и увидел, что полицейские уже огораживают место вокруг тела. Вовсю суетились медэксперты. Дентон стоял на коленях позади Бенн, а она сидела, уткнувшись лицом в ладони, и, похоже, плакала. Дентон бесстрастно разглядывал меня – казалось, в уме прикидывая, что напишет в моем досье: «Выше среднего роста, худощавый, острые черты лица, без особых примет». Я тоже смотрел на него и вдруг меня озарило – Дентон что-то скрывает. Знает и молчит. Что навело меня на эту догадку? Весь его облик, поведение, пульсирующая жилка на лбу…
– Хм, – хмыкнул лопоухий.
Я обернулся.
Харрис открыл дверь для нас с Мерфи. Мы вышли.
– Может, Деборе и правда стоит расслабиться, – заговорил рыжий. – Она знавала одного из убитых и после всего стала сама не своя. Уж месяц не спит.
– Заткнись, Харрис. Хорош трепаться, – проворчал агент Уилсон. Он развернулся к нам и сказал ровным голосом: – А вы, двое, шуруйте-ка отсюда ко всем чертям, и чтоб я вас здесь больше не видел. Между прочим, лейтенант, теперь отделу внутренних расследований будет чем заняться, не правда ли?
И пошел в клуб. Рыжий смущенно улыбнулся, извиняясь за грубость напарника, и поспешил за толстяком. Дверь захлопнулась, мы с Мерфи остались снаружи одни-одинешеньки. Я посмотрел на сияющую в безоблачном небе луну… Подведем итоги! Что мы имеем в активе? Вервольфа, напавшего на «шестерку» Марконе. Искалеченное тело. Море крови. Спятивших агентов ФБР, которые заводятся с пол-оборота и начинают палить почем зря. Немного кунг-фу, немного вестерна и несколько вскользь брошенных угроз. Одним словом, волноваться не о чем – просто еще одна ночь на работе.
Глава 3
Меня мутило. Изорванная человеческая плоть, идиотская стычка с фэбээровцами – впечатлений хоть отбавляй. После выстрела в ушах стоял гул, а адреналина в крови с лихвой хватило бы на маленькую армию. Тело начала сотрясать крупная дрожь. В общем, отходняк по полной программе. Я закрыл глаза и подставил лицо свежему осеннему ветру.
«Спокойствие, Гарри, расслабься, – твердил я себе. – Дыши глубже. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Ты жив. Мертвые дышать не умеют. Это не твои куски разбросаны в той страшной комнате. Пуля не нашла твое сердце. Ты жив, и Мерфи цела, и больше не надо всматриваться в безглазое лицо мертвеца».
Изувеченный труп упрямо маячил перед внутренним взором; я чувствовал удушливый смрад вырванных кишок, помнил липкий от пролитой крови пол и забрызганные стены. Я ощущал противный вкус горечи во рту и боролся с новыми позывами к рвоте. Мне хотелось орать и топать ногами, лишь бы избавиться от дикого напряжения. Я начинал понимать состояние Деборы Бенн, ведь ей довелось расследовать целую вереницу подобных убийств. Чей разум, чьи нервы выдержат такое?
Я просто старался дышать. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Холодный ветер приятно освежал лицо и приносил с собой пряный аромат осени. Октябрь в Чикаго промозглый, ветреный, и тем не менее я люблю это время года, мне нравится бродить в одиночестве по вечерним улицам и думать, думать… Потихоньку я успокоился. Мерфи стояла позади и тоже пыталась по-своему оклематься. Мы одновременно, не сговариваясь, пошли к машине.
– Я… – начала было Мерфи и смолкла. Тишина. Я старался не смотреть в ее сторону. – Прости, Гарри, прости, что не сдержалась. Конечно, Дентон – последняя сволочь. Вообще-то он прав – я не должна была появляться здесь. Поверь, мне жаль, что я втянула тебя в эту передрягу.
Кэррин открыла дверцу и села в машину. Я забрался на пассажирское сиденье, вырвал у нее из рук ключи и накрепко зажал их в ладони. Она резко повернулась ко мне.
– Поговорим, Мерфи.
– Гарри, сейчас не самый удачный момент.
– Умеешь ты поблагодарить за спасение жизни… Мерфи, ты не обо всем сказала, да?
Повисло молчание.
Самое смешное, что и Мерфи, и Ким сердились на меня по одной и той же причине. Когда прошлой весной Мерфи вела расследование, она тоже хотела знать больше и требовала полной откровенности. Полная откровенность равнялась смертному приговору – получи она тогда желаемое, я не дал бы за ее жизнь и гроша. Прежде всего я волшебник и в некоторые подробности не имею права посвящать никого. Поэтому, отказавшись тогда делиться знанием,я сам выследил убийцу. Дело закончилось неслабым пожаром и красочными трупами. На меня косились, хотя прямых обвинений предъявлять не стали. За прошедшие месяцы Кэррин несколько раз привлекала меня к расследованиям, и я из кожи вон лез, однако наша дружба дала внушительную трещину, и кто знает, может быть, сейчас пришло время ее залатать.
– Послушай, Мерфи, – осторожно начал я. – Не пришлось нам толком поговорить о том случае.
– Мы вообще об этом не говорили, – откликнулась она, и голос ее был сух, как осенние листья. – Да и зачем начинать? Столько воды утекло.
– Я хотел, правда, хотел рассказать тебе больше. Не мог, прости.
– Дай-ка угадаю. Мышка язык откусила? – съязвила Кэррин.
– Ну ты же знаешь, я никогда не был с плохими парнями. Черт побери, неужели ты мне не веришь? Ведь я рисковал ради тебя!
– Дело не в этом, Гарри.
– Не в этом? А в чем?
– Дело в том, Дрезден, что ты лгал мне, играл в молчанку, утаивал информацию, когда я позарез в ней нуждалась. Все просто. Если я решаюсь привлечь кого-то к своемурасследованию, значит я полностью ему доверяю. – Она сжала руль, даже костяшки побелели. – А тебе я верила больше всех. И что взамен?…
Я содрогнулся. Удар ниже пояса, и хуже всего то, что она права.
– Я не мог допустить, чтобы ты пострадала.
В голубых глазах полыхнула ярость. Но когда Кэррин заговорила, голос ее звучал почти ласково. По мне уж лучше бешеные крики, чем это ужасающее спокойствие.
– Я не дочь тебе, Дрезден, и не фарфоровая статуэтка. Я офицер полиции. Гоняюсь за плохими дядями, ловлю их, сажаю за решетку, и, если понадобится, я готова и пулю схлопотать вместо несчастной домохозяйки. – Она вытащила из наплечной кобуры пушку, проверила предохранитель и сунула обратно. – В опеке не нуждаюсь.
– Мерфи, подожди, – заспешил я. – Поверь, я никогда не подставлял тебя. Я твой друг.
– Ты былмоим другом, Дрезден. – Она тряхнула головой и стиснула зубы. – Теперь я в этом не уверена.
Слова кончились, но отступиться я не мог. Раньше мне не приходило в голову оценивать события с точки зрения Кэррин. Она не волшебница и почти ничего не знает о природе сверхъестественного, о мире, с которым христианская религия без успеха борется еще с эпохи Возрождения. Однако по долгу службы Мерфи приходится ежедневно сталкиваться с необъяснимым. «Необъяснимыми» преступлениями занимается отдел специальных расследований, созданный когда-то по особому распоряжению мэра. Наверное, для нее это сущая пытка – пойди туда, не знаю куда, арестуй то, не знаю что, а опытные эксперты лишь разводят руками. По сути, Мерфи безоружна. Противопоставить миру духов она может только то знание, которым обладаю я. Весной мне пришлось действовать в одиночку, за ее спиной. Я понимаю, что она растерялась. Общественное мнение, церковные власти, официальная полиция только хмурятся при упоминании о магии, вампирах, волшебниках, но создания потустороннего мира таятся повсюду – феи воруют младенцев прямо из колыбелек, злобные тролли сидят в засаде, призраки и духи всех мастей разгуливают на свободе. Все эти твари по-прежнему устрашают жителей города. Кто-то должен предотвратить нарастающее безумие, и этим «кто-то» стала Кэррин Мерфи. Она руководит отделом дольше своих предшественников, наверное, отчасти потому, что верит во «многое, что и не снилось нашим мудрецам», а отчасти и потому, что не пренебрегает услугами частного чародея.
– Прости, Кэррин, – вырвалось у меня. Банальные слова, но ничего лучше придумать я не сумел.
Казалось, прошли столетия, прежде чем Мерфи ответила.
– Бог с тобой, – сказала она, тряхнув волосами. Угрюмое выражение ее лица смягчилось, черты разгладились. Надеюсь, виной тому был не только лунный свет. – Прощу. А ты дашь слово. Никаких тайн отныне, никаких секретов, никакой опеки.
– Мерфи, ты просишь невыполнимое…
И вот тут она взвилась. Больно ущипнула за палец, заставив выронить ключи прямо ей в руки, и начала нервно заводить машину. Я коснулся ее запястья и произнес:
– Согласен. Хорошо. Больше никаких тайн.
На краткий, неуловимо краткий миг она заглянула мне прямо в глаза и сразу же отвернулась. Наконец Кэррин удалось завести двигатель и выехать со стоянки.
– Что ж, – заговорила моя начальница. – Я все расскажу тебе, Гарри. Расскажу, потому что очень нуждаюсь в помощи. Если мы не схватим этого гада, у нас наверняка будут свежие трупы, и тогда я вылечу со своей чертовой работы, а ты скорее всего загремишь в тюрьму.
Глава 4
– Что?! В тюрьму? Черт побери, Мерфи, и долго ты собиралась молчать?
Огни встречных автомобилей вспышками озаряли ее лицо.
– Не галди, Дрезден. У меня и без того был трудный месяц.
Вопросы рвались с языка. Наконец я не выдержал.
– Почему ты не рассказала о прошлых убийствах?
– Поверь, я хотела. – Мерфи мрачно смотрела на дорогу. – Отдел внутренних расследований очень заинтересовался случившимся с Марконе и Виктором Селлзом. В чью-то дурную башку втемяшилось, что я вступила с Марконе в сговор – он сдал мне наркодилеров, а я убрала его конкурента. И пошло-поехало…
Я чувствовал себя кругом виноватым.
– Это все из-за меня, да? Я был на месте преступления. Ты отмазала меня. Потом слухи поползли насчет моих мифических отношений с Марконе, и все вместе это здорово смахивало на…
– Ага, – кивнула Мерфи.
– И привлечь к новому расследованию чародея означало по доброй воле сунуть голову в пасть голодного льва.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28