А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Бернар Фриц

Коста Брава


 

На этой странице выложена электронная книга Коста Брава автора, которого зовут Бернар Фриц. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Коста Брава или читать онлайн книгу Бернар Фриц - Коста Брава без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Коста Брава равен 327.7 KB

Коста Брава - Бернар Фриц => скачать бесплатно электронную книгу



Аннотация
Доктор Фриц Бернар, нидерландский ученый-психолог, занимающийся проблемами сексологии, известен не только в своей стране, но и за ее пределами. Он опубликовал множество исследовательских работ, основная тема которых-педофилия.
Под псевдонимом Виктор Серватиус, он публикует в 1960 году на нидерландском языке новеллу «Коста Брава», об отношениях между мужчиной и тринадцатилетним мальчиком.
Переведенная на многие языки и ставшая настоящим бестселлером, в основу книги положены многие реальные события, освещавшиеся тогда в международной прессе.
Именно по этой причине, переводчик счел для себя необходимым перевести эту новеллу на русский язык для лиц, интересующихся сексуальностью личности и развитиями современных нравов.
Фриц Бернар
Коста Брава
Предисловие к немецкому изданию (1979 год)
Роман Коста Брава был написан летом 1958 года. В то время, центральная тема этого повествования, а именно-педофилия, практически не затрагивалась не в литературе, не в искусстве. Будучи опубликованной в 1960 году в международном издательстве «Enclave», в Роттердаме, новелла тут же получила широкое читательское признание. Журнал Nederlandse Vereniging voor Sexuele Hervorming в своем декабрьском номере за 1960 год, так отзывался о произведении: «Это хорошо написанный и легко читающийся рассказ, повествование которого строится вокруг двух персонажей, которых мы могли бы встретить в повседневной жизни. Мы горячо рекомендуем вам чтение этой новеллы, в которой описываются достойным образом чувства и эмоции, официально запрещенные к описанию». В этом же году гамбургский ежемесячник «Der Weg» дает свой комментарий новеллы: «В этом произведении затрагивается тема педофилии, а именно чувство любви, соединяющая испанского мальчика, 12 лет, из состоятельной семьи и южно-американского туриста. Эта любовь показана на фоне гражданской войны в Испании. Вследствие убийства семьи, юный Хуан Хосе остается на свете совершенно один и встречает венесуэльца Кампани, который предлагает ему свою помощь. Преодолевая разные препятствия и преграды, двое друзей бегут из Испании и добираются до Франции. Вторая часть повествования разворачивается спустя десять лет в Каракасе: именно этот момент избрал автор, чтобы показать читателю малейшие, разнообразные грани педофилии. Эта новелла написана с большим тактом, такие термины, как педофил или гомосексуал в ней отсутствуют».
О Косте Браве упоминают и другие нидерландские и немецкие издания, цитируя на своих страницах выдержки из романа.
В марте 1977 года, ежемесячник «Naar Integratie Kinder-Sexualiteit» заключает на последней странице: «Мы вынуждены признать, что выражение человеческой любви может происходить под разными ракурсами. Никакого не поддающегося норме варианта не существует. И примером этого явилась Коста Брава, которую мы настоятельно рекомендуем вам к прочтению».
Впрочем, Коста Брава, завоевала полное право быть цитируемой и в научных источниках. Таким образом о ней упоминает немецкий «Lexikon der Sexualitat», изданный в Мюнхене в 1969 году.
С самого первого дня публикации этой новеллы в Нидерландах в 1960 году, автор не перестает обмениваться письмами и встречаться с читателями не только в своей стране, но и за границей. Этот роман оказался большой моральной поддержкой для многих педофилов. Мы можем только порадоваться появлению немецкой версии новеллы, снабженной, ко всему прочему, хорошими иллюстрациями.
Коста Брава
Пути Господни неисповедимы…


Часть первая
Глава 1
Серое море казалось спокойным; оно лениво омывало пляж из обожженного на солнце песка. Поверхность воды была гладкой и прозрачной, словно зеркало, и прибрежные дома местных жителей окрашивались в оранжевый цвет под лучами заходящего солнца. На утесе словно маяк, вынырнувший из воды возвышался мирный и успокаивающий силуэт церквушки. Это был один из самых знойных дней лета и послеполуденные улочки были пусты. Редкие террасы кафе, в тени пальмовых деревьев, были безлюдны и железные ставни на них были опущены. На самих же улочках люди сворачивали парусиновые полотна, которые они растянули, чтобы защититься от палящего зноя. Мужчины поливали из шланга покрытые песчаной пылью тротуары.
Где-то вдалеке раздавались меланхоличные аккорды гитары, сопровождаемые жалостливой песней исполнителя фламенко, что-то рассказывающего про свою любимую Андалусию… «en Cordoba la sultana y en Sevilla la giralda…» Повозка, груженная виноградными гроздьями и запряженная двумя жеребцами, неспешно катилась к дому, возле которого толпились люди. Сбросив виноград на землю, они тот час же принялись его утаптывать, чтобы получить свежий виноградный сок, из которого позже местные умельцы изготовят вино. Какой-то крестьянин вел трех ослов, нагруженных корзинами овощей и фруктов, которые он намеревался продать на небольшом рынке на окраине города. Вдоль побережья рыбаки выстраивали свои ялики, корабли и катамараны, готовясь к ночной рыбалке. К десяти часам каждый из них займет свой сектор в Средиземном море и возвратится лишь поутру, выложив добычу прямо на пляж.
Между тем, солнце уже зашло. Идя по променаду, я вышел на пляж и принялся созерцать штилевое море, которое как раз начало приобретать различные оттенки. На аллеях появились люди, и постепенно террасы кафе начали наполняться. Повсюду в прохладном вечернем воздухе раздавались людские голоса. Я расположился на деревянной скамье, чтобы насладиться вечерним спокойствием и безмятежностью. Не отступая от своей гордыни, ко мне подошел нищий, протянул мне руку и отблагодарил меня: «Que Dios se lo pague», после чего затерялся в толпе.
Я раскрыл на коленях книгу, рассказывающую о Каталонии, но не смог сосредоточиться и прочитать хотя бы одну страницу. Вокруг меня было столько всего удивительного! В Испании я находился чуть больше двух недель, и прежде, чем отправиться на юг страны, я хотел побыть еще некоторое время на каталонском побережье. Эта мысль возникла у меня еще на родине, в Венесуэле, перед поездкой в Испанию. Как же я хотел увидеть страну моих предков! Это была мечта многих венесуэльцев и вот наконец, у меня она осуществилась. Мой дед оставил эту землю, чтобы осесть в Южной Америке по примеру большинства испанцев, покинувших иберийский полуостров. Множество тонких нитей связывало два уголка двух материков: испанскую родительницу и южноамериканское потомство. И вот я сидел на пляжном берегу и обводил взглядом бескрайнее море как это делали когда-то мои предки.
С моря подул легкий бриз. Внезапно стало темно и на небосводе засияли звезды: Большая медведица, Млечный путь, Орион. Луна освещала море, горы, прибрежный пейзаж и городок с плоскими крышами. Слышались монотонные голоса рыбаков, склоненных над рыбацкими шхунами, которые они толкали по песчаному берегу к воде: «Uno, dos, uno, dos»… Один за другим они наконец-то выстроились в ряд, готовые к отплытию. Правда иногда случалось, что одно из суденышек садилось на мель и тогда требовалось много сил и времени, чтобы поставить его на воду. Через некоторое время на горизонте появилось множество маленьких лампочек-верный признак того, что рыбалка началась.
И вот, я погружен в мысли о своей моторной лодке, оставленной за несколько сот километров отсюда на севере страны, причаленной на небольшом пляже, окруженном обрывистыми скалами. Находилась она там уже более недели. Несколько дней назад я нанес визит своему другу-земляку, владельцу летней резиденции в Коста-Браве, который жил там постоянно в летнюю пору. Как только я приехал туда, я приобрел эту лодку у одного своего дальнего родственника за весьма умеренную цену. Я хотел заняться прибрежным плаванием и запечатлеть на фотопленке типичные сцены местного пейзажа.
После продолжительной прогулки я утолил жажду вермутом с содовой и затем отправился в ресторанчик недалеко от пляжа. Я заказал себе паэллу, местное национальное блюдо из риса с рыбой, мяса и кусочков дичи с добавлением овощей и прочих ингредиентов. Кушанье было подано прямо с огня и его душистый аромат смешивался с соляными испарениями моря. Vino corriente, местное вино, поданное к моему ужину было не таким уж и плохим. Все было спокойно и безмятежно.
Ближе к полуночи я отправился в кинотеатр на пленэре, устроенный в глубине сада одного из кафе, практически в центре города. Лунный свет сюда не проникал из-за парусиновой ткани, натянутой вдоль деревянных скамеек. Фильм еще не начался. Вскоре раздались крики торговцев, предлагающих арахис.
Около сидений находился небольшой искусственный фонтан. Оттуда исходило приятное ощущение свежести, пробудившее во мне воспоминания о маврском саде. Да, влияние южных соседей здесь было неоспоримым.
Так как я являлся директором одной из венесуэльских киностудий, я испытывал живой интерес к фильму, снятому испанскими коллегами. Конечно же в Южной Америке показывали большое количество испанских фильмов, но этого я еще никогда не видел. В нем рассказывалось о жизни священника и о тайне вероисповедания. Внезапно сеанс прервался; зал замер, прекратился шум хрустящего арахиса, но который вновь возобновился с новой силой, так как фильм не мог продолжится из-за проблем с электричеством.
Весь городок погрузился во мрак и лишь лунный свет пробивался из-за облаков. Таким образом, показ фильма был укорочен.
После я бродил еще какое-то время по узким улочкам, петлявшим между домами, и заставлявшие меня то спускаться, то вновь подниматься. Меня поражала белизна дверей и выкрашенные в голубоватый цвет рамы на окнах домов. Город обволакивала тишина.
В лунном свете люди походили на призраки, тем более, что их походка делалась абсолютно бесшумной, из-за alpargatas, своего рода обуви на полотняной подошве и веревочными шнурками.
Такого продолжительного отпуска у меня не было уже давно, и я мечтал, что окрестные места доставят мне желанное спокойствие и вдохновят новыми идеями. В ближайшем будущем я планировал снять два фильма, один из которых рассказывал бы о связях и общности двух стран — Испании и Венесуэллы. Сценарий был практически завершен, оставалось лишь «пригладить» некоторые детали. Я даже рассчитывал сделать здесь несколько кадров для съемок второстепенного плана.
Держа в руке свечу, которой снабдил меня портье в отеле, я поднялся в свой номер, разделся, надел плавки и натянул короткую куртку. Несколькими минутами позже я уже вовсю резвился в море в серых отблесках луны и не представлял себе, что это были последние мгновения спокойствия и тишины в этом уголке планеты.
Глава 2
20 июля 1936 года. Всего лишь за несколько дней ситуация резко изменилась: началась гражданская война. Напряженность становилось невыносимой. Ропот недовольства витал в воздухе, как следы от пороха. Связь была прервана, на улицах творился беспорядок. Никто не мог предположить, как дальше повернутся события. Улицы походили на улей, заполненный мужчинами в рабочих халатах голубого цвета, с ружьями у плеча. Церквушка, возвышавшаяся над мысом была разграблена и сожжена. Страна разделилась на два лагеря: республиканцев и франкистов. Каталония находилась в руках первых, а это означало, что установился коммунистический режим.
Для имущих классов и духовенства настали черные дни. Они старались ни во что не вмешиваться и укрываться в надежных местах. Начались убийства и по зданиям время от времени открывали огонь.
Английский крейсер снялся с якоря и отправился в открытое море, чтобы обеспечить безопасность британских подданных. Это было мрачное предзнаменование.
Происходящие события сильно расстроили мои планы: продолжить мое путешествие на юг не представлялось возможным. Что же делать? Позволял ли мой Форд, с каракасскими номерами отправиться во Францию через Барселону? Железные дороги, отданные под нужды армии были уже недоступны для гражданских лиц. Будучи иностранцем, я не особо боялся происходящих событий, так как попадал в редкое число счастливчиков. К тому же моя машина была пока еще со мной. С обеих ее сторон, я написал большими белыми буквами «ВЕНЕСУЭЛЛА» и на левом крыле я пристроил флажок моей страны.
Как только чемоданы были уложены, я положил их в багажник машины. В сумке для ручного багажа, которую я оставил в отеле, лежал самый необходимый минимум. Я был готов ко всему.
В последующие дни ситуация нисколько не изменилась; наоборот, события только ухудшались. То тут, то там, группы людей сдержанно обсуждали происходящие события. На маленькой городской площади и в окрестностях слышались выстрелы, а вдали раздавались глухие разряды гранатомета. Запасы продовольствия иссякали быстрыми темпами и становились невосполнимыми.
Я снова занял свое место на деревянной пляжной скамье и обвел взглядом голубую поверхность воды, которая искрилась под лучами свинцового солнца, как если бы ничего не происходило.
Пляж, обычно заполненный людьми был абсолютно пустынным; с морской поверхности исчезли даже белые и разноцветные парусники, придававшие берегу праздничный вид.
Склонив вперед голову ко мне медленно приближался мальчик. Он был один. Не доходя несколько метров до моей скамейки, он остановился, окидывая взглядом окрестности, как если бы он чего-то опасался. Затем он продолжил свой путь, дошел до скамьи и уселся. Судя по его frescо, летней легкой одежде, он принадлежал к состоятельному сословию. Его поведение выдавало гордую натуру, вопреки беспокойству, читавшемся на его лице. Он посмотрел на меня своими голубыми глазами. Его взгляд меня взволновал. Он соучастное мне улыбнулся, как если бы мы были давно знакомы. Какая чудесная встреча! Мы пристально смотрели друг на друга и каждый раз я испытывал одно и то же волнительное чувство.
«Senor, quiere Vd. ayudarme?» — спросил он, глядя в одну точку прямо перед собой.
Он желал, чтобы я пришел ему на помощь. Что же с ним стряслось? И он поведал мне, иностранцу, свою историю, а вернее трагедию, которую он только что пережил. Несколько дней назад его отец был убит и внезапно он оказался совсем один. Его мать была мертва. Перед смертью отец советовал ему бежать во Францию, если ситуация не изменится к лучшему. Со вчерашнего дня он ничего не ел и у него не было денег. Вот если бы я только мог дать ему что-нибудь пожевать, сошел бы даже кусочек хлеба…
В его взгляде не было ни малейшего страха, как то следует любому уважающему себя испанцу. Я взял его за руку и вложил ее в свою ладонь.
«Как тебя зовут?»
«Хуан Хосе».
«Сколько тебе лет?»
«Двенадцать».

Двенадцать лет и уже пережить такую драму! Уводя Хуана Хосе в отель, мое сознание было наполнено смятением: что стоили мои трудности по сравнению с его горем!
На другом конце стола, напротив спокойного Хуана Хосе, потрясшего меня своей красотой, я чувствовал, как мое сердце наполняется состраданием. Своими тонкими детскими руками он машинально орудовал вилкой и ножом и, казалось, больше не думал о случившимся. Его черные как смоль волосы были зачесаны назад и слегка припухшие, красиво выгнутые губы, делали его лицо более чувственным. Несмотря на свой нежный возраст, у него была развитая мускулатура и он был хорошо сложен в плечах. Его смуглое лицо выдавало в нем андалусский тип, но никак не каталонца. Я не стал задавать ему излишних вопросов, в это военное время, мне показалось это неуместным. Хотя я не знал откуда он родом (и даже его фамилия оставалась для меня тайной) я считал его своим давним знакомым — мы понимали друг друга с полуслова.
Официант подал нам arroz a la cubana. Ввиду ситуации в стране, кушанье было хорошим, если не сказать отменным. Завсегдатаи успели уже покинуть отель и в столовой можно было видеть только военных. Их винтовки стояли возле стульев и даже лежали на столе.
У некоторых на щеках была трехдневная небритость. Словоохотливые и возбужденные, они говорили о скором вооруженном восстании и о грядущей новой эре.
Вдали снова послышались оружейные выстрелы. Взгляд Хуана Хосе внезапно застыл. Он невольно выронил из правой руки вилку и принялся разминать кусок хлеба, который он держал в другой руке. Он попытался что-то сказать, но его губы сжались сами собой. Мне показалось, что в этот момент он отсутствовал и его мысли были очень далеко.
Официант принес кофе и бросил на мальчишку удивленный взгляд. Встав со стула, я схватил Хуана Хосе за руку и сказал официанту примерно следующее: «Он плохо себя чувствует, наверное у него еще не прошли боли в животе. Я отведу его в номер и там же я выпью кофе». Хуан Хосе машинально проследовал за мной по пятам. Оказавшись в комнате, я снял с него alpargatas и налил ему немного коньяка. До того как я успел его заставить сделать глоток, он разразился рыданиями, уткнувшись лицом в подушку. Это была реакция на испытания, которые он стоически преодолел: он плакал горячими слезами… Его рыдания прерывались обрывистыми фразами papa… no puedo mas. Естественно, он больше не мог держать в себе то, что случилось.
«Te ayudare en lo que pueda».
Я погладил пальцами его черную шевелюру. Он успокоился. Слезы облегчили его на некоторое время. Он выпил глоток коньяка.
«Постарайся немного поспать».
Его взор снова засиял, дав тем самым понять, что мальчик меня понимал.
«Хорошо, я попробую».
Усевшись за стол перед окном, я наблюдал сквозь припущенные жалюзи за тем, что происходило снаружи. Было около четырех часов пополудни, судя по отражению солнечных лучей на бульваре и море. Недалеко от променада стояли два грузовика с открытыми кузовами, где сидели вооруженные люди в рубашках с коротким рукавом. Некоторые из них казались еще юнцами, вчерашние мальчишки. Кто-то скручивал сигары, кто-то заряжал ружья. Над водительской кабиной каждого грузовика развивался большой красный флаг. С двух сторон на кузове были написаны краской три буквы F. A. I. Через какое-то время грузовики тронулись с места и выехали на дорогу. Несколько зевак на обочине улицы продолжали обсуждать последние события. Казалось, они не могли о чем-то договорится, но, будучи слишком далеко от них, я не смог уловить смысл их спора.
Я бросил взгляд на кровать. Мальчик лежал, распластавшись. Одна рука свешивается с кровати, голова чуть наклонена вправо, спокойное дыхание.

Коста Брава - Бернар Фриц => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Коста Брава на этом сайте нельзя.