А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице выложена электронная книга Странные люди автора, которого зовут Шукшин Василий Макарович. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Странные люди или читать онлайн книгу Шукшин Василий Макарович - Странные люди без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Странные люди равен 33 KB

Странные люди - Шукшин Василий Макарович => скачать бесплатно электронную книгу



Шукшин Василий
Странные люди
Василий Шукшин
Странные люди
Чудик
Рано утром Чудик шагал по селу с чемоданом.
- К брательнику, поближе к Москве! - отвечал он на вопрос, куда это он собрался.
- Далеко, Чудик?
- К брательнику, отдохнуть. Надо прошвырнуться.
При этом круглое мясистое лицо его, круглые глаза выражали в высшей степени плевое отношение к дальним дорогам - они его не пугали.
Но до брата было еще далеко.
Пока что он благополучно доехал до районного города, где предстояло ему взять билет и сесть в поезд.
Времени оставалось много. Чудик решил пока накупить подарков племяшам конфет, пряников...
Зашел в продовольственный магазин, пристроился в очередь. Впереди него стоял мужчина в шляпе, а впереди шляпы - полная женщина с крашеными губами. Женщина негромко, быстро, горячо говорила шляпе:
- Представляете, насколько надо быть грубым, бестактным человеком! У него склероз, хорошо, у него уже семь лет склероз, однако никто не предлагал ему уходить на пенсию.
А этот без году неделя руководит коллективом - и уже: "Может, вам, Александр Семеныч, лучше на пенсию?" Нах-хал!
Шляпа поддакивала:
- Да, да... Они такие теперь. Подумаешь - склероз! А Сумбатыч?.. Тоже последнее время текст не держал. А эта, как ее?..
Чудик уважал городских людей. Не всех, правда: хулиганов и продавцов не уважал. Побаивался.
Подошла его очередь. Он купил конфет, пряников, три плитки шоколада и отошел в сторонку, чтобы уложить все в чемодан. Раскрыл чемодан на полу, стал укладывать... Что-то глянул по полу-то, а у прилавка, где очередь, лежит в ногах у людей пятидесятирублевая бумажка. Этакая зеленая дурочка, лежит себе, никто ее не видит... Чудик даже задрожал от радости, глаза разгорелись. Второпях, чтобы его не опередил кто-нибудь, стал быстро соображать, как бы повеселее, поостроумнее сказать в очереди про бумажку.
- Хорошо живете, граждане! - сказал громко и весело.
На него оглянулись.
- У нас, например, такими бумажками не швыряются.
Тут все немного поволновались. Это ведь не тройка, не пятерка - пятьдесят рублей, полмесяца работать надо. А хозяина бумажки - нет.
"Наверно, тот, в шляпе", - сказал сам себе Чудик.
Решили положить бумажку на видное место, на прилавке.
- Сейчас прибежит кто-нибудь, - сказала продавщица.
Чудик вышел из магазина в приятнейшем расположении духа. Все думал, как это у него легко, весело получилось:
"У нас, например, такими бумажками не швыряются!"
Вдруг его точно жаром всего обдало: он вспомнил, что точно такую бумажку и еще двадцатипятирублевую ему дали в сберкассе дома. Двадцатипятирублевую он сейчас разменял, пятидесятирублевая должна быть в кармане... Сунулся в карман - нету. Туда-сюда - нету.
- Моя была бумажка-то! - громко сказал Чудик. - Мать твою так-то!.. Моя бумажка-то! Зараза ты, зараза...
Под сердцем даже как-то зазвенело от горя. Первый порыв был пойти и сказать:
- Граждане, моя бумажка-то. Я их две получил в сберкассе: одну двадцатипятирублевую, другую полусотенную. Одну, двадцатипятирублевую, сейчас разменял, а другой - нету.
Но только он представил, как он огорошит всех этим своим заявлением, как подумают многие: "Конечно, раз хозяина не нашлось, он и решил прикарманить". Нет, не пересилить себя - не протянуть руку за этой проклятой бумажкой. Могут еще и не отдать...
- Да почему же я такой есть-то? - горько рассуждал Чудик. - Что теперь делать?..
Надо было возвращаться домой.
Подошел к магазину, хотел хоть издали посмотреть на бумажку, постоял у входа... и не вошел. Совсем больно станет. Сердце может не выдержать.
...Ехал в автобусе и негромко ругался - набирался духу: предстояло объяснение с женой.
- Это... я деньги потерял. - При этом курносый нос его побелел. Пятьдесят рублей.
У жены отвалилась челюсть. Она заморгала; на лице появилось просительное выражение: может, он шутит? Да нет, эта лысая скважина (Чудик был не по-деревенски лыс) не посмела бы так шутить. Она глупо спросила:
- Где?
Тут он невольно хмыкнул.
- Когда теряют, то, как правило...
- Ну, не-ет!! - взревела жена. - Ухмыляться ты теперь до-олго не будешь! И побежала за ухватом. - Месяцев девять, скважина!
Чудик схватил с кровати подушку - отражать удары.
Они закружились по комнате...
- Нна! Чудик!..
- Подушку-то мараешь! Самой стирать...
- Выстираю! Выстираю, лысан! А два ребра мои будут! Мои! Мои! Мои!..
- По рукам, дура!..
- Отт-теньки-коротеньки!.. От-теньки-лысанчики!..
- По рукам, чучело! Я же к брату не попаду и на бюллетень сяду! Тебе же хуже!..
- Садись!
- Тебе же хуже!
- Пускай!
- Ой!..
- Ну, будет!
- Не-ет, дай я натешусь. Дай мне душеньку отвести, скважина ты лысая...
- Ну, будет тебе!..
Жена бросила ухват, села на табурет и заплакала.
- Берегла, берегла... по копеечке откладывала... Скважина ты, скважина!.. Подавиться бы тебе этими деньгами.
- Спасибо на добром слове, - "ядовито" прошептал Чудик.
- Где был-то - может, вспомнишь? Может, заходил куда?
- Никуда не заходил...
- Может, пиво в чайной пил с алкоголиками?.. Вспомни. Может, выронил на пол?.. Бежи, они пока ишо отдадут...
- Да не заходил я в чайную!
- Да где же ты их потерять-то мог?
Чудик мрачно смотрел в пол.
- Ну выпьешь ты теперь читушечку после бани, выпьешь... Вон - сырую водичку из колодца!
- Нужна она мне, твоя читушечка. Без нее обойдусь...
- Ты у меня худой будешь!
- К брату-то я поеду?
Сняли с книжки еще пятьдесят рублей.
Чудик, убитый своим ничтожеством, которое ему разъяснила жена, ехал в поезде. Но постепенно горечь проходила.
Мелькали за окном леса, перелески, деревеньки... Входили и выходили разные люди, рассказывались разные истории...
Чудик тоже одну рассказал какому-то интеллигентному товарищу, когда стояли в тамбуре, курили.
- У нас в соседней деревне один дурак тоже... Схватил головешку - и за матерью. Пьяный. Она бежит от него и кричит: "Руки, кричит, руки-то не обожги, сынок!" О нем же и заботится. А он прет, пьяная харя. На мать. Представляете, каким надо быть грубым, бестактным...
- Сами придумали? - строго спросил интеллигентный товарищ, глядя на Чудика поверх очков.
- Зачем? - не понял тот. - У нас, за рекой, деревня Раменское...
Интеллигентный товарищ отвернулся к окну и больше не говорил.
После поезда Чудику надо было еще лететь местным самолетом. Он когда-то летал разок. Давно. Садился в самолет не без робости.
- В нем ничего не испортится? - спросил стюардессу.
- Что в нем испортится?
- Мало ли... Тут, наверно, тьпц пять разных болтиков. Сорвется у одного резьба - и с приветом. Сколько обычно собирают от человека? Килограмма два-три?..
- Не болтайте. Взлетели.
Рядом с Чудиком сидел толстый гражданин с газетой. Чудик попытался говорить с ним.
- А завтрак зажилили, - сказал он.
- Мм?
- В самолетах же кормят.
Толстый промолчал на это.
Чудик стал смотреть вниз.
Горы облаков внизу.
- Вот интересно, - снова заговорил Чудик, - под нами километров пять, так? А я - хоть бы хны. Не удивляюсь. И счас в уме отмерял от своего дома пять километров, поставил на попа - это ж до пасеки будет!
Самолет тряхнуло.
- Вот человек!.. Придумал же, - еще сказал он соседу. Тот посмотрел на него, опять ничего не сказал, зашуршал газетой.
- Пристегнитесь ремнями! - сказала миловидная молодая женщина. - Идем на посадку.
Чудик послушно застегнул ремень. А сосед - ноль внимания. Чудик осторожно тронул его:
- Велят ремень застегнуть.
- Ничего, - сказал сосед. Отложил газету, откинулся на спинку сиденья и сказал, словно вспоминая что-то: - Дети - цветы жизни, их надо сажать головками вниз.
- Как это? - не понял Чудик.
Читатель громко рассмеялся и больше не стал говорить.
Быстро стали снижаться.
Вот уже земля - рукой подать, стремительно летит назад. А толчка все нет. Как потом объяснили знающие люди, летчик "промазал".
Наконец - толчок, и всех начинает так швырять, что послышался зубовный стук и скрежет. Этот читатель с газетой сорвался с места, боднул Чудика большой головой, потом приложился к иллюминатору, потом очутился на полу. За все это время он не издал ни одного звука. И все вокруг тоже молчали - это поразило Чудика. Он тоже молчал.
Стали.
Первые, кто опомнился, глянули в иллюминаторы и обнаружили, что самолет на картофельном поле. Из пилотской кабины вышел мрачноватый летчик и пошел к выходу. Кто-то осторожно спросил его:
- Мы, кажется, в картошку сели?
- Что вы, сами не видите, - ответил летчик.
Страх схлынул, и наиболее веселые уже пробовали робко острить.
Лысый читатель искал свою искусственную челюсть. Чудик отстегнул ремень и тоже стал искать.
- Эта?! - радостно воскликнул он. И подал.
У читателя даже нос побагровел.
- Почему обязательно надо руками хватать? - закричал он шепеляво.
Чудик растерялся.
- А чем же?..
- Где я ее кипятить буду?! Где?!
Чудик этого тоже не знал.
- Поедемте со мной? - предложил он. - У меня тут брат живет. Вы опасаетесь, что я туда микробов занес? У меня их нету.
Читатель удивленно посмотрел на Чудика и перестал кричать.
...В аэропорту Чудик написал телеграмму жене:
"Приземлились. Ветка сирени упала на грудь, милая Груша, меня не забудь. Васятка".
Телеграфистка, строгая, сухая женщина, прочитав телеграмму, предложила:
- Составьте иначе. Вы - взрослый человек, не в детсаде.
- Почему? - спросил Чудик. - Я ей всегда так пишу в письмах. Это же моя жена!.. Вы, наверно, подумали...
- В письмах можете писать что угодно, а телеграмма - это вид связи. Это открытый текст.
Чудик переписал:
"Приземлились. Все порядке. Васятка".
Телеграфистка сама исправила два слова: "Приземлились" и "Васятка". Стало: "Прилетели, Василий".
- "Приземлились"... Вы что, космонавт, что ли?
- Ну ладно, - сказал Чудик. - Пусть так будет.
...Знал Чудик, есть у него брат Дмитрий, трое племянников... О том, что должна быть еще сноха, - как-то не думалось; Он никогда не видел ее. А именно она-то, сноха, все испортила, весь отпуск. Она почему-то сразу невзлюбила Чудика.
Выпили вечером с братом, и Чудик запел дрожащим голосом:
Тополя-а-а, тополя-а-а...
Софья Ивановна, сноха, выглянула из другой комнаты, спросила зло:
- А можно не орать? Вы же не на вокзале, верно? - И хлопнула дверью.
Брату Дмитрию стало неловко.
- Это... там ребятишки спят. Вообще-то она хорошая.
Еще выпили. Стали вспоминать молодость, мать, отца...
- А помнишь? - радостно спрашивал брат Дмитрий. - Хотя кого ты там помнишь! Грудной был. Меня оставят с тобой, а я тебя зацеловывал. Один раз ты посинел даже. Попадало мне за это. Потом уж не стали оставлять. И все равно: только отвернутся - я около тебя: опять целую. Черт знает, что за привычка была. У самого-то еще сопли по колена, а уж... это... с поцелуями...
- А помнишь?! - тоже вспоминал Чудик. - Как ты меня...
- Вы прекратите орать? - опять спросила Софья Ивановна, совсем зло, нервно. - Кому нужно слушать эти ваши разные сопли да поцелуи? Туда же разговаривать.
- Пойдем на улицу, - сказал Чудик.
Вышли на улицу, сели на крылечке.
- А помнишь?.. - продолжал Чудик.
Но тут с братом Дмитрием что-то случилось: он заплакал и стал колотить кулаком по колену.
- Вот она, моя жизнь! Видел? Сколько злости в человеке! Сколько злости!
Чудик стал успокаивать брата:
- Брось, не расстраивайся. Не надо. Никакие они не злые, они - психи. У меня такая же.
- Ну чего вот невзлюбила?!! За што? Ведь она невзлюбила тебя... А за што?
Тут только понял Чудик, что - да, невзлюбила его сноха. А за что, действительно?
- А вот за то, што ты - никакой не ответственный, не руководитель. Знаю я ее, дуру. Помешалась на своих ответственных. А сама-то кто! Буфетчица в управлении, шишка на ровном месте. Насмотрится там и начинает... Она и меня-то тоже ненавидит - что я не ответственный, из деревни.
- В каком управлении-то?
- В этом... горно... Не выговорить сейчас. А зачем выходить было? Што она, не знала, што ли?
Тут и Чудика задело за живое.
- А в чем дело вообще-то? - громко спросил он, не брата, кого-то еще. - Да если хотите знать, почти все знаменитые люди вышли из деревни. Как в черной рамке, так, смотришь, - выходец из деревни. Надо газеты читать!.. Што ни фигура, понимаешь, - так выходец, рано пошел работать.
- А сколько я ей доказывал: в деревне-то люди лучше, не заносистые.
- А Степана-то Воробьева помнишь? Ты ж знал его...
- Знал, как же.
- Уж там куда деревня! А - пожалуйста: Герой Советского Союза. Девять танков уничтожил. На таран шел. Матери его теперь пожизненно пенсию будут шестьдесят рублей платить. А разузнали только недавно, считали - без вести...
- А Максимов Илья!.. Мы ж вместе уходили. Пожалуйста, - кавалер Славы трех степеней. Но про Степана ей не говори... Не надо.
- Ладно. А этот-то!..
Долго еще шумели возбужденные братья. Чудик даже ходил около крыльца и размахивал руками.
- Деревня, видите ли!.. Да там один воздух чего стоит! Утром окно откроешь - как, скажи, обмоет тебя всего. Хоть пей его - до того свежий да запашистый, травами разными пахнет, цветами разными...
Потом они устали.
- Крышу-то перекрыл? - спросил старший брат негромко.
- Перекрыл. - Чудик тоже тихо вздохнул. - Веранду подстроил - любо глядеть. Выйдешь вечером на веранду... начинаешь фантазировать: вот бы мать с отцом были бы живые, ты бы с ребятишками приехал - сидели бы все на веранде, чай бы с малиной попивали. Малины нынче уродилось пропасть. Ты, Дмитрий, не ругайся с ней, а то она хуже невзлюбит... А я как-нибудь поласковей буду, она, глядишь, отойдет.
- А ведь сама из деревни! - как-то тихо и грустно изумился Дмитрий. - А вот... Детей замучила, дура: одного на пианинах замучила, другую в фигурное катание записала. Сердце кровью обливается, а - не скажи, сразу ругань.
- Мых!.. - чего-то опять возбудился Чудик. - Никак не понимаю эти газеты: вот, мол, она такая работает в магазине - грубая. Эх, вы!.. А она домой придет - такая же. Вот где горе-то! И я не понимаю! - Чудик тоже стукнул кулаком по колену. - Не понимаю: зачем они стали злые?
Когда утром Чудик проснулся, никого в квартире не было: брат Дмитрий ушел на работу, сноха тоже, дети - постарше играли во дворе, маленького отнесли в ясли.
Чудик прибрал постель, умылся и стал думать, что бы такое приятное сделать снохе.
Тут на глаза ему попалась детская коляска. "Эге! - воскликнул Чудик. Разрисую-ка я ее!" Он дома так разрисовал печь, что все удивились. Нашел ребячьи краски, кисточку и принялся за дело. Через час все было кончено коляску не узнать. По верху колясочки Чудик пустил журавликов - стайку уголком понизу, - цветочки разные, травку-муравку, пару петушков, цыпляток... Осмотрел коляску со всех сторон - загляденье. Не колясочка, а игрушка. Представил, как будет приятно изумлена сноха, усмехнулся.
- А ты говоришь - деревня. Чудачка. - Он хотел мира со снохой. Ребенок-то как в корзиночке будет.
Весь день Чудик ходил по городу, глазел на храмы, подолгу торчал у витрин. Купил катер племяннику; хорошенький такой катерок, белый, с лампочкой. "И его тоже разрисую", - подумал.
Походил еще, поглядел, попил воды из автоматов... И присел отдохнуть на скамейку в парке. Только присел, слышит:
- Молодой человек... простите, пожалуйста. - Подошла красивая молодая женщина с портфелем. - Разрешите я займу минутку вашего времени?
- Зачем? - спросил Чудик.
Женщина присела на скамейку:
- Мы в этом городе находимся в киноэкспедиции...
- Кино фотографируете?
- Да. И нам для эпизода нужен человек. Вот такого... вашего типа.
- А какой у меня тип?
- Ну... простой... Понимаете, нам нужен простой сельский парень, который в первый раз приезжает в город.
- Так, понимаю.
- Вы где работаете?
- Я приезжий... к брату приехал...
- А когда уезжаете?
- Не знаю пока. Я отдохнуть приехал.
- Мм... А у себя... в селе, да?.. В селе живете?
- Да.
- У себя в селе где работаете?
- Трактористом.
- Нам нужно, чтобы вы по крайней мере недели две здесь побыли. Есть такая возможность?
- Есть.
- Я хочу показать вас режиссеру... для... как вам попроще: чтобы убедиться, в том ли мы направлении ищем. Вы не возражаете? Это рядом, в гостинице.
- Пошли.
По дороге Чудик узнал, какие знаменитые артисты будут играть, сколько им платят...
- А этот тип - зачем приезжает в город?
- Ну, знаете, искать свою судьбу. Это, знаете, из тех, которые за длинным рублем гоняются.
- Интересно, - сказал Чудик. - Между прочим, мне бы сейчас длинный рубль не помешал: домишко к осени хочу перебрать. У вас всем хорошо платят?
Женщина засмеялась.
- Вы несколько рановато об этом.
Режиссер, худощавый мужчина лет за пятьдесят, с живыми, умными глазами, очень приветливо встретил Чудика. Пристально, быстро оглядел его, усадил в кресло.
Женщина вышла.
- Как вас зовут?
- Вася, - Чудик встал.
- Сидите, сидите. Я тоже сяду. - Режиссер сел напротив. Весело смотрел на Чудика. - Тракторист?
- Да нет, просто в колхозе...
- Любите кино?
- Ничего. Редко, правда, бывать приходится...
- Что так?
- Да ведь... летом почесть все время в бригаде, а зимой на кубы уезжаем.
- Это что такое?
- На лесозаготовки.
- Так, так... Вот какое дело, Василий: есть у нас в фильме эпизод: в город из деревни приезжает парень. Приезжает в поисках лучшей судьбы. Находит знакомых. А знакомство такое... шапочное: городская семья выезжала летом отдохнуть в деревню, жила в его доме. Это понятно?
- Понятно.
- Отлично. Дальше: городская семья недовольна приездом парня - лишняя волокита, неудобства... и так далее. Парень неглупый, догадывается об этом, вообще начинает понимать, что городская судьба - дело нелегкое. Это его, так сказать, первые шаги. Ясно?

Странные люди - Шукшин Василий Макарович => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Странные люди на этом сайте нельзя.