А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Келлер Готфрид

Отряд семерых отважных


 

На этой странице выложена электронная книга Отряд семерых отважных автора, которого зовут Келлер Готфрид. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Отряд семерых отважных или читать онлайн книгу Келлер Готфрид - Отряд семерых отважных без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Отряд семерых отважных равен 57.4 KB

Отряд семерых отважных - Келлер Готфрид => скачать бесплатно электронную книгу



из сборника "цюрихские новеллы"
перевод И.Алексеевой и М.Кореневой

Господин Хедигер, портновских дел мастер из Цюриха, достиг уже того почтенного возраста, когда честный труженик может позволить себе отдохнуть часок-другой после обеда. Вот почему в этот погожий мартовский денек он не пошел в обитель своего ремесла, а направился в обитель духа, небольшую комнатку, которую уже давно оборудовал для себя. С удовольствием уединился он в своем холодном пристанище — ведь ни старая трудовая закваска, ни нынешние доходы не позволяли ему тратиться зимой на отопление комнаты, предназначенной всего лишь для чтения. И это в те времена, когда можно было встретить портного, который выезжает на охоту и день-деньской торчит в седле,— вот как тесно сплетаются противоречия культуры.
А на мастера Хедигера в его опрятной каморке стоило полюбоваться. Он походил скорее на американского фермера, нежели на портного: крупное значительное лицо в обрамлении пышных бакенбардов, озаренное мыслью, с высоким лбом, плавно переходящим в лысину, которая подчеркивала очертания мощного черепа, склонилось над газетой «Швейцарский республиканец», читая передовую статью с видом строгого критика. По меньшей мере двадцать пять томов подобных «Республиканцев» в добротных переплетах стояли за стеклом в маленьком шкафу орехового дерева, и не было в них ничего такого, что бы за эти двадцать пять лет не пережил сам Хедигер, в чем бы он лично не принимал самого деятельного участия. Еще в том шкафу стоял Роттек, «История Швейцарии» Иогана Мюллера, хранилось с десяток политических брошюр и все в таком же роде. Географический атлас и папочка, набитая карикатурами и памфлетами — свидетельства мятежных дней и кипучих страстей — лежали на самой нижней полке. Стену каморки украшали портреты Колумба, Цвингли, Гуттена, Вашингтона и Робеспьера — ведь хозяин был человеком серьезных взглядов и задним числом вполне одобрял времена террора. Кроме этих всемирно известных героев стену украшали и некоторые пере-
довые деятели Швейцарии, иные с собственноручными подписями — это были пространные изречения возвышенно-назидательного свойства, настоящие маленькие статьи. У книжного шкафа стояло начищенное ружье с коротким штыком, которое содержалось в полном порядке, и лежал патронташ, где всегда наготове хранилось тридцать боевых патронов. Охотничье ружье Хедигера было особого рода, ведь охотился-то он вовсе не на зайцев да куропаток, а на аристократов и иезуитов, на врагов народа и нарушителей конституционных прав. До сего дня его хранила счастливая звезда, и он не пролил ни капли крови, ибо случай пока не представился. И все же ему доводилось браться за оружие, даже не один раз, и он с оружием к руках спешил на площадь, в ту пору ведь часто затевались мятежи,— и потому ружье всегда должно было незыблемо стоять между кроватью и шкафом, «ибо,— любил повторять он,— никакое правительство и никакие батальоны не в силах будут защитить законность и свободу, коли гражданин отечества не может выйти па улицу и своими глазами посмотреть, что делается за порогом его дома!».
И вот в тот самый момент, когда бравый мастер погрузился в чтение статьи, то одобрительно кивая, то недовольно покачивая головой, в комнату вошел его младший сын Карл, молодой чиновник городской канцелярии.
— В чем дело? — ворчливо спросил отец — он не любил, когда без спросу входили в его комнату.
Мало надеясь на успех своей просьбы, Карл спросил, не даст ли ему отец на один вечер ружье и патронташ, так как он, дескать, сегодня должен быть на учебном плацу.
— И не проси, не будет тебе ружья! —отрезал Хедигер.
— Да отчего же, батюшка, ведь ему ничего не сделается! — робко и вместе с тем настойчиво продолжал сын; ружье ему нужно было раздобыть во что бы то ни стало, если он не хотел угодить под арест. Старик же громко повторил:
— Сказал — не дам, значит, не дам! Честное слово, приходится только удивляться настойчивости моих великовозрастных сыночков — ведь во всем остальном вы оказались до того ненастойчивы, что ни один из вас не стал заниматься тем ремеслом, которому я вас обучил
по вашему же выбору. Тебе хорошо известно, что трос твоих старших братьев, как только дело доходило до воинских учений, пытались заполучить ружье — но ни один не получил! А теперь еще и ты туда же! Ты хороню зарабатываешь, тебе не о ком пока беспокоиться вот и справь себе ружье, как подобает настоящему мужчине! А это ружье не сдвинется с места, покуда оно мне самому не понадобится!
— Да ведь оно мне и нужно-то будет всего несколько раз! Не покупать же мне пехотное ружье, коли я потом во фланкеры пойду,— я тогда заведу себе настоящий штуцер!
— Во фланкеры! Хорошенькое дельце! С чего это тебе понадобилось во фланкеры идти, ежели ты и ружья-то в руках не держал? В мои времена надо было извести немало пороху, прежде чем заикнуться о таком. А нынче все кому не лень во фланкеры лезут. Глядишь, уже и зеленый мундир напялили, а сами-то и вороны не подстрелят! Зато уж непременно сигары курят да глядят господами! А мне до этого и дела нет!
— Эх,— проговорил сын, чуть не плача,— ну пожа луйста, дайте, хоть на один-единственный разок; я завтра другое найду! А то сегодня уж никак не успеть!
— Я никогда не даю свое оружие тому, кто не умеет с ним обращаться,— возразил на это мастер Хе-дигер.— Вот если ты сможешь сейчас по всем правилам снять замок и разобрать его — то ладно уж, бери ружье, а нет — так стоять ему на месте!
Он отыскал в ящике отвертку, протянул ее сыну, потом выдал ему ружье. Тот, в полном отчаянии, решил таки попытать счастья и принялся отвинчивать замок. Отец с усмешкой наблюдал за его работой. Вскоре он не выдержал:
— Да не тычь ты отверткой куда ни попадя — так ведь и сломать можно! Отвинчивай потихоньку, каждый винтик, да не до конца, а сначала до половины, а потом уж и совсем — так легче пойдет! Ну, наконец-то!
И вот замок уже у Карла в руках, но он и пред ставления не имел, с какого боку к нему подступиться, и потому с тяжелым вздохом положил его на стол, воображая себя уже в карцере. А старый Хедигер тем временем, возгоревшись желанием преподать сыну урок, взял замок и принялся его разбирать, сопро вождая пространными пояснениями каждое свое дей ствие.
— Ну гляди,— сказал он,— сначала снимаем боевую пружину, посредством этого крючка — вот так; потом займемся стержневым винтом; его откручивают только до половины, он ударяет по стержневой пружине — и штифт выскакивает из гнезда; теперь можно винт открутить совсем. Затем стержневая пружина, винт ОТ нее и стержень. Ну а теперь черед винта от зуб-
чатки — и вот сама зубчатка; далее еще один винтик, он держит взвод; снимаем курок — и достаем взвод! Нот он! Дай-ка мне овечьего жиру, вон там, в шкафу. Я сейчас заодно немножко смажу винты!
Поименованные детали отец разложил на газетном листе, Карл усердно следил за его манипуляциями, С готовностью в нужный момент подсунул пузырек и «читал уже, что гроза миновала и все идет как по маслу. Но когда отец обтер и смазал все детали замка, то не стал их собирать, а ссыпал в крышку от коробочки и заявил:
— Ну вот, а вечером мы эту штуку снова соберем, теперь же дай мне газету дочитать!
Обманутый Карл, кипя яростью, вышел вон и бросился к матери излить свое горе. Он искренне чтил государственные власти, в ведении которых находился сейчас как рекрут. С тех пор как он окончил школу, его никогда не наказывали, да и там в последние годы он ничего предосудительного не совершал,— и вот теперь дело дойдет до высоких властей, и все из-за Того, что он понадеялся на отцовское ружье.
Мать ответила:
— А между прочим, отец прав! Каждый из вас срабатывает больше, чем он, и это только благодаря воспитанию, которое он вам дал, а вы мало того, что тратите все до последнего геллера на себя, еще и старика замучили своими приставаниями: то вам черный фрак подавай, то подзорную трубу, то готовальню, то бритву, да шляпу, да ружье, да саблю; он-то с вещами бережно обращается, а вы все подряд тащите, и все возвращаете испорченным. Можно подумать, что у вас круглый год голова только тем и занята, что бы такое еще у него выманить; а он ничего у вас ни разу не попросил, хотя вы ему обязаны и жизнью, и вообще всем. Ну так и быть, на сей раз я тебе помогу!
Она поднялась к мастеру Хедигеру и сказала: Дорогой муженек! Я совсем запамятовала: плотник Фриман велел передать, что Союз семи друзей
собирается сегодня, какие-то важные дела надо обсу дить, верно что-то политическое!
— Вот как? — тотчас же откликнулся он, приходя в приятное возбуждение, встал и принялся расхажи-вать по комнате.— Но странно мне, что Фриман сам не зашел, чтобы заранее предупредить меня и обо всем договориться.
Через несколько минут он поспешно оделся взял шляпу и удалился со словами:
— Жена, я ухожу, я должен выяснить, что там приключилось! К тому же я нынче всю весну и шагу за порог не ступил, а сегодня и погодка чудесная! Так что счастливо оставаться!
— Ну вот! Теперь раньше десяти он не явится! засмеялась госпожа Хедигер и велела Карлу взять ружье, наказала обращаться с ним бережно и вернуть вовремя.
— Да-а-а, взять,— жалобно протянул сын,-замок-то он разобрал, мне его теперь нипочем не со брать!
— Так я соберу! — воскликнула мать и пошла вме-сте с сыном в комнатку отца. Она вытряхнула из крыш ки детали, разложила винты и пружины и принялась очень ловко собирать их.
— Ну и чертовщина, и где вы только этому научи лись, маменька? — ошарашенно воскликнул Карл.
— А научилась я этому,— отвечала она,— в роди тельском доме. Отец и семеро моих братьев приучили меня чистить все их ружья да винтовки, когда со стрель. бища вернутся. Сколько раз я слезами обливалась зи этой работой, но в конце концов научилась разбираться во всей этой дребедени, как заправский оружейник. В деревне все меня только так и называли — оружей-ница, а руки и кончик носа у меня всегда были в саже, Братцы мои дострелялись до того, что ни синь пороха не осталось, счастье еще, что ко мне, бедной девушке, портной посватался да замуж взял.
С этими словами бывшая оружейница и впрямь зи кончила собирать замок и закрепила его на ложе. Карп повесил через плечо блестящий патронташ, взял ружье, во весь опор помчался на плац, и с горем пополам все-таки поспел вовремя. В седьмом часу он принес ружье назад и теперь уже сам дерзнул разобрать замок, а детали положил обратно в крышку от коробки и как следует перемешал их.
Потом он наскоро поужинал и уже в сумерках направился к пристани, взял лодку и поплыл по озеру Вдоль берега, пока не добрался до плотничьих мастерских, где обыкновенно работали плотники и каменотесы. Вечер был чудный: ласковый южный ветерок покрыл озеро легкой рябью, полная луна неярко освещала водные дали, а вблизи рассыпала на волнах тысячи сверкающих искр, в небе сияли звезды, склады кались в ясные созвездия; снежные горы, как бледные тени, заглядывали в озеро; но зато весь нелепый сумбур промышленной деятельности, вся бестолковая пошлость строений скрадывалась темнотой, а ровный лунный гнет сливал и укрупнял объемы — одним словом, природа достойно подготовила место действия.
Карл Хедигер быстро плыл вдоль берега и, добравшись, до плотничьих мастерских, остановил лодку, тихонько пропел несколько раз начало какой-то песенки, и потом неторопливо выгреб на середину озера. Молоденькая стройная барышня, сидевшая на бревнах, Поднялась, отвязала лодку, вскочила в нее, оттолкнулась от берега, потом развернула лодку и неторопливо двинулась вслед за певцом. Поравнявшись, молодые люди поздоровались, и вот лодки их бок о бок заскользили но серебряной глади все дальше на середину озера. Молодые, полные сил гребцы принялись кружить по озеру—девушка вела, а юноша слегка подправлял, и видно было, что парочка уже давно наловчилась
грести и вдвоем. Когда они оказались наконец там, где царили тишина и безлюдье, барышня положила весла и остановилась. Вернее сказать, положила она только одно весло, другое же, как бы играя, держала в воде, и не без причины: как только Карл, тоже остановив-шись, вознамерился совсем близко подплыть к ней,
прямо-таки взять ее лодку на абордаж, она сумела очень ловко оттолкнуть свое суденышко веслом. И этот маневр был, как видно, не нов, потому что довольно скоро молодой человек утихомирился и уже спокойно сидел своей лодке.
Тут принялись они болтать, и Карл сказал:
Милая моя Термина! Как мне хочется вспомнить
сейчас одну пословицу: то, чего мы жаждем в юности,
отмеривается нам в старости полной чашей,— только
Перетолкую я ее по-своему: в юности у меня была
полная чаша удовольствий, теперь, уже будучи в воз-расте,я жажду того же, но напрасно! Когда мне было
десять лет, а тебе семь, как часто мы тогда целовались! Теперь же, когда мне двадцать, я даже мизинчика твоего поцеловать не удостоился!
— Заруби себе на носу: не желаю я слушать эти бессовестные выдумки! — ответила девушка полушутя, полусерьезно.— Все это сказки и небылицы, что-то не припомню я таких нежностей!
— Увы, к несчастью! — воскликнул Карл.— Тем памятнее они для меня! А ведь именно ты была тогда заводилой, ты была соблазнительницей!
— Как тебе не совестно, Карл! — прервала его Термина, но он неумолимо продолжал:
— Нет, ты только вспомни, как часто, когда мы уставали помогать бедным детям собирать стружки в их жалкие корзинки, вертясь под ногами у столяров,— как часто строил я тогда, бывало, маленький домик за кучей бревен — там была настоящая крыша, дверь и скамеечка внутри. И когда мы закрывались в этом маленьком домике и садились на скамеечку, и я, утомленный, мог наконец-то передохнуть,— кто бросался мне на шею и осыпал меня бесчисленными поцелуями?
Едва он вымолвил это, как чуть не угодил в воду, ибо когда он за разговорами снова сделал попытку подплыть ближе, девушка вдруг так резко оттолкнула лодку, что чуть было не перевернула ее. Как звонко рассмеялась она, когда Карл, пытаясь сохранить равно весие, замочил рукав и принялся браниться!
— Ну погоди,— сказал он,— придет и твой час, тоже искупаешься!
— Ну это мы еще посмотрим! — возразила она,— прошу вас, не спешите так, сударь мой!
Потом она продолжала уже несколько серьезнее:
— Мой отец узнал все про нас; я особенно не отпи ралась; он и слышать ничего не желает, запретил нам и думать об этом. Вот такие у нас дела.
— И что же, ты собираешься кротко и покорно следовать папенькиной воле, как ты это сейчас мне хочешь представить?
— Так чтоб прямо пойти наперекор папеньке на это я никогда не соглашусь, а враждовать с ним тем более ни за что не осмелюсь. Сам знаешь, характер у него тяжелый, и на обиды он памятлив, а коли уж затаит обиду — она его долго потом гложет. И не хуже меня знаешь, что папенька мой, хоть он уж пять лет вдовцом живет, меня жалеючи, до сих пор так и не женился.
Л дочке не грех такое помнить! И уж коли зашла об этом речь, так я хочу сказать тебе, что не дело нам так часто видеться. Довольно того, что дети в душе своей идут против родительской воли, но если они вдобавок каждый день позволяют себе поступки, которых родители не потерпели бы, если бы знали о них,— это уж, по-моему, настоящая зловредность. И потому и решила, что мы будем теперь встречаться не каждый день, как раньше бывало, а только по одному разу в ме-сяц, а там — пройдет время — увидим.
— И сколько ж это времени ты ждать собираешься? Неужели мы вот так и будем сидеть сложа руки и ждать?!
— А почему бы и нет? Подумаешь, эко важное дело! Ведь, может статься, все у нас сладится, а может, и нет. Мир от этого не перевернется. А там, глядишь, мы и сами забудем друг друга — мы ведь еще вон какие молодые; стоит ли из-за этого драму строить?
Семнадцатилетняя красавица произнесла свою речь нарочито сухо и холодно и уже снова взялась за весла, направляя лодку к берегу. Карл от нее не отставал, он был озабочен, огорчен и вместе с тем раздосадован словами Термины. А она-то про себя даже немножко порадовалась, видя, как огорчился парень, которому, Низалось, все было нипочем,— но потом тоже погрустнела, задумавшись о предыдущем разговоре, и больше всего — о предстоящей разлуке, на которую она сама себя только что обрекла.
Тут-то Карл наконец и поймал ее врасплох и одним рынком вплотную подтянул к ней свою лодку. В мгно-ние ока он обхватил ее стройный стан и так крепко прижал к себе, что оба наполовину перевесились через борт,— утлые суденышки совсем накренились, готовые перевернуться от малейшего движения. Карл запечат-лел на устах Термины не то семь, не то восемь крепких поцелуев, а она, оказавшись в беспомощном положении, не могла отбиваться и поневоле должна была все стер-петь. Потом он усадил ее как следует, и лодка выпрямилась вместе с ней.
Термина откинула волосы с лица, схватила весла и,
трудом переводя дыхание, сердито и угрожающе крикнула ему со слезами на глазах:
Ну погоди, плут ты эдакий, доберусь я до тебя! будешь еще у меня под башмаком, ей-богу, я тебе покажу, что значит быть женатым!
С этими словами она направила лодку к берегу и, не оборачиваясь, быстро работая веслами, поплыла к берегу, где стоял дом и мастерские ее отца. А торжествующий Карл, переполненный счастьем, ликуя, крикнул ей вслед:
— Доброй ночи, фрейлейн Термина Фриман! Было очень сладко!
А между тем госпожа Хедигер, выпроваживая мужа из дому, ни в чем не покривила против истины. Новость, которую она ему сообщила, госпожа Хедигер припасла для какого-нибудь удобного случая, а тут случай как раз и представился. Собрание и впрямь было назначено, а собраться должны были семеро друзей, или семеро непоколебимых, или семеро стойких, или семеро свободолюбивых, как они себя именовали. Это был попросту говоря союз семи старинных закадычных друзей, каждый в своем деле мастер, радетель отечества, политик до мозга костей и строгий ревнитель порядка в своем доме — вроде мастера Хедигера. Все они родились еще в прошлом веке, в детские годы пережили крушение старых порядков, а потом на их глазах долго и мучительно нарождалась новая эпоха, и наконец, к концу сороковых годов, они увидели воспрянувшую Швей царию, вернувшую себе могущество и единство.

Отряд семерых отважных - Келлер Готфрид => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Отряд семерых отважных на этом сайте нельзя.