А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Абузяро Ильдар

Воз душных кошмаров


 

На этой странице выложена электронная книга Воз душных кошмаров автора, которого зовут Абузяро Ильдар. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Воз душных кошмаров или читать онлайн книгу Абузяро Ильдар - Воз душных кошмаров без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Воз душных кошмаров равен 13.08 KB

Воз душных кошмаров - Абузяро Ильдар => скачать бесплатно электронную книгу



Абузяро Ильдар
Воз душных кошмаров
Ильдар Абузяров
Воз душных кошмаров
Рассказ
Кюллики всю ночь снились кошмарики - она поняла это, как только проснулась, потому что постель была мокрой от тринадцатого пота, и даже кончики волос были влажны, будто она мыла накануне шампунем голову, а потом сушила, сушила, сушила, а волосы всё не сохли, а скоро уже идти на свидание с Суло... - о, кошмар!
Ведь свидание с Суло всегда сулит что-то хорошее: может быть, мороженое, ведь у Суло всегда есть деньги, а может, и мороженые пельмени, которые Суло так хорошо жарит на растительном масле, нет, что ни говори, а Суло - он такой милый, словно суслик с взъерошенной шерсткой, и у него есть непригорающие сковородки и нерафинированное масло, хотя в Суло она и не была влюблена, а волосы всё не сохнут. В общем, Кюллики снились кошмарики.
"Ну хоть бы они были не такими ломкими и не с такими секущимися концами! - думала Кюллики за завтраком, крепким кофе, - всё-таки надо поддерживать фигуру и тонус. - И хоть бы я не проснулась от собственного крика, как позавчера, когда мне приснилось, что ко мне приближается сверхъестественная сила и смотрит на меня спящую, смотрит, смотрит, смотрит. От этого с ума можно сойти".
Из-за страшных воспоминаний и слишком вязкого кофе у Кюллики пересохло во рту, и ей захотелось ложку растительного масла или хотя бы стакан минеральной воды. "Ну что, пора идти мыть голову шампунем с растительными экстрактами: жожоба и крапивы, - подумала Кюллики. - Или кефиром. А потом мазать шею и лицо маслами зародышей пшеницы и соевых бобов".
И только она подумала о зародышах соевых бобов и пшеницы, как сразу вспомнила о зародыше любви и зародыше ребенка, которого ей удаляли клещами, а все потому, что этот мерзавец обманул ее...
К тому же все эти процедуры, все эти посещения врачей требуют столько времени, не говоря уже о волосах с их укреплением, окраской и завивкой.
А времени так катастрофически не хватает, и надо еще на него заработать, и даже в выходные дни время поджимает, как новые туфли, когда они с Суло гуляют по Финланд Кату, едят мороженое и пьют кофе со сливками. В общем, всё проходит так мило, хотя и коту под хвост, и Суло такая прелесть, что Кюллики было уже подумала: а не влюбиться ли мне в Суло? Подумала и не влюбилась.
Но, с другой стороны, почему Суло выбрал именно ее, Кюллики? "Что он во мне нашел?" - думала Кюллики. Ведь для Кюллики самым важным в мужчинах было то, что они сами находили в ней.
"Ну вот еще! - думала Кюллики. - Буду я в него влюбляться до того, как узнаю, почему ж он выбрал именно меня!". Ведь в любви к мужчине для Кюллики была самым важным тайна любви этого мужчины.
И они гуляли по Финланд Кату, а потом ели блинчики "Морозко" с майонезом, мороженые пельмени, мороженое с киви, кофе с шоколадным мороженым. И у Кюллики было такое впечатление, будто с Суло она сосет грудь мамки, - уж таким он был правильным ухажером, этот Суло, - и в животе начиналось несварение. А когда Суло предложил ей еще и молочный коктейль, у Кюллики в животе начались такие колики, что хоть реви, хоть плачь тихонечко... Но и от этих слез внизу живота не мокреет, а волосы, кажется, уже вновь загрязнились.
А еще этот банковский клерк Суло всю дорогу только и рассказывает, как о своей работе. О дебетах и кредитах. И как все замечательно сходится. А потом вдруг, ни с того ни с сего, разнежился, разоткровенничался и даже признался в проколе, который их банк совершил, выдав кредит этому пройдохе и паразиту Тайсто. Этого Суло по подписанным им обязательствам делать было ну никак нельзя, потому что любой прокол ставит под сомнение репутацию фирмы.
- Конечно, деньги мы дали Тайсто небольшие, но все-таки ты лучше об этом никому не говори.
- Хорошо, не скажу, - тронули до слез откровения Суло Кюллики.- Не буду тебя выдавать, а то вдруг тебя еще премии лишат. Я ведь тебя и так объела.
- Да брось ты, не переживай так за нашу фирму! - И Суло, и Кюллики казалось, что они уже могут доверять друг дружке. - Скажу по секрету: я даже в глубине души считаю - здорово, что этот Тайсто наколол нашу фирму, Кюллики. Деньги ему вернуть было не с чего - откуда у него деньги? И имущества никакого. Банкир так бесился - ты бы видела! А я так радовался, когда увидел, как расстроился шеф! - Было заметно, что Суло и сейчас очень радуется, рассказывая об оплошности банка. - А все-таки он молодчина, этот Тайсто! - И ему, Суло, в радость это приключение со знаком минус. - Нет, все-таки он молодец, этот пройдоха Тайсто: ведь теперь ему можно рассказывать по большому секрету об оконфузившемся шефе близким друзьям, пока те заливаются смехом и слезами! На-ка лучше, Кюллики, возьми салфетку.
- Суло, скажи, - спросила Кюллики сразу после того, как Суло вытер ей салфеткой слезы, - а почему ты ухаживаешь именно за мной? Я тебе нравлюсь?
- Потому что, - растерялся Суло, - потому что ты мне нравишься. Ты это верно подметила, Кюллики.
- И все? Так мало? А разве тебе не нравятся другие женщины? Разве тебе не нравятся Кайса и Малле или Туови и Люлли? Разве тебе не нравятся твои друзья или коллеги по работе и их милые детки? Разве тебе не нравятся дубовые стулья в этом ресторане и вон та кошка у дверей? И даже афера Тайсто, разве тебе не понравилась афера Тайсто, о которой ты сейчас с таким восторгом рассказывал?
- Ну не знаю, как тебе сказать, все вы мне, конечно, нравитесь... - И их откровенный разговор продолжился, хотя Суло так и не смог вразумительно объяснить, кто ему больше нравится. - Да и этот Тайсто - тоже молодец... - В общем, банковский клерк Суло окончательно запутался.
"И чего это Суло вдруг нашел в Тайсто положительного?" - не понимала Кюллики, возвращаясь на трамвае домой. Ведь он был, что называется, попрошайкой, не чета Суло. Ведь Тайсто - он сидел на бордюре улицы Проломной и собирал милостыню, а не сидел в банковском офисе на большом крутящемся стуле-кресле и не открывал депозиты, как Суло. К тому же он, Тайсто, был попрошайкой даже еще в те времена, когда звонил Кюллики и просил: "Кюллики, пожалуйста, поговори со мной!".
Он все время о чем-то просил Кюллики. Ему все время было что-то нужно от людей, которые его окружали. Сам же он ровным счетом ничего дать не мог, потому что не мог сделать чего-нибудь путного, а даже если и начинал что-то путное, то тут же бросал это на полпути. И от этого Кюллики не могла найти в нем ничего положительного. И ей ровным счетом не за что было сказать ему спасибо...
Когда наконец занятая Кюллики, вся уставшая, сбитая с толку и вот-вот с ног, вернулась домой, она тут же завалилась спать. Живот был полон всякой снеди - аж пошли какие-то колики: никогда еще Кюллики так не наедалась. И, может быть, от переедания, а может, от усталости ей приснилось, будто она, такая маленькая, маленькая, как ребеночек, идет по коридору, даже не идет, а как бы плавно плывет в полуметре от пола, сначала к холодильнику, а потом к книжному шкафу и разглядывает корешки книг. Толстых книг с золотым тиснением.
"Ага, надо будет запомнить названия этих книг, - думает Кюллики во сне, - чтобы потом сверить". И вдруг она чувствует, как на нее надвигается что-то очень тяжелое. Прямо из коридора приближается что-то чересчур большое, двигаясь между стеллажами с книгами. Да это же чья-то грубая, неухоженная рука размером с ее голову! - и она берет Кюллики прямо за лицо, как за корешок книги, там, где у книги с листа сусального золота оттиснуты по трафарету буквы, - да так аккуратно, словно это не буквы, а накладные ногти. Берет своей грубой лапищей, врезаясь грязными ногтями в изящную буквицу, отчего та трещит, - и тащит, тащит к дивану с засаленной подушкой.
А потом при ярко зажженном свете читает эту книгу, не давая Кюллики спать, стиснув, прижав ее к стене тисками ягодиц и время от времени врезаясь в ребро то книги, то Кюллики, своими стальными, как те клещи, которыми из нее вырывали зародыша, пальцами.
В общем, Кюллики всю ночь мерещились глюки, да такие страшные, особенно та лапища с ненакрашенными ногтями! Будто это она, Кюллики, их забыла накрасить, хотя ей уже пора бежать на работу, а поздно вечером у нее еще свидание с культовым, как любил он сам подчеркивать, журналистом Эсой, хотя Кюллики каким-то там культовым он не казался.
А на свидание с Эсой она ходила, чтобы хоть что-то найти в мужчинах, чтобы хоть что-то найти и за это зацепиться. А еще - чтобы хоть как-то провести время. Ведь на свиданиях культовый журналист Эса водил Кюллики исключительно на выставки и премьеры. Где они ели на халяву барбекю, и пили на халяву водку "Финляндия", и, как правило, на халяву рассматривали с неприлично близкого расстояния бабу Ню местного художника Кистти, про которую Эса говорил, мол, опять он рисует свою жену Нюннике, потому что на натурщиц у него не хватает денег.
Ну за что, скажите, цепляться в этом худосочном Эсе после подобных слов? К тому же эти премьеры всегда начинаются так поздно, будто артисты и художники вовсе не работают! В общем, Кюллики была крайне недовольна. А потом Эса как бы с ленцой и очень по-эстетски, не отрываясь от Ню глазами, дескать, ничего, ничего, - протягивал свои длинные ухоженные пальцы к бутылочке "Лаппенкульте". Отчего Кюллики еще больше стеснялась своих ненакрашенных обломанных ногтей и прятала их вместе с посиневшими от холода ладонями под свисающим с плеч шарфом. Ведь Эса замечал самые незначительные вещи. Например, он уже более получаса разглядывал родинки на шее этой Ню.
- Смотри, у меня родился экспромт! - сказал Эса и тут же продекламировал:
- Кто увидит муху в черном квадрате,
Не увидит в заднице мухи черной дыры!
Да, Эса очень любил пить пиво "Лаппенкульте" (Золото Лапландии) и делать культ из самых незначительных на первый взгляд вещей. Например, черные квадратики на шее у Ню на картине под названием "Мадонна и ее ребеночек", очень почему-то напоминающие Кюллики обыкновенных мух, самому Эсе напоминали концепцию.
- Эса, а мне сегодня снился сон про тебя, - вкрадчиво, пытаясь отвлечь внимание Эсы от другой женщины, прошептала Кюллики.
- Да? И что же это был за сон? - как бы с ленцой интересуется Эса, продолжая внимательно разглядывать черные квадратики на шее мадонны, списанной Кистти с жены и рафаэлевской картины одновременно.
- Это был сон про книги, которые ты написал или, возможно, напишешь. Они такие красивые, Эса! Но их разрушает какая-то неведомая, страшная сила.
- Я знаю, о чем ты говоришь, - зевнув, словно с ленцой, заметил Эса. Эта та самая сила, что подкидывает мне во сне идейки, подталкивает меня написать книги, которые никто и никогда не сможет постигнуть.
- Почему, Эса?
- Потому что эта сила подкидывает мне идейки огромной разрушительной силы. Это очень страшные идеи, и никто, кроме нас двоих, не увидит их красоты.
После этой фразы Эсы Кюллики чуть не поперхнулась, потому что слова культового журналиста уж очень походили на предложение.
- Кроме нас двоих, Эса? - переспросила Кюллики, дотронувшись пальцами до вспотевшего, рельефного, словно бутылка из-под "Лаппенкульте", лба Эсы.
- Да, кроме меня и... - Тут Эса как ни в чем не бывало протянул руку еще к одной бутылочке пива, хотя был уже от выпитого достаточно вялым, совсем как мокрая половая тряпка. - И еще, может быть, этого паразита Тайсто...
- А скажи-ка, Эса, почему ты возишься именно со мной? - спросила Кюллики после минутного шокового оцепенения. - Ведь я такая глупая, не то что Тайсто. Ведь я ничегошеньки не понимаю из того, что ты пытаешься мне втолковать.
- Эта сила - она сводит меня с ума, - продолжал твердить свое, словно войдя в транс и уже не обращая внимания на Кюллики, Эса. - Она преследует меня по ночам и не дает мне покоя даже сейчас. - С этими словами он отхлебнул порядочный глоток "Лаппенкульте", и на его лбу высупили такие же крупные капли, какие были на гладком стекле оттаявшей бутыли.
Но, даже когда Эса напивался "Лаппенкульте", он не предпринимал никаких шагов в сторону сближения с Кюллики.
"И чего они все находят в этом проходимце Тайсто? - вопрошала себя Кюллики. - Вот и журналист Эса что-то да нашел в нем положительного. Иначе сказал бы он, что Тайсто его поймет! И булочник Пекка тоже как-то похвалил Тайсто. А клерк Суло, что собирает клевер зеленой валюты в банке, - он смертельно боится Тайсто, но тоже как-то сказал, что Тайсто молодчина. А я ну ничегошеньки не могу в нем найти хорошего! Впрочем, - вдруг неожиданно вспомнила Кюллики, - я тоже вначале была очарована Тайсто".
Это когда однажды этот негодяй Тайсто набрался смелости, позвонил пьяный и буквально сказал следующее:
- Кюллики, я люблю тебя. Будь, пожалуйста, моей.
- Как? - спросонья не разобралась Кюллики.
- Очень просто: возьми и будь.
- Ты издеваешься надо мной, Тайсто?
- Да, издеваюсь, - рыгнул-кивнул в трубку Тайсто. - Это ты хорошо уловила. Ведь я, Кюллики, вампир, и мне просто необходимо для остроты ощущений кого-нибудь помучить. Вот я и решил помучить тебя. Ну так что будешь моей или нет?.. Ну хотя бы на эту ночь, а, Кюллики?..
Эта ситуация очень позабавила Кюллики. Ведь никто и никогда еще не делал ей подобных предложений. А тут - пьяный мужчина. И с ним, не заботясь о последствиях, можно поболтать о чем угодно - все равно он назавтра все забудет. И эту ночь можно провести так весело!
- Скажи мне, Тайсто, - вдруг спросила Кюллики, - а зачем я тебе нужна?
- Ну это очень просто! - И тут Тайсто как начал непринужденно перечислять ее достоинства!
Вспомнив это, Кюллики стала корить и себя, и Тайсто: "О, какая я была тогда дура! Зачем я позволила себе тогда веселиться, зная, что веселиться на ночь нельзя, что от веселья на ночь ночью снятся кошмарики?" И откуда он только, этот Тайсто, узнал номер ее телефона? И откуда только он узнал обо всех ее достоинствах?
Впрочем, и сегодня ночью Кюллики опять спала плохо, всё меняла позицию, будто она спала не одна, а со страстным мужчиной, и даже не страстным, а ужасно надоедливым большим мужчиной, который, не переставая, гладил ее по ногам, тискал, сжимал в своих объятиях. Словно пытался сделать из нее что-то совсем иное, слепить из ее тела, как из теста, новую, подходящую для него форму. И его прикосновения были до того неприятны, до того липки и шершавы одновременно, до того приторно сладки, что Кюллики очень хотелось сбросить кожу в том месте, где до нее дотрагивались. Она уж и на спину ляжет, широко расставив ноги, и на живот, подогнув коленки под подушку собственного живота, чтоб этот мужчина, не стесняясь своего внешнего вида, наконец-то вошел-провалился в нее, проявив и удовлетворив тем самым свои скотские похотливые желания. Наконец-то бы уже взял ее, перестав мучить, да хотя бы и сзади, по-собачьи.
А потом Кюллики приснилось, как кто-то ползет сзади по ноге. Кто-то очень склизкий и неприятный. В общем, Кюллики стало плохо от этого кошмара, аж в животе закололо. Хотя с утра не нужно было бежать на работу: все-таки выходной. Зато ей уже к двенадцати бежать на свидание с булочником Пеккой, чтобы хотя бы что-то найти в этих мужчинах. А потом еще она обещала позвонить своей подружке Лийсе и рассказать, что она сегодня такого нашла. Но тело после бессонной ночи было вялым, и маленькие морщинки-трещинки на веках и на шее, к тому же лицо выглядит как-то очень бледно, а под глазами синяки. И все это надо срочно поправить, замазать пудрой. Той самой волшебной пудрой, что запудривает не только отражение в зеркале, но и мужчин. Той самой сладкой пудрой, что от торопливости попадает в рот.
И все это просто необходимо сделать быстро, пусть даже съев лишку сладкого, чтобы не проиграть в глазах Пекки. Ведь в булочной у Пекки все плюшки подтянуты и подрумянены. Все булочки круглые и аккуратные - ну ни в какое сравнение с ней, Кюллики. Да и сам Пекка весь такой круглый и сияющий - просто воздушный шарик в тесте. И имя очень подходящее для булочника, хлебное... Вот бы родить от него, такого пухленького увальня, рыжих близняшек и тем самым обессмертить его булочную.
"Хотя сам Пекка мне не очень-то нравится, его дети наверняка будут очень красивыми и здоровыми", - думала Кюллики. Ведь в каждом из своих мужчин, кроме Тайсто, Кюллики все-таки что-то да находила, потому что хотела хоть что-то найти. Журналист Эса был у нее таким интеллектуалом, а Суло просто банкиром с золотым сердцем, а кондитер Пекка - добрейшей души человеком с золотистыми булочками в приданое. Вот сейчас он сидит и на полном серьезе рассказывает Кюллики о том, как приятно наблюдать за набухающим под тряпками тестом. И эти его слова выглядят ничуть не двусмысленно, потому что Пекка не умеет говорить речи с двойным дном.
- Пекка, - вдруг, перебивая, спросила Кюллики у булочника, хотя от подружки Лийсы знала: перебивать мужчин ни в коем случае нельзя - они от этого теряются, - Пекка, а ты хотел бы иметь детей?
- Детей? - остановился Пекка. - Детей заводить пока я еще не могу себе позволить, Кюллики. А кто, скажи, их будет кормить? А кто воспитывать - ведь я целые дни провожу в своей булочной. Нет, решиться на такой безответственный шаг мог бы, пожалуй, только Тайсто, ведь он все равно их не будет воспитывать и содержать. Чего ему голову ломать, этой сволочи?
- Тайсто? - оторопела Кюллики. - А что ты знаешь о детях Тайсто?
- Говорят, он никогда не заботится о предохранении. И даже кого-то уже успел обрюхатить. Хотя гадалка Сонники заявила мне однажды, что он обрюхатил одну девицу ложной беременностью, а они как-то связаны с ночными страхами. И что эта девица пару раз приходила к ней на сеанс.
- Пекка, а ты-то что делал у гадалки Сонники?
- Хотел, Кюллики, узнать: нравлюсь ли я тебе? - глядя в глаза Кюллики, спросил Пекка, и, не получив никакого ответа - сначала от гадалки, а теперь и от Кюллики, - поспешил перевести разговор на другую тему. - Кстати, Кюллики, ты не знаешь, кто бы это мог быть, какая это девица ходила к гадалке Сонники?
- Скажи, Пекка, а как, по-твоему, - ответила вопросом на вопрос Пекки Кюллики, что ему показалось очень странным, - как, по-твоему, я была бы хорошей матерью?

Воз душных кошмаров - Абузяро Ильдар => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Воз душных кошмаров на этом сайте нельзя.