А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице выложена электронная книга Магистр автора, которого зовут Арзуманов Сергей. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Магистр или читать онлайн книгу Арзуманов Сергей - Магистр без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Магистр равен 94.06 KB

Магистр - Арзуманов Сергей => скачать бесплатно электронную книгу




Бослен; Москва; 2009
ISBN 978-5-91187-089-8
Аннотация
Он был любимцем богов и женщин, жизнь кружилась вокруг него. Но все изменилось, и его мир пал под натиском неизвестного мира.
Как он потерял свою успешную жизнь? Когда это произошло? Он не мог вспомнить…

Сергей Арзуманов
Мистический роман
Побеждающий наследует все,
И буду ему Богом.
И он будет Мне сыном.
Откровение 21:7.

1
Шестого дня, первого месяца лета, две тысячи шестого года в Москву прибыл достопочтенный иностранец. Прибыл он по личной просьбе крупного российского предпринимателя Владислава Марьянова, поэтому для широкой общественности приезд его остался незамеченным.
В английском твидовом костюме и коричневых кожаных ботах, он прогуливался по центру Москвы. Несмотря на ранее лето, погода была чрезвычайно жаркой, и костюм иностранца вызывал недоумение на лицах встречавшихся ему москвичей. Его это, однако, не раздражало, да и одежда, по всей видимости, не доставляла никаких неудобств. При такой жаре лицо иностранца оставалось совершенно сухим, никакой испарины не проявлялось на нем. На левой руке иноземного господина особо привлекал внимание изящный перстень с глубоко утопленным в золото голубым сапфиром.
«Магнифисент», «требъян», «белиссимо», «всри-велл» — то и дело произносил иностранец, смешивая превосходные степени одобрения всех европейских языков. Сразу было видно, что зарубежный гость давно не был в столице и теперь оказался приятно удивлен, если не сказать поражен увиденным. Москва ему понравилась, и на его лице можно было прочитать странное удовлетворение.
Гость бродил по центральным улицам, заходил в переулки и незаметно для себя очутился около старого московского ресторана. Теперь он оказался не один, а в сопровождении господина, повадки которого сразу обнаруживали в нем слугу.
Они неторопливо выбрали стол в дальнем углу ресторана. Официант тотчас принес меню, раскланялся и удалился.
Иностранец открыл меню, быстро просмотрел закуски, первые, вторые блюда, удовлетворенно промычал себе под нос и перешел к карте вин.
— О, Любезный, ты только посмотри, старинные итальянские вина, пожалуй, стоит взять бутылочку.
Да, Магистр, смотрите, — и неожиданно подпрыгнул, — в Москве теперь подают «Фалерно», и нет никакой надоб-ности тащить его из Италии, сколько Пегасов загнали в прошлый раз, чтобы привезти это чертово вино.
— Да, да, Монсеньор, — встрял в разговор внезапно появившийся неизвестно откуда господин в кожаном сюртуке и ботфортах, — жалко лошадок.
— Каких Пегасов, Любезный, ты ошалел, мне иногда кажется, что я самый нормальный среди вас, хотя должно быть вроде наоборот.
— Да, простите, Монсеньор, в Москве такой пьянящий воздух.
— Иностранец одобрительно развел руками в воздухе:
— Конечно, такой же пьянящий, как и «Фалерно», а ты говоришь, что Москва не Рим.
— Да, Милорд, не Рим.
— Возможно, но город процветает, да и москвичи мне понравились. Столько прекрасных зданий, в которых живут люди. Кстати, ты нашел нам жилье?
Это не составило большого труда.
Это почему? — как-то обреченно спросил иностранец у своего собеседника.
Извольте, я уже неделю в Москве, но так и не понял, для кого здесь строят. Все эти красивые здания наполовину пусты, и я выбрал нам прекрасную гостевую комнату без всяких хлопот.
— Если я тебя правильно понял, Любезный, в этих домах никто не живет. Значит, они никому не нужны?
— Напротив, Монсеньор, желающих иметь квартиру, как и прежде, более чем достаточно.
— Так в чем же дело?
— Все банально как мир, Милорд, все это стоит таких денег, что мало кто может себе это позволить.
— Но это же вздор, нужно делать так, чтобы те, кому нужны квартиры, могли их купить, разве я не прав?
— Да, Монсеньор, правы, правы, как всегда, но…
— Но?.. — спросил сурово Магистр.
Разговор прервал человек в белоснежной ливрее, который принес вино. Он представился соме-лье ресторана и был несказанно рад обслуживать таких изысканных господ:
— Прекрасный, прекрасный выбор, — затараторил сомелье, — Falerno del Massico, очень редкое вино в наших краях. Его почти никогда не заказывают, только знатоки.
Он надел белые перчатки, бережно, боясь повредить пробку, продел штопор и тихо, без шума вытащил ее. Аккуратно взял бутылку и разлил буквально по глотку.
Вино брызнуло в бокал тяжелыми каплями. Сомелье поднес вино на пробу иностранцу. Тот быстро выпил, одобрительно кивнул. Сомелье быстро наполнил бокал на половину и уже хотел поставить бутылку на стол, как Магистр стиснул его руку и заставил налить бокал до краев. На удивленный взгляд сомелье ответил Любезный.
— Месье устали с дороги, им простительно.
Магистр осторожно поднес переполненный бокал к губам и буквально осушил его. Тут же повеселев, произнес:
— «Пьяной горечью Фалерна, чашу мне наполни, мальчик! Так Постумия велела, председательница оргий».
За столом воцарилась тишина.
— Вы поэт? — глупо спросил сомелье.
— О, Милорд, какие прекрасные стихи, браво, — завопил Любезный.
— Болваны, это не мои стихи, это Катулл из твоего любимого древнего Рима, — сурово произнес Магистр.
Сомелье пытаясь понять, кто такой Катулл, сделался еще более глупым и, не зная, что сказать, спешно удалился.
Ресторан незаметно наполнялся людьми. Магистр осмотрел зал и продолжил прерванный разговор:
Прекрасное местечко, не так ли, Любезный?
Да, Монсеньор, а кухня, я вам должен отметить, одна из лучших в Москве.
В этот момент какой-то господин за столиком в центре зала начал громко рассуждать:
— Нет, ну ты мне тогда скажи, а кто писатель, кто?
Его собеседники, два важных господина, в потрепанных костюмах, с козлиными бородами, успокаивали его:
— И ты, Егорушка, писатель, и ты тоже, но они лучше.
— Кто эти «они», дайте на них посмотреть, чем они лучше-то. Это же все писаки — враки, а я, я внес лепту в русскую литературу.
— Конечно, внес, Егор, — грозно сказал один из собеседников шумливого писателя.
— Внес-то ты внес, а толку от этого как с козла молока, — завершил второй.
— А, вот вы как заговорили, вам толк подавай деньгами, а не душами.
— Какими душами, Егорушка, кто видел-то твои писаки…
— Это не писаки, а трилогия, эпос.
— Конечно, эпос, кто спорит, возможно, даже эпопея, но ведь кто это все читал?
Егор зло нахмурился и накрыл ртом стограммовую рюмку из чешского хрусталя. Не успел он проглотить водку, как рюмка выскочила из его рук и торжественно разлетелась об пол ресторана.
Егор громко выругался в рамках литературных приличий и схватил за лацканы пиджака владельца неприглядной козлиной бороды.
— А ты читал, ты все читал — от и до?.. Говори, сукин сын.
Солидный господин в потертом костюме ошалело взирал по сторонам, не зная, что делать.
— Говори, ты все читал? — Егор стал невменяемым.
Владелец козлиной бороды не мог произнести ни слова и лишь боднул головой в знак отрицания.
— То-то и оно, что не читал, а в душу мне лезешь… пошел вон, халдей..
Дальше ничего особенного не произошло, и вся троица дружно опрокинула по очередной рюмке водки. Им тут же принесли горячее — свиную корейку в сыре с овощами, и литераторы, узрев-таки истину, погрузились в свои тарелки.
Иностранный господин с удивлением наблюдал за разговором писателей.
Скажи мне, Любезный, а ведь они все те же, и как им не надоело.
Монсеньор, надоело Вам, потому что вы видели это сотни раз, а они переживают все это впервые.
— Конечно, самое интересное в жизни человека — это то, что с ним еще не случалось.
Магистр спокойно оглядел зал и спросил:
— Ты знаешь, кто этот господин?
— Да, Монсеньор, он здесь бывает почти каждый день, это писатель Егор Краснов, написал трилогию — романы «Ступени», «Этажи», «Выси». Обожает спорить и есть без меры.
— И что же, широко известен? — тихо спросил Магистр.
— Нет, Милорд, но…
— Не успел Любезный договорить, как спор за столом писателя Егора разгорелся с новой силой.
— Где вы видели писателей? Это же авторы текстов, они даже сами себя так и называют: не автор романа, а автор текста, потому что то, что они пишут, — это тексты, и никакой возможности назвать это романами нет! А я написал трилогию, эпос, я костьми лег на этих книгах.
— Егор, ты прав, — сказал первый владелец козлиной бороды, — они все не писатели.
— Да какая разница, писатели или нет, книги же продаются тоннами.
— Да они, они… — Егор побагровел, и из его груди вырвался стон титана, — эти, да это же…
Он не успел договорить, схватил графин с водкой и выпил все, что там оставалось, потом рухнул на стул и стал биться в истерике. Тут же сбежались официанты, стали Егора успокаивать и тихо вывели из зала. Посетители быстро успокоились и продолжали кушать дальше. Уже из парадной ресторана были слышны крики Егора:
— Я внес лепту, я внес лепту в русскую литературу, я плюнул в вечность тремя романами, а эти, эти…
В ресторане раздалась приятная музыка, и стоны Егора как-то сами собой сошли на нет.
2
В центре Москвы был выстроен грандиозный комплекс зданий, в которых продавались квартиры всем желающим и совершенно без очереди. Иностранец с сотоварищем поднялись на шестой этаж, дверь открылась, и перед ними появились роскошные пятикомнатные апартаменты. Стены были задрапированы черным шелком, потолки цвета бордо, кожаная мебель повсюду и огромная бронзовая ванна в центре комнаты. Прямо из ванны открывался панорамный вид на все современное величие столицы.
— Да, а ты говоришь не Рим, — с восхищением сказал Магистр.
— Не Рим, Монсеньор, не Рим, и вскорости вы в этом убедитесь.
В ту же минуту появился второй слуга, которого Магистр называл Шевалье. Магистр, переодевшись в черный халат, лег на диван.
Не прошло и дня, как в дверь апартаментов постучали. Любезный пошел открывать дверь. Не успел он открыть, как несколько человек ворвались в квартиру и заняли позиции в каждой комнате. За ними немедленно появился фешенебельный господин, источающий уверенность всем своим существом.
— Что вы здесь делаете? — спросил он настойчивым тоном.
— Милостивый государь, а к кому вы, позвольте, обращаетесь?
Фешенебельный господин рассчитывал услышать все что угодно, но только не то, что услышал. Однако он быстро вернулся в свое стандартное состояние и металлическим голосом отчеканил:
— Так, ну я не понял, что вы здесь делаете, и жду ответ только минуту, а потом…
Он не успел договорить, как погас свет, и квартира начала разваливаться на сотни кубиков, как в детском конструкторе. Когда все закончилось, Магистр снова возлежал на диване в окружении своих слуг. Начальник охраны квартирного комплекса — Сергей Александрович Нетесов, ворвавшийся к иностранцу, находился теперь в умиротворенном состоянии на границе миров и уже ни о чем не беспокоился.
— Дружок, кто еще намерен обеспокоить нас сегодня?
Милорд, я не знаю, но соседи жаловались на молнии и запах дыма, — вот Сергей Александрович и заглянул к нам, можно сказать, «на огонек».
— Да и «сгорел» на работе, а что же наши соседи?
— Милорд, вас интересуют эти люди?
— Да, Любезный, кого мы имеем в соседях?
Хорошо, Милорд, если это вас позабавит. Наш ближайший сосед — Валерий Ильич Наконечный, профессор, крупный специалист в теории финансов, женат на секретарше. Двое детей, жену бросил в прошлом году, оставив без средств к существованию.
О, какой замечательный господин, — как-то радостно произнес иностранец.
Да, Милорд, это именно он жаловался на вас господину Нетесову.
— А это меняет дело, навестим его, Любезный.
Магистр встал с дивана, переоделся и вышел в коридор. Любезный позвонил в дверь профессора, и она открылась через полминуты. На пороге стоял тучный господин в спортивном костюме, преисполненный величия себя самого.
— Валерий Ильич, — громко объявил Любезный и отошел в сторону.
— Здравствуйте, милостивый государь, — сказал Магистр и протянул руку для приветствия.
Валерий Ильич опешил и нехотя протянул свою. После пожатия он ощутил резкое беспокойство, как будто беспричинное, но внезапно подавившее его волю.
— Как спите? — неожиданно спросил иностранный сосед.
— Спасибо, хорошо, — жалостливо сказал Наконечный.
— Отлично, а зачем же жаловаться, ведь мы народ мирный, спокойный — и Магистр пристально посмотрел на Валерия Ильича.
— Да, конечно, откуда вы взяли, что это я, — сказал Валерий Ильич и осекся от тяжелого взгляда Магистра.
— Надеюсь, не повторится.
— Конечно, извините бога ради.
На этом разговор был исчерпан, и Магистр вернулся в апартаменты.
— Любезный, а что это он бога вспомнил?
— А они теперь, Сэр, веруют все, причем чем больше денег имеют, тем крепче веруют.
— Ба, и что же, никого не удивишь верой в Бога.
— Никого, Монсеньор.
— А ты говоришь не Рим.
— Не Рим, Милорд, это все декорации, а веры нет, как и не было.
— Ну, что же, посмотрим на этих людей.
Магистр и его свита вышли на Арбат и примерно с час прогуливались по улицам и переулкам Москвы. Внимание Магистра привлек ресторан под названием «Райские кущи». Вся компания отобедала прекрасно и в легком расположении духа возвращалась домой.
Уже у подъезда Любезный почуял неладное. Так и было, около квартиры № 66 на шестом этаже стояли люди враждебного вида, явно ожидающие жильцов квартиры.
Иностранец проигнорировал группировку, скопившуюся на этаже, и тихо вставил ключ в дверь. Дверь открылась, и вслед за иностранцем в нее влетела стая диких людей с безумными глазами и воинствующими намерениями.
— Постойте, господа, — сказал Магистр, — разве частная собственность не охраняется законом?
Сразу после этих слов из толпы выделился крупный мужчина наполеоновского роста, с тяжелой челюстью и нездоровым взором, который немедленно начал вещать:
— Как вы оказались в этой квартире, у меня нет договора купли-продажи, и где вы взяли ключи?
После этих слов крепкие ребята окружили иностранца.
— Я жду ответа, дедуля. Как ты сюда вселился? — вопрошал воинственный господин.
Господином, мучившим внимание Магистра, оказался глава крупной риелторской фирмы — Пантелей Кирьянович Соновицын. Пантелей Кирьянович был мощным дельцом на рынке квартир и прочей недвижимости в Москве. Он сделал туманную и крайне успешную карьеру в этом бизнесе. У него было два компаньона, но к моменту действия нашего повествования они незаметно растворились и как-то, сами того не желая, исчезли из бизнеса. Их никто не видел, не слышал, и по прошествии лет о них забыли. Пантелей гордился своим бизнесом и положением в общественных кругах, близких к крупному бизнесу, и теперь был настроен решительно выяснить, откуда эти люди оказались в квартире, которую он никому не продавал.
— Позвольте, Пантелей Кирьянович, но ваш тон заставляет меня предположить, что вы не очень достойный человек…
Не успел иностранец договорить, как Соновицына прошиб холодный тревожный пот. Его имя и фамилия были известны многим. И тем не менее они были настолько необычными, что их знали только друзья и клиенты. Седой господин точно не был клиентом и уж точно не значился в друзьях Пантелея. Оттого он забеспокоился страшно, спесь сразу как-то исчезла, и он спросил:
— Мы знакомы?
— Нет, конечно, дорогой Пантелей Кирьянович, вернее, я знавал ваших родителей, а с вами мы видимся первый раз.
Пантелей потерял дар речи и ощущение реальности. Его родителей уже не было в живых, но сейчас им было бы больше девяноста лет, а этот господин выглядел максимум на шестьдесят. Пантелей всем своим существом почувствовал неладное. Он ощутил опасность всем телом, но не мог понять, откуда она взялась. Он весь сжался и не знал, что делать. Его ребята потеряли вождя и теперь тихо толпились в прихожей.
Ну, что же вы, Пантелей Кирьянович, бросаетесь на приличных людей, можно сказать, обвиняете.
Да я, я не думал, не смел…
Слова проваливались в горле, Пантелей не мог произнести ничего путного, остолбенел и потерял контроль над ситуацией и над собой.
— Помилуйте, Пантелеймон, ну что вы так раз волновались, вот договор купли-продажи с прошлым владельцем, вот акт госрегистрации, вот выписка из лицевого счета, вот документы от нотариуса.
Иностранец совал в руки Пантелея один документ за другим, но Пантелей видел только печати и как-то немного успокоился.
Утром следующего дня главный риелтор проекта Пантелей Кирьянович Соновицын проснулся с дикой головной болью в затылке. Он принял две таблетки аспирина и через полчаса начал трезво мыслить. Шестьдесят шестая квартира была продана со всеми необходимыми документами, которые лежали перед Пантелеем, и согласием предыдущего владельца о продаже. Мало того, этот странный владелец отдал в руки Пантелея все документы, причем оригиналы, а не копии. Он буквально всунул их в руки, чем выказывал полное доверие ему, Пантелею, с одной стороны, и демонстрировал свою полную уверенность в деле, с другой стороны.
Пантелей долго смотрел на документы больными, плохо выспавшимися глазами. Все было юридически верно, но червь сомнения съедал душу Соновицына. Он чутьем, инстинктом дельца чувствовал подвох. Соновицын был обычным человеком в школе, но уже в студенческие годы обнаружил в себе редкий дар — коммерческое чутье на недвижимость. Никому и никогда не удавалось обмануть Пантелея или переиграть его в бизнесе. Как заговоренный, он выходил победителем из любой, даже самой неперспективной, сделки. За это умение обыгрывать любую спорную ситуацию его и уважали клиенты и этому завидовали партнеры.
Пантелей мучился целый вечер, и вдруг открытие порадовало его, но не более минуты, и сменилось тревожным беспокойством. Во-первых, седой господин оказался иностранцем, но это полбеды. Иностранец говорил, что приобрел квартиру у бывшего владельца, но никакого владельца у квартиры не было. Она еще не находилась ни в чьей собственности, ведь он, Соновицын, ее никому не продавал. Да, все так и есть, как он мог поверить в эту чушь? Да, но как иностранец оказался в квартире, да еще и с документами на нее, — история путаная, если не сказать больше. Но он, Пантелей Кирьянович Соновицын, наведет порядок. Хватит нам ходить халдеями у иностранцев.

Магистр - Арзуманов Сергей => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Магистр на этом сайте нельзя.