А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Энтони Пирс

Ксанф - 10. Долина прокопиев


 

На этой странице выложена электронная книга Ксанф - 10. Долина прокопиев автора, которого зовут Энтони Пирс. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Ксанф - 10. Долина прокопиев или читать онлайн книгу Энтони Пирс - Ксанф - 10. Долина прокопиев без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Ксанф - 10. Долина прокопиев равен 232.96 KB

Ксанф - 10. Долина прокопиев - Энтони Пирс => скачать бесплатно электронную книгу



Ксанф – 10


«Долина прокопиев»: ООО «Издательство ACT»; Москва; 2000
ISBN 5-17-003111-4
Аннотация
Судьба свела вместе крылатую кентаврицу Чекс, огра Эхса и копушу Прокопия из Долины Прокопиев. У каждого из них своя беда: Эхс никак не может понять, для чего родился на свет, и не знает, как отделаться от назойливой демонессы Метрии; Чекс горюет оттого, что во всем Ксанфе не сыскать ни единого крылатого кентавра, кроме нее самой; а Прокопий страдает из-за того, что берега реки, на которой издавна обитал его народ, захватили демоны, и поэтому Люблю-реку даже переименовали в Убьюреку. Втроем они отправляются к Доброму волшебнику Хамфри — и узнают, что им предстоит спасти Ксанф от напасти, страшнее которой не было с давних пор.
ДОЛИНА ПРОКОПИЕВ
Пирс ЭНТОНИ
Перевод с английского Ирины Трудалюбовой


Глава 1
МЕТРИЯ

Туговато иногда приходится сыну огра и нимфы. То папа-огр вдруг начинает расшвыривать вещи и выжимать водицу из камней, просто так, для развлечения. То мама-нимфа истерику устроит. Потому-то Эхс и нашел себе потаенное убежище. Когда в доме становилось слишком жарко, он уходил туда — посидеть в тишине, отдохнуть. Родителей своих Эхс любил, но и в одиночестве тоже много хорошего.
Эхс осмотрелся и прислушался. Ему не хотелось, чтобы какой-нибудь ксанфянин, ручной или дикий, заметил, как он входит в убежище. Если кто-то один узнает, до родителей тут же дойдет — и прощай уединение. А местечко он подыскал в стволе высохшего пивного дерева. Ему повезло, потому что он в конце августа проходил мимо пивного дерева, а как раз в это время деревья расстаются со своими летними жильцами — духами лета. Эхс даже успел заметить спину удаляющегося духа.
Значит, решил он, место свободно. Эхс встал перед деревом и зычно, истинно по-огрьи, крикнул: «Эй, гость!» И дерево согласилось. Духам двери не нужны, а огр без них не может. Эхс проделал в стволе дверь и сделал еще дырку, чтобы запах пива выветрился. Мать Эхса, нимфа Танди, оторопела бы, если бы почувствовала, что от сына несет ливом. Затем Эхс натаскал внутрь соломы и подушек с ближайшего подушечного куста, после чего вырезал ножичком на стенах картинки, очень прекрасные! Как же он гордился собой. Рассказать бы кому-нибудь, да нельзя.
Стало быть, Эхс осмотрелся, вокруг не было ни души. Он сунул ноготь в щель и потянул дверцу на себя. На самом деле это была не дверь, а так себе, дверца. Эхс вошел и со вздохом уселся на кучу подушек.
— Эй!
Эхс вздрогнул от неожиданности.
— Кто тут? — удивленно спросил он.
— А ну убери с меня свою клумбу!
Приказ раздался снизу.
— Какую клумбу?
— Не клумбу, так лужайку, — дерзко ответил голос. — Огородик, садик, толстый за…
Эхс смутно догадался, что сейчас прозвучит, и быстро встал с подушки.
— А ты где? — спросил он.
— Здесь, ослище! Да ты понимаешь, что прямо мне на лицо бухнулся своим.., садовым хозяйством?
— Но ведь подушки для того и нужны, чтобы на них…
— А ты хоть у одной подушки спрашивал, что ей нужно?
— В общем-то нет, но я же…
— Так-то, обалдуй! А теперь выметайся, дай мне поспать.
Эхс послушно выбрался из дерева. По дороге домой он крепко задумался. Как же это ему удалось — поговорить с подушкой? С неодушевленными в Ксанфе только один человек умеет разговаривать — король Дор. Все знают, что в Ксанфе у каждого обитателя свой магический талант, за исключением донных прокляторов, у которых один талант на всех. Вот и выходит, что с подушками Эхс разговаривать не может. Он лично одарен иным талантом — возражать, перечить. Мать иногда упрекает его, что он уж очень много перечит, но она же не сомневается, что это у сына талант такой, магический. Но подушка говорила, несомненно, и он, Эхс, ей отвечал. Как же так?
И тут он понял! Огры в общем-то умом не блещут, но Эхс был не чистокровным огром, а наполовину человеком, поэтому в размышлениях упорно шел к своей цели и, действительно, иногда кое до чего додумывался. Это не его талант проявился, а подушкин? Подушка, скорее всего, попалась волшебная, живая, а он не обратил на это внимания и вместе с остальными приволок ее в пивнушку! Значит, выбросить ее — и вся недолга.
Невдалеке показался его дом. Позабыв о своих горестях, Эхс втянул носом воздух и почуял восхитительный аромат. Алый бульон! Это кушанье папа Загремел начинал готовить, когда вспоминал, что он все-таки огр. Загремел получился огром тоже только наполовину, потому что огр Хруст, его отец и дедушка Эхса, в свое время взял в жены актрису из племени донных прокляторов, то есть матушка Загремела огрессой не была. Но иногда Загремел входил в полную огрью силу, и тогда его от чистокровного огра нельзя было отличить — он вдруг становился настоящим великаном, так что человечьи брюки жалким лоскутком слетали с него. Но жене его Танди, по происхождению нимфе, супруг больше нравился в облике человека, поэтому Загремел старался сдерживать огрий размах.
Эхс лишен был способности по собственной воле превращаться в огра, но стоило ему разгневаться, и тут же нечто похожее на огрью силу проявлялось и в нем. Сила накатывала и тут же откатывала, но для нее долгий срок и не требовался: один полновесный удар огрейной руки мог разбить в щепки ствол железной балки, одного из самых крепких ксанфских деревьев. Эхс был недотепой, но когда надо, мог вдруг стать умным и сообразительным. В такие минуты в нем просыпалась остроумная бабушка из рода донных прокляторов. Поскольку в обоих родителях Эхса текла и человеческая кровь, он тоже большую часть времени оставался человеком. И с довольно заурядной внешностью. Глаза у него были серые, а волосы то ли русые, то ли.., в общем, неопределенного цвета. Эхс часто мечтал о том, как бы он жил, если бы все сложилось иначе, но жизнь шла своим чередом и, как видно, не готовила для Эхса ничего особенного.
Ну и незачем тужить. Папа сварил отличный бульончик!
***
Через два дня Эхсу стало так грустно, что он рискнул вернуться к пивному дереву. Он вошел и рассмотрел подушки. Все выглядели вполне невинно. «Какая же из них живая?» — озадаченно гадал он, но ответа не было.
И тогда он схватил в охапку всю кучу, отнес под куст и бросил там. Потом набрал новых и втащил в пивнушку.
Помедлив, он все-таки сел на подушки. Живая подушка язвительно назвала его толстым, но он вовсе не был толстым. Сейчас бы он нашел, что ответить этой нахалке, да поздно. Вот так всегда: пока вынимаешь ответ из кармана, отвечать уже некому. Увы, тугодумство тоже было наследственным — нимфы и огры не очень сообразительны.
Захотелось есть. Эхс пошарил кругом и отыскал кусок пирога, который сам запрятал в пивнушке какое-то время назад. Пирог был сделан из ленивого теста. Вкусными такие пироги становятся не сразу, а только через неделю, через две после приготовления, когда окончательно облениваются, то есть становятся необыкновенно мягкими, даже рыхлыми. Прошло уже три недели, то есть пирог замечательно успел облениться.
Эхс поднес лакомство ко рту и…
— Убери-ка свою восьмерню!
Это явно сказал пирог.
— Какую восьмерню? — уставился на кусок пирога Эхс.
— Ну не восьмерню, так семерню, шестерню…
— Пятерню? — невольно подсказал Эхс.
— Ну да, пятерню, — согласился пирог, — Ты чего сделать удумал, огрий сын?
«Огрий сын», — мысленно повторил Эхс. Выражение ему понравилось. Только потом он сообразил, что пирог-то наверняка не похвалить его хотел, а оскорбить.
— Я просто хотел переку…
— Чтобы больше никаких «переку», понял?
— Но я же…
— А ты полюбопытствуй, нравится ли пирогу, когда им перекусывают! Ну хорошо, урыльник, ступай с миром, а я хочу отдохнуть.
— Слушай, лепешка, а ведь это мое дерево! — начал вскипать Эхс. — Я тут только что одну говорливую подушечку пристроил, могу и тебе дорожку указать, пирожина!
Эхс схватил пирог, распахнул дверцу и швырнул. Ленивец покатился колесом и исчез в лесных зарослях, а Эхс прилег на подушки, собираясь вздремнуть.
На дворе было не очень жарко. Огры как раз такую погоду любят, прохладную, но Эхс предпочитал тепло. Он отыскал старое ветхое одеяло, принесенное сюда на случай холодной погоды, и укрылся.
Но одеяло вдруг скрутилось в жгут и обвилось вокруг его ног.
— Ты чего! — крикнул Эхс.
— Сам чего, чурбан! — перекривило одеяло. Да, посреди ветхой тряпицы вдруг образовался рот.
И тут взыграла огрья сила; Эхс дернул ногами — и одеяло с треском разлетелось в стороны.
Но оно тут же в виде тумана поднялось в воздух и закачалось перед Эхсом.
— Ну, тачка навозная, сейчас я тебе задам! — пригрозил рот.
Но огр уже поднялся в Эхсе во весь рост. Он схватил одеяло обеими руками: «А вот мы сейчас поглядим, дырка на дырке, кто кого!» — и разорвал одеяло в клочки.
Клочки растворились. И снова образовалось облако тумана. Через секунду облако сгустилось, так что получилась.., какая-то демонесса.
— А на вид ты слабее! Правда, надолго ли твоих силенок хватит, козявкин ум?
— Чей ум?
— Козявкин, букашкин, таракашкин…
— У меня бабушкин.
— Хоть и дедушкин. Ну что, сдаешься?
— Подушка.., пирог, — вдруг осенило Эхса. — Так это ты была?! В их обличий?!
— Конечно я, умник, — насмешливо сказала демонесса. — Таким образом я пыталась ласково указать тебе на дверь. Но, как видно, хорошими манерами букашек не проймешь. Придется скрутить тебя в бараний рог и скормить дракону.
У подушки и пирога рук не было, а у демонессы были, и она угрожающе протянула их к Эхсу.
— А.., драконы бараньих рогов не едят, — пролепетал он и понял, что испугался. О демонах и демонессах в Ксанфе никто слова хорошего сказать не мог. Наделенные нечеловеческой силой, но при этом абсолютно бессовестные, они вдобавок умели проходить сквозь стены. Если бы Эхс знал, что здесь демонесса, ни за что бы в спор не вступил. Но теперь уже поздно.
— Ничего, я уговорю какого-нибудь, — мрачно произнесла демонесса. — Может, это мне зачтется как благородный поступок.
Она обхватила пальцами его шею и сжала.
Но от этого огрья сила только сильнее взыграла в Эхсе. Это огрье исконное право — скручивать в бараний рог. Эхс схватил демонессу за руки и попытался их разжать.
— Кто ты? — сдавленно спросил он.
— Я — демонесса Метрия, — ответила она и превратилась в туман. Руки демонессы, пусть и туманные, Эхсу разжать не удалось. Он по-прежнему чувствовал их у себя на торле. — Сокращенно — ДеМетрия. А ты кто?
Эхс снова схватил ее за руки и снова попытался их от себя оторвать.
— Я Эхсил, огр, и тебе не удастся меня задушить.
— Ошибаешься, смертный, — сказала демонесса.
Она возникла из тумана, потом исчезла и опять появилась… Теперь в руках она держала веревку, которую и накинула Эхсу на шею. — Не подчинишься, задушу.
— Э нет… — едва выговорил Эхс.
— Нет? — удивилась демонесса. Пожалуй, настало ее время удивляться. Эхс почувствовал, что веревочная петля ослабла.
Эхс сжал кулак и ударил демонессу в лицо. Ударил он сильно, но голова демонессы просто отклонилась и тут же вернулась на место, словно и не голова, а шарик на пружинке. Но вид у демонессы остался растерянный.
— Нет, — повторил Эхс. — Я против.
— А и верно, — вдруг сказала демонесса. — Не имеет смысла тебя убивать. Оттащить подальше твой труп я не смогу, а со временем от него такая вонь пойдет, что в округе начнется мор.
Веревка превратилась в дым, а дым всосался в ладони демонессы.
— Сейчас я тебя отсюда вышвырну! — грозно пообещал Эхс. Огрья сила в нем еще не поблекла.
— Ну-ка попробуй, обыкновенское отродье.
Обыкновенское отродье? Вот это уже настоящее оскорбление. Тут уж огр просто не может не отомстить.
— Ну держись, демоница!
Он сжал ее за талию и хотел уже сбить с ног, но вдруг остановился. Обнаженное и пышное женское тело тесно прижималось к нему… Раньше, отвлеченный оскорбительными словами и действиями демонессы, он ничего этого не замечал. Но сейчас какое-то новое чувство проникло в него.
— Вот ты, оказывается, какой ласковый, — улыбнулась демонесса. — Давай-ка я помогу тебе раздеться…
— Ступай вон отсюда! — опомнившись, гневно крикнул Эхс.
— И не подумаю, малыш. Я отыскала это местечко, и оно мое.
— Нет, это я сделал, и дерево мое!
— Ты, сделал пивное дерево? — удивленно подняла брови демонесса.
— В нем летом гостил дух, а потом я стал гостем.
И дерево согласилось. Это дерево мое.
— Что ж, хорошее дерево, гостеприимное, но теперь тут буду жить я.
— Э нет.
Демонесса окинула его изучающим взглядом.
— А, поняла, это у тебя такой магический талант! Ты произносишь «нет», и твой противник сразу идет на попятную. Именно поэтому я собираюсь что-то сделать и тут же передумываю?
— Именно поэтому.
Магический талант Эхса был не самого высокого класса, и все же, когда требовалось, отлично служил ему.
— Ну, тогда я не буду впустую тратить силы. И все же я готова поклясться, что твое «нет» вовсе не так всесильно. Допустим, с каждой моей проделкой в отдельности ты справиться можешь, а вот над моим коварством и хитростью, из которых эти проделки рождаются, ты не властен. Угадала?
— Угадала, — не смог не согласиться Эхс.
Демонесса и в самом деле была чертовски сообразительна. Уж кого-кого, а огров-тугодумов наверняка не было среди ее предков.
— Ну что ж, будем искать способ сделать так, чтобы ты захотел отсюда убраться, — продолжала демонесса. — Я не в силах причинить тебе вред напрямую, а ты не в силах справиться со мной, значит, на сегодня мы равны.
— И чего тебе не жилось на прежнем месте? — невесело вздохнул Эхс.
— Потому что там, откуда я ушла, жить становится невозможно, — ответила Метрия. — Из-за жужузуммеров.
— Кого? — не понял Эхс.
— Не все ли равно. Смертные их редко когда слышат, а вот демонов они сводят с ума. Недавно жужу зуммеры появились в долине копуш, и мы никак не можем их извести. И я решила, что с меня хватит. Вот и отыскала себе местечко, где меня никто не побеспокоит.
— Но я раньше тебя отыскал это местечко, где меня никто не побеспокоит, — возразил Эхс.
— Ой ли.
— Что ты сказала?
— Это я по-обыкновенски сказала: «Оставь мечты, парнишка».
— А кто такая Оля?
Демонесса рассмеялась, заколыхавшись всем телом.
— Слушай, юнец, а может, вместе здесь поселимся? Возможно, даже полюбим друг друга. Иди сюда, я дам тебе урок демонического секса.
И она стала приближаться к Эхсу.
— Нет! — завопил огр.
Демонесса остановилась.
— Ну вот, опять ты со своей магией! — разочарованно произнесла она. — А я на этот раз не хотела сделать тебе ничего плохого. Я ведь способна на невероятную любовь. Вот сейчас увидишь.
— Нет.
Теперь он боялся демонессы и в то же время стыдился, что боится. И пугало его не то, что, воспользовавшись предлогом, демонесса приблизится к нему и уничтожит. Она приблизится и «покажет свою невероятную любовь», и это ему понравится — вот чего он на самом деле боялся. Лучше держаться подальше и от демонской ненависти, и от демонской любви.
— Тебе сколько лет, Эхс? — полюбопытствовала Метрия.
— Шестнадцать.
— А мне сто шестнадцать, но разве это преграда? С точки зрения смертных, ты уже не дитя, а я с точки зрения бессмертных совсем еще не старуха.
Давай я куплю у тебя эту берлогу и расплачусь щедро! Я тебя всему обучу, так что когда повстречаешь смертную девушку, не будешь чувствовать себя недотепой.
Эхс бочком протиснулся к двери, но потом стремительно выскочил и что было духу побежал от пивнушки. И только когда оказался достаточно далеко, понял, что не идет, а бежит. Почему? Может, из-за того, что он ждал от демонессы какого-то нового, уж вовсе невероятного подвоха? Или опасался ее любви? Неужели ее любовь и впрямь так опасна? Ответить наверняка Эхс не мог.
А может, посоветоваться с родителями? Но тогда надо будет рассказать и о пивном дереве, а это уж слишком. Да к тому же вряд ли родители поймут его. Нимфа Танди не любила об этом вспоминать, но Эхс знал, что когда-то какой-то демон явился юной Танди и страшно испугал ее. Новость, что и к ее сыну пристала демонесса, наверняка приведет ее в ужас. А от всяких неприятностей мама-нимфа обычно вспыхивает, а это довольно болезненно для окружающих. Правда, папа-огр любит эти вспыхи.
Они ему напоминают огрьи оплеухи, хотя вспыхи гораздо слабее; ими нельзя, допустим, выкорчевать дерево или создать на камне изящный рисунок из трещин.
В общем, Эхс промолчал. Может, Метрии надоест спорить и она уйдет? Ведь демоны создания непостоянные.
***
Через несколько дней Эхс снова рискнул приблизиться к пивнушке. Он отворил дверцу и с опаской зашел вовнутрь. Как будто все спокойно.
Но он знал, что демонесса может спрятаться где угодно. Только время покажет, действительно ли она ушла.
Он сел на подушки — и не услыхал никаких возражений. Он встряхнул одеяло — и оно не завопило. Он нашел кусок ленивого пирога и съел его, без всякого ропота. И тогда он начал надеяться.
А потом Эхсилу стало скучно. С демонессой что угодно можно было испытать, но только не скуку. С ней было интересно, потому что она то и дело преподносила сюрпризы, и всякий раз новые. Не слишком ли поспешно он отверг ее дары? Ведь с ней он и в самом деле мог пережить нечто невероятное.
Эхс решил сыграть в камешки. Когда-то игра в разноцветные камешки помогала ему развлечься, когда становилось скучно. Их надо по одному вытаскивать из мешочка и складывать на полу в виде узора. Каждый извлеченный камешек должен вызвать своего товарища — одного с ним цвета. Каждый цвет боролся за свое направление узора. Иногда Красные начинали теснить Белых, а потом вдруг Белые оказывались на коне. В борьбу вступали также Синие, Зеленые, Серые. Иногда цвета заключали временные союзы между собой, от чего узор, изгибаясь то в одну, то в другую сторону, становился все более сложным. Эхс с азартом играл в эту игру.
И вот он вытащил первый камешек. Тот оказался непроглядно черным, словно его окунули в ваксу. Эхс положил его на пол. Игра началась.
— Ты что сделал, шарабан! — пискнул вдруг черный.
Эхс схватил камешек, бросил в мешок и потуже затянул веревку, но было уже поздно. Дымок воскурился из мешка — и Метрия возникла перед ним.

Ксанф - 10. Долина прокопиев - Энтони Пирс => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Ксанф - 10. Долина прокопиев на этом сайте нельзя.