А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Это ничего, что зима холодная, зато какая красота.
- Красота опасна. Иногда она тяготит не хуже мороза.
Его голос прозвучал как-то отдаленно, словно он говорил не о зиме. Интересно, о чем он думает?
Патрисия снова посмотрела на долину и заметила извивающуюся линию.
- Там река?
- Да, она берет там свое начало. За следующей грядой находится водопад, дающий ей жизнь.
- Удивительно, как это она не замерзла?
- Какая-то часть наверняка покрылась льдом. Но водопад поддерживает ее течение.
Поднявшийся легкий ветерок заставил Патрисию поежиться, она подняла воротник и спрятала руки поглубже в карманы.
- Пора возвращаться, - заметил Стоун.
- Жаль уходить от такой красоты, но ужасно холодно.
По дороге в сторожку Стоун снова шагал впереди, пока Патрисия не наткнулась на камень и не упала. Тогда Стоун взял ее за руку, и они зашагали вместе. Прогулка по сказочно красивым местам, морозный воздух, звенящая тишина - все это наполнило их покоем, умиротворением. Девушка взглянула на шагающего рядом ковбоя. Он показался ей еще более высоким и сильным. Перед ней был мужчина, на которого можно равняться, который протянет руку в трудную минуту.., если не буквально, то поддержит морально.
Она бы могла смотреть на него как на старшего брата.., если бы не их далеко не братский поцелуй. И теперь, находясь так близко к нему, девушка желала лишь одного.., его поцелуя.
Приди в себя, Патрисия! Неужели история с Нейлом тебя ничему не научила?
Мужчинам нельзя доверять. Даже если они и кажутся порядочными...
Нельзя позволить себе зацикливаться, решила она.
Все равно им скоро уезжать. Интересно, увидимся ли мы снова после того, как покинем сторожку? Поцелует ли он меня на прощание?
Вряд ли. Да и стоит ли об этом беспокоиться? В конце концов, они лишь двое незнакомых людей, сведенные вместе волей случая. Они, конечно, успели познакомиться и пообщались, но этого достаточно лишь для того, чтобы стать друзьями.., но насколько близкими? К тому же неясно, есть ли у него постоянная пассия, ожидающая его дома. Он ни словом не обмолвился, когда она его спросила, сказал - вдовец.
Дорога обратно показалась намного длиннее, несмотря на то, что возвращались они по своим же следам. Постепенно холодало, как видно к вечеру мороз усилился. Быстрая ходьба по глубокому снегу не помогла девушке согреться, и Патрисия тряслась от холода. Когда наконец они добрались до хижины, она промерзла до самых костей. Пожалуй, она не чувствовала такого озноба даже в день их приезда. Ей казалось, что никогда в жизни она не испытывала подобного холода. Не успели они войти, как Стоун кинулся растапливать камин. Разведя огонь, он пошел варить кофе. Патрисия уселась как можно ближе к огню, не чувствуя жара. Ее все еще била дрожь, когда Стоун принес ей чашечку кофе.
- Возьми, согрейся.
Патрисия обхватила горячую чашку пальцами. Зубы продолжали беспорядочно стучать, и горячие капли обжигали руки. Напиток разливался по телу приятным теплом, но этого было явно недостаточно, для того чтобы согреться.
- Я могу тебе кое-что еще предложить. - Стоун внимательно смотрел ей прямо в глаза.
- Даже не думай предлагать мне раздеться, чтобы согреть меня своим телом! - Хотя ее стучащие зубы отбивали: да! да! да!
Глава 6
Губы Стоуна изогнулись в улыбке.
- Как бы парадоксально это ни звучало, но я собирался предложить разложить сменную одежду у огня. Когда она достаточно прогреется, тебе будет приятно нырнуть в теплую ткань.
Патрисия покраснела: в следующий раз, Патрисия, если захочешь что-нибудь ляпнуть, подумай хорошенько.
Стоун подошел к шкафу и достал одежду. Затем пододвинул поближе к разгоравшемуся пламени одну из лавок, стоявших вокруг стола. Сначала он разложил ее одежду, затем спальник, предварительно его расстегнув.
Она сделала глоток, поставила чашку на плиту, снова подставив руки огню. Девушка упорно разглядывала пылающие язычки пламени, только бы не смотреть на Стоуна. Собственно, что он от нее хочет?
Безусловно, она права, подозревая, что он хочет заняться с ней любовью от нечего делать.., ну, а теперь, когда они скоро покинут убежище, ему это уже не нужно.
Минут через десять они перевернули одежду на другую сторону.
- Ну вот, готово, - констатировал Стоун вскоре. - Я вернусь минут через пятнадцать.
Переодевайся.
- Ладно.
Зачем ему понадобилось выходить? Последний раз он просто отвернулся. По идее, она должна быть ему благодарна, а не размышлять над причиной его поступка. Может, он боится, что не выдержит и поддастся искушению?
В глубине души девушка лелеяла эту мысль. Ей хотелось почувствовать себя женщиной, которой добиваются! После всего пережитого так хочется чувствовать себя желанной.
Довольно, дорогая, себя недооценивать.
Твоя проблема вовсе не в этом. Просто предательское поведение Нейла свело на нет твое alter ego, ты должна сделать все, чтобы утвердиться как в собственных глазах, так и в.., но в чьих?.. Стоуна? Ну, а если даже нет, не надо забывать о том, что они лишь встретившиеся в океане корабли. Два незнакомца, сведенные судьбой на несколько дней.
Как только дверь закрылась, Патрисия начала переодеваться. Обнаженная кожа покрылась мурашками, но нагревшаяся у огня одежда моментально исправила дело, окутав девушку приятным теплом.
Придвинувшись поближе к огню, Патрисия снова взяла свою чашку и сделала большой глоток. Постепенно нагретая одежда отдавала Патрисии свое тепло, теплее стало и в комнате.
Девушка снова отставила чашку и накинула на плечи спальный мешок.
Дверь слегка приоткрылась.
- Можно? - послышался голос за щелью.
- Да. Входи.
Мужчина стряхнул с сапог снег и зашел в комнату. Скинув уличную одежду и аккуратно развесив ее у огня, он подошел к ней.
- Согрелась?
- Поначалу я согрелась, но сейчас снова замерзаю.
Стоун подошел сзади и, обхватив девушку за талию, притянул ее к себе. Его плечи создали чувство комфорта и защиты.
Некоторое время она стояла неподвижно, наслаждаясь теплом, потом повернулась к нему.
- Так лучше? - улыбнулся он.
- Определенно.
- Я рад.
Мужчина не спеша наклонил голову и отыскал ее губы. Странно, но его губы были намного теплее ее, хотя он и пришел с мороза.
Стоун взял ее за плечи и повернул к себе лицом, продолжая целовать. Девушка обмякла на его груди, отдаваясь во власть исходящего от мужчины желания. Тепло было не только там, где встретились их губы, - оно проникало повсюду, пронизывая все ее тело.
Вскоре Стоун оставил ее губы и перешел на шею. Патрисия запустила руки в его волосы, не обращая внимания на сползающий спальник, однако их тесно сомкнутые плечи так и не дали ему упасть.
Когда его губы нащупали пульсирующую чувствительную жилку, девушка замерла. А увидев кончик его языка, показавшийся за полуприкрытыми губами, задрожала.
- Ты дрожишь? Тебе все еще холодно, дорогая? Может, еще кофейку?
- Я.., я дрожу не от холода, ты мог бы догадаться.
Он выпрямился и с улыбкой посмотрел на нее.
- А я, как ты считаешь, целую тебя от нечего делать? И ты тоже бросаешься ко мне в объятия от скуки?
Краска бросилась девушке в лицо.
- Вовсе нет.
- Я хочу, чтобы ты знала: скука не имеет ничего общего с моим чувством. Я хочу целовать и обнимать тебя потому, что ты мне нравишься, от одного вида твоих рыжих волос я возбуждаюсь, ну а потом, ты здорово целуешься, я же попробовал.
- Я не понимаю, что со мной? Может, это сторожка воздействует на наши гормоны?
- Я понимаю, о чем ты говоришь, мне доводилось испытывать воздействие сторожки, когда я оставался здесь один. Некое беспокойство загнанного зверя, но это совсем другое. - Он коснулся ее щеки. - У меня не хватает слов, чтобы выразить, как ты на меня действуешь.
От него веяло таким жаром, что сомнения по поводу своей нежеланности у Патрисии отпали, его слова были бальзамом. Этот пижон и шельмец Нейл не хотел ее, но можно ли его сравнивать с ковбоем Стоуном?
Он хотел ее, и это превзошло все ее мечты и фантазии в первую ночь в сторожке.
Где-то в глубине ее души еле слышный голос предостерегал: не стоит идти на поводу своих желаний, они скоро расстанутся, к тому же живут в разных штатах. Но впервые в жизни девушка отказалась подчиняться голосу разума, просто она уже не владела собой.
Он хочет ее. Она хочет его. И сейчас, сию минуту, и только это имеет значение.
- Я хочу тебя, Стоун.
Его грудь вздымалась от переполнявших желаний, и он прижал ее к себе еще крепче. Их губы вновь слились в страстном поцелуе-обещании...
Вскоре Патрисия почувствовала, как упал на пол расстегнутый спальник, а Стоун страстно сжал ее в своих объятиях. Она продолжала ощущать магическое действие его губ.
Руки Стоуна протиснулись между их телами и начали расстегивать ее блузку. Девушка замерла в сладостном предвкушении момента, когда она сможет прижаться к его обнаженному телу.
Трепетно дрожащие пальцы мешали девушке быстро расстегнуть пуговицы на его рубашке.
Коснувшись наконец его накачанного живота, Патрисия ощутила пробежавшую под пальцами судорогу.
На секунду Стоун оторвался от ее губ, но лишь для того, чтобы расстегнуть ремень. Ослабив джинсы, мужчина обнял девушку за талию, позволяя ей снять с него рубашку. Расстегнув последнюю пуговицу, Патрисия растерялась. Что делать дальше? Однако его ободряющая улыбка пришла на помощь. Улыбнувшись в ответ, девушка принялась стягивать его рубашку, а Стоун в свою очередь помог раздеться ей.
- Здесь нам будет теплее, - сказал он, расстилая спальный мешок у камина. И, стащив с кровати подушки, взял девушку за руку, увлекая за собой на пол.
Она уже давно не чувствовала холода, его руки согревали тело, пронизывая девушку сладостными ощущениями. Теплые и шероховатые от грубой работы, они скользили по ее обнаженному телу.
Он неторопливо исследовал каждый участочек ее тела, начиная со спины. Томный вздох, вырвавшийся из груди девушки, когда его большие, теплые ладони накрыли ее груди, сблизил их еще больше.
Стоун прикрыл глаза, не выпуская из рук ее набухших сосков. С его губ слетали сладострастные стоны.
Одним легким движением Стоун стащил с нее рубашку и отбросил ее в сторону. Его взору предстал кружевной нежно-розовый бюстгальтер. Кончиками пальцев Стоун касался его кружевных краев, и ее еще сильнее набухшие соски плотно прижались к облегающей их ткани.
Склонившись над девушкой, Стоун продолжал ласкать ее губами. И когда ее тело задрожало от еле сдерживаемого желания, он расстегнул крючок бюстгальтера. Вожделенно лаская ее обнаженное тело, он доводил ее до полного исступления, и каждая частичка ее тела сгорала от нестерпимого желания.
До того как он скинул свою рубашку и прижался к ней обнаженным телом, она думала, что это предел мечтаний и лучше просто не бывает.
- О боже, - прошептала она.
В первый же день их знакомства, когда он подхватил ее на руки, она оценила его мускулистое, упругое тело. Теперь же, прижавшись к нему, она ощутила всю его прелесть. Густые темные волосы на его груди прикасались к ее соскам, усиливая наслаждение.
Патрисия отдалась во власть новых ощущений. Стоун протиснул ногу между ее ног, и, почувствовав, как что-то твердое уперлось в ее бедро, она поняла: он действительно ее хочет.
Тем временем он уже расстегивал ее джинсы. Девушка потянулась к его ремню. Казалось, что ей было холодно, но страсть, полыхавшая в глазах Стоуна, согревала ее. От одного вида обнаженного мужчины у девушки перехватило дыхание.
Он нежно обнял Патрисию. Его пальцы скользили по ее телу, предупреждая любые желания. Когда они опустились ниже пояса, Стоун наклонился и поцеловал ее.
Патрисия ответила на поцелуй, предоставив ему полную свободу. Не сопротивлялась она и тогда, когда он опустился ниже, прикасаясь к ее самым интимным местам, которых не касался еще ни один мужчина.
С каждым прикосновением страсть между ними разгоралась все сильнее.
Патрисия не осознавала, в каком она измерении, совершенно забыв о том, какой сейчас год, день недели и что на дворе зима.
Стоун начал входить в нее. Патрисия вздрогнула. Стоун замер и, приподнявшись на локтях, посмотрел ей в глаза.
- Патрисия?
- Да, Стоун?
- О, дорогая, только не говори, что это у тебя впервые.
Но зачем говорить о том, что сейчас совершенно неважно? Она думала лишь о продолжении этого безумия...
- Так уж и быть, не скажу.
Стоун уткнулся носом в ее шею и тихонько выругался. Патрисия замерла в ожидании. Она была уверена, что сейчас он встанет и уйдет, но Стоун не двигался.
Тогда, скользнув руками вдоль его спины, она коснулась его волос. Патрисия была готова к тому, что скоро они расстанутся навсегда, и старалась запомнить каждое мгновение. Ей хотелось навсегда запечатлеть в памяти ощущение его тела, его запах и привкус поцелуя, надолго сохраняющегося на губах. Биение его сердца и то, как вздымается и опускается с каждым вздохом его грудь. Ей хотелось запечатлеть непокорную жесткость его темных волос, скользящих сквозь ее пальцы.
Все это навсегда останется с ней и будет жить в ее памяти, напоминая о первой любви в ее жизни.
Он зашевелился, и девушке пришлось ослабить объятия. Стоун приподнялся на локтях.
- Лучше бы ты мне сказала.
- А почему я должна была это говорить? Да ты и не спрашивал. Ты просто пошел напролом и сделал это с таким знанием дела и умением, что некогда было даже подумать об этом. Я просто забыла!
Стоун покачал головой.
- Дорогая, это же твоя первая ночь с мужчиной, а ты провела ее на полу в придорожной сторожке.
- И где же, по-твоему, мне следовало ее провести? На постели с шелковыми простынями?
- В общем, да.., но если с шелковыми простынями напряженка, то хотя бы на постели.
- Тогда давай переберемся, - предложила она, пытаясь встать.
- Нет.., не двигайся, - запротестовал Стоун, напряженно стиснув зубы.
Патрисия чувствовала, как напряглись его мускулы, видела, каких усилий стоит ему борьба с чувствами. Как ей это не нравилось.., ей нужен такой, какой он был - страстный, уверенный и не спрашивающий ни о чем.
Переход на кровать займет время и ослабит пыл, он может передумать. Они зашли слишком далеко, и она не собиралась останавливаться.
Проигнорировав его просьбу, Патрисия продолжала обнимать его и настойчиво двигала бедрами. Ритмичных движений оказалось вполне достаточно, чтобы завести его снова.
Застонав, мужчина слегка откинулся и стремительно вошел в нее, на этот раз полностью. Патрисия вздрогнула от острой боли, которая моментально сменилась доселе незнакомым наслаждением.
- Теперь хорошо? - спросил Стоун.
- О, да! - Патрисия смогла лишь криво улыбнуться.
И это было именно так. Ей было тепло и хорошо. И может быть, впервые в жизни девушка чувствовала себя такой защищенной и уверенной в себе. Патрисия закрыла глаза и растворилась в наполнявшем ее восторге.
Постепенно интервалы сокращались, а с ними вместе ускорялось биение ее сердца. Где-то в глубине нарастало напряжение. С каждым толчком оно набирало силу, пока не достигло апогея. Из груди Патрисии вырвался восторжекнный крик.
Вслед за ней громко застонал и Стоун. Пораженная силой и глубиной его чувств, Патрисия крепко прижала его к своей груди.
Когда страсти улеглись, Стоун нежно поцеловал ее в губы и, перевернувшись на бок, увлек ее за собой, заботливо укутав спальником. Патрисия прильнула щекой к его груди. А он бережно целовал ее спутавшиеся волосы.
Вскоре танцующее в камине пламя загипнотизировало девушку. Она смотрела на его алеющие язычки, чувствуя, как мерно вздымается грудь Стоуна. Расслабленная и томная, она поддалась обволакивающей неге и постепенно погрузилась в сон.
Подбородок Стоуна покоился на макушке Патрисии. Ее волосы нежно щекотали его щеку. Спокойный ритм ее дыхания говорил о том, что девушка крепко спала.
Он все еще не мог поверить, что до него она была девственницей. Она уже не ребенок, к тому же была помолвлена.
Надеюсь, что она не жалеет о случившемся, подумал Стоун. Интересно, почему она выбрала его? Или просто ее обуяла страсть, такая же сильная, как его?
А может, она была права и на них воздействовала романтическая атмосфера сторожки? Господь не даст соврать, такое с ним впервые.
Но когда он узнал, что она девственница, первым его желанием было ретироваться. И если бы она его не спровоцировала, он бы так и сделал.
Она была на высоте...
Надо признать, что она невероятно чувственна и заводится с полоборота.
Поглаживая руками ее спину, Стоун не переставал удивляться ее бархатистой коже. Он посмотрел на пламя. Его язычки напомнили ему рыжеватые пряди ее волос.
Он глубоко вдохнул и слегка улыбнулся. Блаженное чувство умиротворения наполнило его тело. Он давно не чувствовал себя таким счастливым. Его распирало желание остановить время.., и лежать так, обнявшись с этим доверчивым теплым созданием, прижавшимся к нему, целую вечность.
Какая жалость, что она далеко живет. Он уже определенно к ней привязался.
Патрисия пробудилась не сразу. В полусне она обратила внимание, что в домике тепло. После холодной сторожки это необычайно здорово.
Сторожка? А разве она уже дома? Девушка медленно открыла глаза. Мгновенно сообразив, что она все еще здесь, Патрисия поняла, что источником тепла был Стоун.
Пока они спали, солнце село. А поскольку они не зажигали ламп, комната освещалась лишь слабым пламенем, полыхающим в камине и окрашивающим комнату розоватыми тенями.
Патрисия посмотрела на Стоуна. Его глаза были закрыты.
Но, словно почувствовав ее взгляд, Стоун проснулся. Именно эти невероятно соблазнительные голубые глаза сразу и навсегда покорили ее сердце.
- Привет, - улыбнулась она. Стоун притянул ее к себе.
- Как самочувствие?
- Я словно умерла и моя душа вознеслась на небо!
- Замечательно. Извини, что я заснул.
- Я же тоже спала.
- Ты уверена, что с тобой все в порядке? - спросил он, поглаживая ее по спине.
- Со мной все в порядке, Стоун.
- Просто обычно это случается с женихом, или с постоянным парнем, или.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11