Дю Морье Дафна - Без видимых причин 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Стражинский Дж Майкл

Пространство, время и неизлечимый романтик


 

На этой странице выложена электронная книга Пространство, время и неизлечимый романтик автора, которого зовут Стражинский Дж Майкл. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Пространство, время и неизлечимый романтик или читать онлайн книгу Стражинский Дж Майкл - Пространство, время и неизлечимый романтик без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Пространство, время и неизлечимый романтик равен 16.63 KB

Пространство, время и неизлечимый романтик - Стражинский Дж Майкл => скачать бесплатно электронную книгу




Аннотация
Данный перевод был впервые опубликован на сайте
Опyбликовано в 602 номере (3 выпуск 72 года издания) журнала Amazing Stories, май 2000
К своему немалому изумлению, Маркус Коул глубоко вдохнул.
Его первой осознанной мыслью было "Я жив", а следом "Почему я жив?"
Он осторожно приоткрыл глаза и тут же снова зажмурился от режущего яркого света.
– Притушите лампы, – произнес кто-то.
Он попробовал еще раз, теперь с большим успехом. Насколько он мог разобрать, это была операционная. Над ним склонились несколько фигур, и когда в глазах прояснилось, он узнал характерные костные гребни на головах. "Минбарцы". Двое из них были в халатах целителей, а третий – в форме с эмблемой, означавшей, что он – рейнджер, как и Маркус, служит в тени, служит Альянсу.
Он напрягся, пытаясь вспомнить, как здесь очутился. Последним его воспоминанием было известие, что смертельно раненная у него на глазах коммандер Сьюзан Иванова, с которой они вместе были на борту "Белой звезды" во время гражданской войны на Земле, умирает. Нарушив все приказы, он забрал ее и ринулся на Вавилон 5. Там он воспользовался инопланетным прибором, переносившим жизненную силу от одного организма другому, – чтобы своей жизненной силой отвести ее от края могилы. Он сделал это, зная, чем придется расплачиваться.
"Я люблю тебя", сказал он.
А потом умер, у нее на руках.
Так, черт возьми, где и почему он оказался?
Он попытался сесть, но трясущиеся руки не выдержали его веса.
– Постарайтесь не двигаться, – сказал главный целитель-минбарец.
– Мои руки…
– Атрофировались. Вы не двигали ими уже… ну скажем, очень долго.
– Насколько долго?
– Мы начнем реабилитационный курс немедленно, будем круглосуточно искусственно их стимулировать, это должно помочь быстро поставить вас на ноги, но…
– Сколько?!
Целитель заколебался и обернулся к стоявшему позади рейнджеру.
– Скажи ему, Траналл, – промолвил другой минбарец. – Он прошел подготовку анла-шок, он рейнджер. Он выдержит.
Целитель кивнул и снова повернулся к Маркусу:
– Вы были в криогенной камере, – объяснил он. – Коммандер Иванова приказала заморозить ваше тело на случай, если однажды наука найдет путь вернуть вас к жизни.
– Как всегда, самонадеянность, – проговорил Маркус. – Человеку даже геройской смертью умереть не дадут без того, чтобы кто-нибудь все не испортил. Уж я поговорю с ней об этом, вот увидите.
Два минбарца обменялись странными взглядами.
– Кстати, об Ивановой, где она? – спросил Маркус. – Вообразить не могу, чтобы она такое пропустила.
– Боюсь, она скончалась, – сказал рейнджер.
Маркус совсем растерялся:
– Не понимаю, я хочу сказать, я спас ее… Ну то есть, я ведь спас ее, правда? Прибор ведь сработал, так?
– Верно, – подтвердил рейнджер. – Это исторический факт. Но вы должны понять: по земному календарю событие, которое вы описываете, произошло почти триста лет назад.
За следующие несколько недель, пока Маркус выздоравливал, он узнал все, что случилось за те годы, что он провел в криокамере. История раскрывалась перед ним постепенно, так, как считали необходимым для него врачи.
Сьюзан Иванова стала капитаном, продолжила карьеру, дослужилась до генерала в земных Вооруженных Силах и, наконец, стала Анла-шок На, главой рейнджеров, подчинявшимся президенту Межзвездного Альянса Деленн Минбарской. Оставшись на этой должности до конца своих дней, она увеличила численность рейнджеров настолько, чтобы в их рядах были представлены все расы-члены Альянса, а введенный ею кодекс чести и самопожертвования не имеет равных до сих пор. Маркус узнал, что только в этом городе ей и ее трудам посвящено с полдюжины памятников и мемориалов. Она так никогда и не вышла замуж, вместо этого решив посвятить всю жизнь работе.
После закрытия Вавилона 5 она распорядилась доставить сюда его криокамеру. По словам Траналла, и время от времени она навещала его во время долгого сна, эти визиты до сих пор остаются темой для пересудов среди медицинского персонала. Некоторые даже рассказывали, что Сьюзан разговаривала с ним, словно он был жив.
– Но от этих бесед не осталось никаких записей, ничего, – пояснил Траналл.
В последние годы жизни Иванова приказала сохранять его тело в неприкосновенности до тех пор, пока не будет найден способ излечения. Деленн подтвердила этот приказ.
Это случилось только теперь, спустя три сотни лет, когда одна из недавних экспедиций к Пределу обнаружила следы цивилизации, создавшей тот прибор. В древних архивах они обнаружили, наконец, информацию, которую столь долго искали.
– И что же мне теперь делать? – спросил Маркус перед выпиской.
– То, чего они вам желали, – ответил Траналл. – Живите.
– Сколько еще народу знает обо мне?
– Мы сохранили ваше выздоровление в тайне, решив, что так будет лучше. У вас будет время, чтобы приспособиться, никто не будет вам докучать. Шанс поговорить с кем-то, кто лично знал президента Шеридана, и Деленн, и Анла-шок На Иванову… – взгляд Траналла устремился в невидимые дали, но затем вернулся к Маркусу. – Нет слов, но мы должны сделать все для вашего выздоровления. Ну а потом, разумеется, у нас будет к вам море вопросов.
– Вам не придется беспокоиться о будущем и в другом отношении, – продолжил он. – В предвидение этого дня давным-давно был основан трастовый фонд. Денег в нем хватит, чтобы на всю жизнь обеспечить несколько сотен человек. У вас будет все, что угодно.
Маркус кивнул, но подумал: "Нет, далеко не все".
Достаточно окрепнув, Маркус покинул больницу и вышел на улицу Йедора, столицы Минбара. За триста лет с тех пор, как он в последний раз бывал здесь, город почти не изменился. Кристаллические пики и башни все так же поражали своей холодной красотой. Навстречу попадалось гораздо больше людей и других инопланетян, чем он видел раньше, но оно и понятно, ведь Минбар стал теперь центром Альянса.
Рейнджеры сами ныне были галактической легендой, их честность и беспристрастность уважали сотни миров. Если рейнджеров призывали для разрешения конфликта, их вердикты считались совершенно неоспоримыми. А если для восстановления порядка требовалось принуждение силой, они становились такой силой. Силой, которую применяли только в исключительных случаях, и никогда в политических или личных целях.
"Кажется, в конце концов, оно того стоило", подумал Маркус, но обнаружил, что далек от всего этого, чувствуя себя историком навыворот, свидетелем последствий известных ему событий, но последствий, его почти не касающихся.
"Все, кого я знал, мертвы. Где я смогу найти для себя место?" Сначала ему показалось, что он сможет вернуться в рейнджеры, нагнать все пропущенное, но потом понял, что нынешние рейнджеры – совсем иные. Когда он впервые присоединился к ним, это было нечто новое, возрождение древней традиции для сражений в безнадежной войне. Теперь они – в порядке вещей, даже обыденность. Великая война давно закончилась, она стала древней историей.
"Как и я сам", уныло думал Маркус.
Через несколько часов бесцельных блужданий Маркус очутился в Мемориальном Парке, где были похоронены тела героев, сановников, рейнджеров и бывших президентов Межзвездного Альянса (по крайней мере, тех, кто не исчез таинственным образом).
"Ага, это вышло словно само собой", подумал он. Он осмотрелся и обнаружил, что в глубине души знал, что ищет, не признаваясь в этом даже самому себе.
Мемориал Сьюзан Ивановой возвышался перед ним в виде башни из кристаллов и камня, слои которых, сплетаясь прихотливым узором, разбивали холодный белый дневной свет на миллионы ярко окрашенных лучей. "Какая удачная метафора", решил Маркус.
Стоило ему войти, как у него перехватило дыхание. Он увидел ее лицо, парящее над криптой с телом. "Просто поминальная голограмма", сказал он самому себе. Но это было ее лицо. Лицо тех дней, когда он знал ее, и он не мог смотреть на него без боли.
Он подошел ближе, портрет не отрывал от него взгляда.
– Привет, Сьюзан.
Никакого ответа.
– Почему ты так поступила? – Маркус присел на скамью у крипты. – Я имею в виду, если бы ты этого не сделала, мы были бы сейчас вместе, там, в загробной жизни, или как это теперь называется.
– Конечно, в загробную жизнь я не верю, и ты это знаешь – знала – так что, подозреваю, думала, что должна с этим что-нибудь сделать. – Он покачал головой. – Ты всегда считала, что знаешь все лучше остальных. Что ж, прекрасно. Сначала ты была жива, а я – мертв, и это было совсем неправильно, так что теперь я – жив, а ты – мертва. О да, ведь так гораздо лучше, не правда ли? Если хочешь знать, по-моему ты мне так отомстила. Если ты прожила все эти годы одна-одинешенька, то, ей-богу, решила добиться того же для меня, пусть даже это означало найти людей, которые целую вечность присматривали бы за моим телом.
Он поднял взгляд на ее лицо. Оно не изменилось.
"А с другой стороны, может быть, ты действительно любила меня", мелькнуло у него в мыслях, но Маркус не решился высказать этого и самому себе. Здесь это прозвучало бы чересчур самонадеянно.
Он подумал о том, что же она говорила ему все те годы, пока он был в криосне. Скучала ли по нему? Или укоряла за глупость? Он никогда не узнает.
Он подумал о ней, проведшей в одиночестве все те годы.
"Ты сделала это для меня? Потому что тебе меня не хватало, или ты чувствовала себя виноватой из-за меня? Это нечестно. Я знал, что плохо кончу еще с момента смерти брата; как я мог жить дальше, зная, что подвел его? Я не мог снова подвести кого-нибудь. Особенно тебя. Я хотел дать тебе еще один шанс обрести счастье. А ты этого не сделала. Ты работала, но ты всегда работала, не в этом дело. Ты осталась одна, вот что неправильно. Совершенно неправильно, это…"
– Простите?
Маркус выпрямился, вздрогнув от раздавшегося под сводом мемориала голоса. В дверях стоял минбарец с букетом цветов.
– Прошу прощения, если побеспокоил вас, – продолжил он, – вы не против, если я…
– Нет, пожалуйста, проходите.
Минбарец кивнул, подошел к крипте и поместил цветы в ожидавший их сосуд.
– Кто их послал? – спросил Маркус.
– Послал? – минбарец удивленно качнул головой. – Судя по одежде, вы рейнджер, да? Я думал, вы должны знать.
– Меня какое-то время не было в городе.
– Очень давно президент Деленн распорядилась, чтобы их ставили сюда каждый день. Слову Деленн следуют до сих пор, и будут следовать всегда. – Он осторожно поправил цветы и отошел. – Вы знаете, чему учила Иванова?
– Отчасти, – ответил Маркус.
– Значит, вы ее последователь?
– Можно сказать и так.
– Правильно ли я предполагаю, что вам довелось слышать Голос?
– Слышать что? – недоуменно посмотрел на него Маркус.
– Голос. Незадолго до того, как Иванова оставила нас, с ее мозга сделали снимок. Ну не с мозга, на самом деле, не буквально… это полный снимок всех нейронных путей, воспоминания и информация, которой она обладала к тому моменту, закодированная и сохраненная для будущих историков, целителей и ученых. Думаю, ближайшим эквивалентом этого понятия у людей будет прижизненная маска, но только это – выражение, снимок чьего-либо сознания.
Очевидно, он не может создавать новых мыслей, потому что мозгу для созидания нужна еще и душа, но это поразительный способ сохранения. Я сам побывал там только раз, но считаю этот опыт самым… воодушевляющим.
Маркус выдержал долгую паузу, прежде чем задать вопрос, который, он знал, изменит всю его оставшуюся жизнь.
– Где же я могу найти ее Голос?
Когда Траналл говорил о трастовом фонде и об огромных средствах, во много раз перекрывающих его нужды, Маркус почти пропустил это мимо ушей. Теперь у него был повод выяснить, сколько же там.
Даже по его меркам, определенно было чему поразиться.
Следующим шагом стало приобретение личного корабля с гиперприводом. Маркус поразился, насколько компактны они стали. В его годы "Белая звезда" была самым маленьким кораблем, способным к выходу в гиперпространство без зоны перехода, но и ей был необходим довольно многочисленный экипаж. Теперь строили даже одно– и двухместные личные флайеры, по размерам куда меньшие, чем "Белая звезда".
Голос Ивановой вместе с Голосами нескольких сотен других исторических личностей хранился в Нейронном Архиве на Сириусе 9, которым совместно владели Историческое общество Земного Содружества и "ПсиМед", фармацевтическая корпорация с Примы Центавра.
"ПсиМед" основала Архив двадцать лет назад, чтобы получить налоговые льготы. Сириус 9 был малопосещаемой колонией, которой почти нечего было предложить туристам или бизнесменам. Она нуждалась в чем-нибудь, что привлекло бы путешественников, а в Нейронный Архив стремились академики с десятков планет.
Маркус неплохо знал это место. Давным-давно – два года назад по счету Маркуса и гораздо раньше для остального мира – оно славилось как центр сомнительной коммерции. Здесь можно было отыскать все, что угодно, если предложить нужным людям достойную плату.
Те люди давно обратились в прах, но Маркус задал своему флайеру курс на Сириус 9 с расчетом, что если даже старые крысиные норы забиты или вычищены, на их месте отыщутся новые. Так всегда бывает.
А Маркус был экспертом по розыску крысиных нор.
– Ты искал меня?
Дрази, сидевший напротив Маркуса в подземном баре, явно знававшем лучшие времена, изучал его немигающим взглядом глубоко посаженных глаз. Темно-зеленое лицо выдавало в его расе потомков рептилий. Дрази не отличались терпеливостью и хорошей репутацией. В этом отношении они почти не переменились с тех пор, как Маркус в последний раз имел с ними дело. Наверняка нужно намного больше, чем триста лет, чтобы массовое сознание дрази хоть на йоту изменилось. "Глядишь, через миллион лет они таки выяснят, что за штука салатная вилка". Но Фарна ценили достаточно высоко, по крайней мере, для дрази.
Маркус сказал:
– Насколько я понимаю, вы и некоторые ваши партнеры обладают… ну, назовем это незарегистрированным доступом в большинство сооружений колонии.
– Грм.
"И такой великолепный переговорщик", подумалось Маркусу.
– Так что вы можете сказать о Нейронном Архиве?
Дрази фыркнул. К сожалению, фыркнул дрази очень разочаровывающе:
– Ничего ценного. Старые бумаги. Старые голоса. Нечего украсть. Нечего продать.
– А как он охраняется?
Взгляд дрази не изменился.
– Нечего украсть, – повторил он, – нечего продать.
– Для дрази это означает, "по моему профессиональному мнению, у них очень слабая охрана, потому что архивы представляют только технический и академический интерес"?
– Грм, – подтвердил дрази.
– Хорошо, – сказал Маркус. – В таком случае, у меня к вам деловое предложение.
Нейронный Архив использовал самые современные технологии хранения данных на голокристаллах. Триста дет назад в кристалл данных обычной емкости можно было записать несколько библиотек. Теперь, с использованием пакетных импульсов и тахионной двухслойной записи, стало возможным разместить накопленные воспоминания, мыслеобразы, нейронные данные и схемы синаптических соединений человеческого мозга от рождения до момента записи всего на семи кристаллах.
Проблема заключалась в том, что таких кристаллов было несколько тысяч. Они аккуратными рядами теснились в комнате за мягко пульсировавшим перед Маркусом голографическим дисплеем.
Дрази привел его в комнату технического обслуживания через служебный вход, ночные пароли на котором давненько не меняли. В следующий раз охрана должна была заглянуть сюда меньше чем через двадцать минут.
Все группы кристаллов были перечислены на контрольной панели перед ним. Но без ключа, связывающего номера с именами Голосов, нужные семь кристаллов можно было искать несколько часов, а то и дней.
Дрази, заведший его так далеко, кивнул на ряды кристаллов:
– Забирай и пошли.
Маркус сумел убедить Фарна в некоторой ценности, которую имеют вещества, употребляемые при изготовлении кристаллов данных. Дрази считал, что вознаграждение за столь серьезные усилия слишком мало, но так было проще, нежели объяснять, что на самом деле Маркусу здесь нужно и зачем.
В конец концов, он временами и сам себе не верил.
"Как я смогу отыскать ее среди всех остальных?", гадал он, приходя в отчаянье от мысли, как мало у них времени. Перебирая их по одному, сделать это было невозможно.
"Остается только прослушать их все разом", решил он.
Он коснулся панели и включил все Голоса в архиве. Тотчас комната наполнилась звуком тысячи голосов, говорящих одновременно.
– Я Шадрала Нарнская… исключая уравнение… обратившись к моей политической экспертной оценке в… лучше… не петь… достигнув окончания…
Дрази зажал уши:
– Ненормальный! Они услышат и придут!
– Просто дай мне минуту, – попросил Маркус. – Не шуми!
Он слушал. Закрыв глаза, он собрал все, чему он научился как анла-шок, всю дисциплину, всю сосредоточенность, всю боль, которую он преодолел, собрал все в кулак с одной целью: отобрать единственный голос из тысячи.
Не открывая глаз, он протянул руку к пульту. Несколько сотен голосов умолкло. Он продолжал вслушиваться.
– Скоро придет охрана, – сказал дрази. – Уходим.
– Нет еще, – ответил Маркус.
И слушал.
– …дальше, чем… согласно правилу приручения… потери в бою были… мое имя…
Внезапно его сердце забилось так громко, что ему показалось на секунду, будто он мог уже потерять ее. Почти неслышный, ее голос прорезал шум остальных, потому что был такой знакомый, и потому, что принадлежал ей. Его Маркус узнал бы даже из миллиона других.
– Меня зовут Сьюзан Иванова, дочь Андрея и Софии Ивановых…
В комнате по ту сторону дисплея светилась всего одна семерка кристаллов, остался только один голос.
– Я сама смерть и последнее живое существо, которое ты видишь!
– Забираем? Уходим? – спрашивал дрази.
– Господь послал меня!
– Да, – с облегчением выговорил Маркус. – Забираем и уходим.
Дрази не смог бы привести Маркуса к его следующей цели, но он знал кое-кого, кто знал кое-кого, кто мог знать кое-кого.
Еще часть денег перешла из рук в руки. Как и ожидал Маркус, когда их испарилось достаточно, нашелся кое-кто, кто знал кое-кого, кто был знаком кое с кем.

Пространство, время и неизлечимый романтик - Стражинский Дж Майкл => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Пространство, время и неизлечимый романтик на этом сайте нельзя.