А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Кукаркин Евгений

Смерть всегда движется рядом


 

На этой странице выложена электронная книга Смерть всегда движется рядом автора, которого зовут Кукаркин Евгений. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Смерть всегда движется рядом или читать онлайн книгу Кукаркин Евгений - Смерть всегда движется рядом без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Смерть всегда движется рядом равен 111.38 KB

Смерть всегда движется рядом - Кукаркин Евгений => скачать бесплатно электронную книгу



Кукаркин Евгений
Смерть всегда движется рядом
Евгений Кукаркин
Смерть всегда движется рядом
* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ЗНОЙ ПУСТЫНИ
Жара изматывает все тело. Мы сидим в танке совсем раздетые, до трусов. Бронь раскалена и притронутся к ней практически невозможно. Пот противно щиплет глаза и обволакивает тело масляным блеском. Вентиляторы не помогают, горячий воздух пустыни всасывается внутрь машины и тут же выталкивается обратно.
- А у них танки, говорят с холодильниками, - говорит мечтательно мой башнер, красный как рак от жгучего солнца здоровенный парень.
- У них в основном немецкие "Леопарды", изготовлены для войны на Севере. Они мучаются так же как и мы, - звучит снизу голос водителя.
- Не думаю. Израильтяне народ практичный, наверно уже наклепали внутри кондиционеры и чувствуют себя гораздо лучше, - поддерживаю разговор я.
Снаружи приближался вой двигателя бронетранспортера. Машина остановилась около нашего танка, двигатель чихнул и затих.
- Лейтенант, мать твою, - послышался голос начальника штаба, майора Филипенко, - высунь свою физиономию, чтоб я мог полюбоваться.
Я высовываюсь в раскрытый люк. Майор одет по форме, но жара выжала из него обильный пот и гимнастерка покрылась темными разводами грязных пятен. Пыль пустыни сразу же прилипала к влажным местам.
- Ну что у тебя за вид, лейтенант? Сопливый платок на голове. Где форма? Арабы уже смотрят на нас как на дикарей. А ну, давай сюда, да с картой.
Я, обжигаясь о броню, выползаю к майору. Вид у меня действительно, не того; в сапогах, трусах и платком на голове.
Филипенко презрительно кривиться, достает свою карту.
- Смотри, израильтяне выползли всем корпусом вот сюда, - грязный ноготь майора ткнулся в указанную точку. - Вытащи свой взвод на эту отметку. С тобой пойдет взвод Мансура и Сабира. Ты за старшего. Задача: Мы пойдем на встречный бой, ты ударишь сбоку. Хорошенько себя замаскируй, не то они за три километра прошьют твои коробки. Прицелы у них лучше наших.
Я кивнул головой. Мне ли не знать, когда я сменил уже вторую 54-ку.
- И еще, не зарывайся, они нам не раз подсовывали новинки. Вот здесь минное поле, поганое место. Лучше обходи его, израильтяне тоже сюда не сунутся. Сигнал атаки по рации. Все понял? Да, приведи себя в порядок, стыдно смотреть.
Майор пошел к бронетранспортеру и вдруг остановился.
- Скажи этим арабам, чтобы не болтали по рации, а то вас раньше нас прибьют.
Бронетранспортер взвыл и подняв тучу песка и пыли ушел в сторону канала. Я подошел к своей машине.
- Эй, Ковров, выползай.
Недовольное лицо башнера показалось в люке.
- Как что, так Ковров..., помоложе никого нет что ли, - заворчала огромная голова.
- Сейчас пойдешь к лейтенантам Мансуру и Сабиру. Вызови их сюда. Да приоденься, а то сгоришь на этом солнце.
Из машины вылетели штаны и гимнастерка. Опираясь на них, чтоб не обжечь руки о бронь огромное тело выползло наружу. Ковров вяло стал одеваться.
- Сержант Ковров, - я заговорил стальным голосом, - через десять минут лейтенанты должны быть здесь.
Башнер, пробурчал про себя ругательство и, одеваясь на ходу, исчез за холмом. Через десять минут, уже одетый по форме, я встречал гостей. Арабы совсем не потели, одетые как на парад, они вытянулись передо мной.
- Лейтенант Мансур, приказом полковника Али, вы и лейтенант Сабир подчиняетесь мне и входите в мою группу. Переведите Сабиру.
Когда Мансур кончил говорить, я продолжил.
- Через двадцать минут ваши машины подойдут сюда. Пойдете в колонне за мной.
- Но такая жара и пыль, что наши фильтры все время забиваются, возразил Мансур. - Нельзя ли нам пойти растянутым фронтом?
- Нельзя. Каждую остановившуюся машину, расстреляю.
Два офицера с испугом смотрят на меня.
- А каждого командира танка, который хоть слово скажет по рации тоже уничтожу, - подытожил разговор я. - Вам все ясно?
Они кивнули и бросились бежать за холм.
Через двадцать минут колонна танков, поднимая громадные клубы песка и пыли, двинулась на Восток. Мы вышли в указанную точку через час и, спрятавшись за холмами, стали готовиться к бою. Я сам, лично, указывал место каждому танку, его сектор обстрела и район маневрирования. Мансур и Сабир ходили как привязанные собачки и все впитывали в себя. Потом мы попытались замаскировать танки сетями и экипажи затихли в своих коробках.
Наблюдатели позвали меня заметив на горизонте, громадные облака поднятого песка. Масса израильских танков двигался к каналу. Несколько самолетов прошли над нами и очевидно заметив вдали скопление арабской техники в складках местности, сбросили туда несколько бомб и обстреляли ракетами. Танки противника развернулись на ровном месте и двинулись к месту обстрела. Из-за холмов выползли арабские танки и двинулись на встречу израильтянам. Задымили и остановились первые машины с той и другой стороны. Из-за подбитых танков из пыли выползали другие и становились либо новыми целями, либо искали свои жертвы и разделывались с ними. Бой был в разгаре и успеха ни у кого не было.
- Командир, - заорал башнер, - вас вызывают.
Я отозвался на позывные.
Майор Филипенко напрямую без шифровки, охрипшим голос сказал: "Давай парень, отвлеки их, нам немного жарковато".
Я заорал в микрофон.
- Мансур, переведи своим, пора начинать. Всем русским экипажам вперед.
Горячую машину затрясло как в лихорадке, она дернулась и поползла на холм. Я припал к прицелу. Знойное небо исчезло и появилась первая мишень. Ловлю прицельную лазерную точку под срез башни и нажимаю педаль. Машину качнуло. В оптике прицела возникла удивительная картина: без башни израильский танк машинально шел в атаку. Вот и второй. Еще выстрел. Этот остановился, сделав клевок и его затрясло как живого. Нас заметили и часть пушек развернулось, чтобы послать нам смерть.
- Назад, - рявкнул я.
Машина скатилась за холм. Я оглядываюсь и с ужасом замечаю, что Сабировские танки со своим командиром удирают за холмы.
- Сабир, стой, - ору я по русски и по английски.
Но он упрямо уходит. Разворачиваю башню и ловлю луч прицела на его башне. Нажимаю педаль. Его танк буквально разлетелся, бешено изрыгая в небо огонь и черный дым. Остальные машины остановились будь-то уперлись в стенку.
- Лейтенант, - слышу голос Мансура, - остальных не убивай. Они пойдут со мной.
Действительно, танки послушно вошли в ряд к Мансуру и стали маневрировать, выскакивая из-за холмов, стреляя и возвращаясь обратно. Опять вылетаем на холм и не успеваю прицелиться, как рикошетирующий удар по броне звоном отдается в ушах. Вот он обидчик. Получай. Мне уже некогда любоваться, танк скатывается назад. Три танка из моей группы горят на холмах. Прячась за одним из них, выскакиваю на позицию и столбенею. Танковая колонна израильтян раскололась. Одна группа шла на меня, другая дралась с основными силами. Они по всей видимости не знали сколько у арабов здесь сил и бросили сюда танков в двадцать раз больше, чем наших.
- Слушать мою команду, - ору в микрофон. - Отходим на Юг. Мансур, оттягиваем их. Понял. Поэтому старайся стрелять больше из укрытия и отходи.
Мы мотаемся по холмам, отстреливаемся и теряем друзей. Уже нет мандража, одно притупление чувств. Как автоматы выскакиваем, ловим в прицел двигающиеся коробки, выстрел и, если повезет, назад. Нас оттеснили к минному полю. Первым попал на него Мансур. Его танк вместе с грунтом приподнялся и намертво сел с разорванными гусеницами. Нас осталось четверо. Мы уходим в вязкие пески за минным полем. Израильтяне видимо поняли, что мы отвлекаем их малыми силами и повернули обратно.
Вдруг, у одного из наших танков с грохотом отрывается башня и улетает метров на десять в бок. Быстро разворачиваю башню и за минным полем, в полутора километрах, на горке замечаю бетонный бункер с узкими щелями. В одной из амбразур торчит ствол орудия. Черт, наши прицелы на это расстояние не работают. Сволочи конструкторы, не могли бы хотя украсть у них идею. Жить хочется и приподняв ствол на два градуса выше прицельного, навожу перекрестие оптики под пушку. Я должен попасть. Мы стреляем одновременно. Мой танк тряхнуло так, что я врезался глазом в резиновый набалдашник, натянутый на трубку прицела, двигатель заглох, а все снаряды вылетели из своих гнезд вдоль башни. Мы все очумевшие неподвижно сидим в уродливых позах. В ушах воет звон.
- Командир, - разрывая звон, раздался стон в наушниках, - руки, у меня руки...
Мой башнер сидит как орангутанг, упершись лбом в броню и опустив руки. Откидываю люк и выглядываю в сторону горки. Из щелей бункера ползет дым. Рядом с моим танком стоят две машины из их люков высовываются чумазые головы. Я подхватываю башнера за подмышки и с трудом выволакиваю его на раскаленную броню, потом стаскиваю на землю. Руки у него парализованы. Я знаю эту болезнь, болезнь людей прикоснувшимся к броне во время попадания снаряда. К сожалению, это может затянуться. Сержант Ковров может быть безруким навсегда. Выполз механик, он оглох и из носа у него течет кровь.
- Лейтенант, - орет он, - что с вашим глазом? Он у вас заплыл.
С этими словами он свалился у звездочки-колеса и тупо уставился в песок. Подошли другие экипажи. Один русский, другой арабский. Это все, что осталось от нашей маленькой засады.
- У вас работает рация? - спрашиваю у русских ребят.
- Да.
Подхожу к их машине и настраиваюсь на волну Филипенко. Мат и перемат несутся в эфире. Стиль руководства войсками к сожалению у нас традиционен. Докладываю ему обстановку. Майор обрадовался, что я жив и указал место сбора, а в конце добавил: "Мы этих педерастов разнесли в пух и прах".
Механик пришел в себя и сумел со второго раза завести двигатель. Башнера мы затащили на бронь и поползли к месту сбора. На дорогах творилось оживление. Удалось перехватить санитарную машину и сдать им Коврова.
От нашего батальона осталось целыми меньше половины штатных машин. Стали подходить живые с подбитых танков. Приковылял Мансур. Его механик оказался без ног, а ему самому чуть отбило ступни. Лейтенант доволен. Он все время твердит: "Мы победили" и слезы текут по его худым щекам. Действительно, есть отчего плакать, это первая серьезная победа египтян.
Меня вызвал к себе Филипенко.
Еду в "летучке" и ощущаю себя в ней как яйцо в кипятке... Несколько израильских "фантов" пролетают над нами и чувствуется, что горечь поражения они хотят отыграть на чем-то. Впереди забили зенитки. Небо облилось грязью черных пятен - разрывов. "Фанты" не стали рисковать, сделав несколько кувырков в небе они заметили наш "ЗИС".
- Гони, - кричу шоферу, высунувшись на половину из кабинки.
Сзади лопнул взрыв. Мы несемся, а за нами, приметная ото всюду, туча пыли и песка.
- Стой.
Машина затормозила и я чуть не вылетел из кабинки. Впереди ахнула и приподнялась в воздух земля и в туже минуту клубы пыли и песка, несшиеся за нами обрушились на нас. Стало темно. Минут через пять посветлело и наконец мы опять увидели дорогу. Самолетов не было.
Филипенко опять скривил губы увидел в меня таким грязным. Пыль и песок окрасили одним цветом лицо и одежду.
- Докладывайте полковнику, он здесь.
Полковник сидит за картой и с ухмылкой смотрит на меня. Я докладываю о бое, о потерях. Он монотонно кивает головой.
- Так что с ним делать, майор? - задает вопрос полковник после окончания доклада.
- Выпороть бы надо. Черт его знает, как еще отразиться эта расправа над лейтенантом Сабиром. Ну удирал бы и удирал. Они бы сами решили потом, что с ним делать.
- Ладно. Что сделано, то сделано. Будешь свою вину исправлять, пойдешь советником в батальон.
- Это что, повышаем его? - изумился Филипенко.
- Нет. Они сами попросили. Мансура ставят командиром, а его ему в помощники. А что бы не было осложнений, мы не будем поощрять его за этот бой.
- Но это все равно поощрение, - не унимался майор. - И потом, как мы будем выглядеть, если они его наградят.
- Это их дело. Идите лейтенант, принимайте батальон. По нашим меркам вы воевали отлично.
- Есть.
Мансур уже старший лейтенант и первый орден гордо сияет на груди.
- Ну как?
- Отлично. Прибыл к тебе в помощники.
- Это потом. Знаешь, меня сам военный министр принимал. Звездочку и орден там же дали. И газеты уже во... Смотри.
Мансур с какой-то женщиной улыбался объективу.
- А это кто?
- Гамиля, дочь командующего.
- Ого. Далеко пойдешь.
- Ну да, это фото. На самом деле, она меня терпеть не может.
- Обидел ее?
- Конечно нет. Характер дурной. Подумаешь, Кембридж окончила. Теперь форсит. Все не так. Ах, Шекспир, ах Байрон, ах Мерлин, ах, ах... Я ей тоже. Ах Клаузевиц, ах Гудариан, ах Ромель.
Я засмеялся.
- И что же она.
- А она и говорит: "Кстати, лейтенант, а вы знаете, что Клаузевиц был очень грамотным человеком, он часто цитировал Лукулла и Аристотеля, а фельдмаршал Ромель имел превосходную библиотеку, хоть и считался одним технарем". Ну ладно, если я об Аристотеле еще слышал, вроде филосов был, а вот Лукулл меня доканал.
- Но ты должен себя показать мужчиной.
- Это она показала себя женщиной, повернулась и ушла.
Мы еще поболтали и перешли к делам.
- Русские, тебя зовут Александр. Так?
- Да, это мое имя.
- Я тебя тоже буду звать так. Ты не против?
- Зови.
- Давай, Александр, принимай батальон. Сейчас он переформируется в Джали. Делай с ним, что хочешь, а я поеду в Каир. меня генерал вызывает.
- Поезжай Мансур, все будет хорошо.
Мне пришлось сколачивать батальон из старослужащих и нового пополнения. Мансур как укатил в Каир ,так в течении двух недель и не появлялся. За это время пришлось один раз сцепиться с израильской разведкой, когда несколько легких танков прорвалось к границе нашего лагеря. Я пинками выкидывал египтян из палаток, чтобы они заняли свои боевые места в машинах. Если бы не русские добровольцы, не знаю, что бы с нами было. Один израильский танк был подбит, остальные удрали.
Масур появился свежий, довольный и долго хлопал меня по плечу.
- У вас, говорят, была потасовка.
- Да подрались немного с разведкой.
- А я только среди недели хотел выехать к вам, как вызывает меня командующий и говорит: "Это ваш батальон вчера вступил в схватку с противником под Джали?". Ну я догадался, что это вы, так как других-то там нет, говорю: "Так точно". "За отличную выучку ваших солдат, за эту маленькую победу, награждаю вас медалью..." Я только рот разинул. Смотри, видишь... Я уже в дивизии считаюсь самым боевым офицером.
- Поздравляю. Хочу тебе сказать правду, я чуть троих твоих солдат не расстрелял за трусость.
- Так чего не расстрелял?
- Тебя ждал. Твоего решения. К тому же, может не стоит этого делать, отдать их в военную прокуратуру и все.
- Я знаю сам, что с ними делать. А ну, строй батальон.
Батальон жарился на солнце. Мансур выступил с краткой речью.
- Господа офицеры, солдаты. Трое наших единоверцев, нарушили заветы Аллаха, отказавшись ради сохранения своей ничтожной жизни, бороться против вероломных и ненавистных нам иудеев. Те захватили наши земли, сожгли наши дома, уничтожили наших соплеменников, а эти трое, вместо того чтобы бороться против них, помогали топтать нашу великую нацию. Нет им пощады. Именем Аллаха, как ваш командир я приказываю расстрелять их перед вами.
Трое измученных феллахов, одетых в военную форму, стояли связанные за нашими спинами, совсем не соображая о чем говорит Мансур, а тот продолжал:
- Господин лейтенант, командуйте взводом.
Вышел первый взвод и нестройным залпом повалил несчастных на землю. Лейтенант для верности выпустил в каждого из лежащих по пуле из нагана.
- Разойдись! - скомандовал Мансур.
Распаренные на солнце войска понуро разбрелись по своим местам.
- Тебе ни чего не будет, за этот расстрел?
- Мне? - удивился он. - А что может быть? Я считаю, что должна быть жесткая рука, чтобы всегда был порядок. Вспомни, ты расстрелял танк Сабира, когда тот удирал из боя, остальные как шелковые пошли сражаться и умирать. Вот это я считаю и есть дисциплина.
- Там в штаб пришла шифровка. Нас вызывают в штаб дивизии, - решил я прервать идиллию о сильной руке.
- Сейчас? Поехали.
В штабе дивизии, на мое удивление советником сидел Филипенко.
- Где вы, мать вашу, так долго болтались? Генерал чуть не заснул, дожидаясь вас.
- Мы наводили порядок, - скромно подал я голос.
- Порядки надо наводить в свободное от операций время, - вразумительно объяснил майор. - Идите вас ждет генерал.
Генерал ласково встретил нас. Он по европейки пожал каждому руку.
- Мансур, поздравляю с получением медали. Как Лола? Ты видел ее в Каире?
- Она уехала, господин генерал, в Александрию.
- Жаль, очень жаль. А Гамиля все шипит, как змея?
- Еще хуже, - Мансур засмеялся. - Так отбрила Магди при всем иностранном корпусе, что тот умчался с вечера.
- Это она может. Вернемся к нашим делам, господа. Господин майор, обратился он к Филипенко, - разъясните боевую задачу батальону.
- Итак, - начал майор, - по данным разведки, вот здесь сосредоточился битый уже нами танковый корпус противника. Он пополнился, окреп. После гибели самого командира корпуса, там появился умный и толковый генерал Рабин. Этот не полезет в холмистую местность и, используя тактическое превосходство своих танков, будет стараться оттянуть нас на равнину. Так вот, ваш батальон предпримет рейд и связавшись боем с танками Рабина отойдет сюда. Они должны клюнуть и выйти за вами в район за Эль-Кунтилла. Причем удобно было бы им обхватить вас в клещи и добить. Смотрите, вот отсюда с плоскогорья и из-за этой горы. Вы же отойдете сюда, за сухую реку. Здесь мы припрячем несколько орудий и постараемся задержать их. Задачи корпуса раскрывать вам не буду, но вы должны попытаться заманить противника в этот район. Задача понятна?
- Они нас перестреляют на этом голом месте, как собак, - не выдержал я.
- Да поможет вам Аллах! - сказал командир корпуса. - Вы, кажется свою задачу хорошо поняли. Выступаете завтра, утром.

Смерть всегда движется рядом - Кукаркин Евгений => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Смерть всегда движется рядом на этом сайте нельзя.