А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Петухов Анатолий Васильевич

Дай лапу, друг медведь!


 

На этой странице выложена электронная книга Дай лапу, друг медведь! автора, которого зовут Петухов Анатолий Васильевич. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Дай лапу, друг медведь! или читать онлайн книгу Петухов Анатолий Васильевич - Дай лапу, друг медведь! без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Дай лапу, друг медведь! равен 119.63 KB

Дай лапу, друг медведь! - Петухов Анатолий Васильевич => скачать бесплатно электронную книгу



Петухов Анатолий Васильевич
Дай лапу, друг медведь !
Анатолий Васильевич ПЕТУХОВ
Дай лапу, друг медведь!
Повесть
1
С рыбалки Валерка возвратился в полночь. Тяжелую связку окуньков он повесил в сенях на гвоздь, повыше, чтобы не достала кошка, осторожно прошел в кухню, легонько притворил дверь и замер. В доме было тихо, все спали. Выждав, пока глаза привыкнут к темноте, Валерка разглядел на столе тускло белеющую банку молока, одним духом опорожнил ее и на цыпочках проскользнул в спальню.
- Чего так долго? - раздался в темноте громкий шепот Лариски, младшей сестренки.
- К водянику в гости ходили, - так же шепотом отозвался Валерка. - А тебе давно пора спать! Ясно? - И, быстро раздевшись, нырнул под одеяло.
- И не говори. И не надо. Подумаешь - тайна!.. А я еще хотела что-то сказать...
Валерка уловил по голосу, что сестра чем-то взволнована, но спрашивать не стал: сама скажет, не утерпит. Он притворно зевнул.
- Не мешай спать. Все равно ничего не знаешь.
- Не знаю?! Это ты не знаешь! - Скрипнул матрац, Лариска села в своей кровати. - Я медведей видела, вот!
- По телевизору?
- Как бы не так! Живых, настоящих!
- Ну, ну... Ври больше!..
- Вру?! Да если хочешь знать, я с папкой на Стрелиху ездила! На мотоцикле. Дедко Макар пришел к нам и сказал, что на Стрелихе медведи овес едят. Вот мы с папкой и поехали. А медведи-то как побежат с поля! Один большущий такой, бурый, папка говорит - медведица, и еще три маленьких...
Валерка привстал, впился глазами в темноту, стараясь разглядеть лицо сестры.
- Ведь врешь!
- Честное октябрятское! Папка в город писать будет, чтобы охотников послали, а то медведи весь овес съедят... А они совсем, совсем не страшные! Медведица толстая такая! Побежит да оглянется, потом опять побежит. А медвежонки как шарики...
У Валерки в груди заныло: окажись он дома, отец, конечно, взял бы с собой его, а не Лариску.
- И близко видели? - спросил он, скрывая досаду.
- Не очень. Как от нашего дома и до рогозинского сарая.
До сарая соседей Рогозиных метров сто, не больше. Тут не только медведя - кошку разглядеть можно!
- А бежали быстро?
- Мне показалось, не быстро, а папка говорит - быстро. Он даже с мотоцикла выйти не успел. Только остановился, а их уже нету, в лес убежали...
Упустить возможность своими глазами увидеть настоящих медведей! Ведь даже взрослые далеко не все встречали этого зверя.
- Ты вот что, - строго сказал он, - о медведях языком не трепли. Поняла?
- А чего?
- Того!.. Раззвонишь по всей деревне, и начнут ходить всякие, медведей караулить... А мы... мы наблюдение будем вести.
- Да-а, - обидчиво протянула Лариска, - ты опять с Андрюшкой пойдешь, а мне дома сидеть?
- Зачем дома? Вместе ходить будем.
- Правда?!
- Конечно! А теперь спи.
Валерка считал, что подкарауливание медведей, как и ловля рыбы, не девчоночье дело. Но откажи сестре, и на другой же день вся деревня узнает, что на Стрелихе ходят в овес медведи и что Лариска - такая-то пигалица! - уже видела их. Повадятся туда старшеклассники, потом охотники приедут... А ему самому хотелось посмотреть медведей, хоть разочек на них взглянуть, чтобы потом, когда начнется учебный год, рассказывать об этом в школе и чувствовать себя героем...
Андрюшка Перьев, с которым вот уже второй год дружил Валерка, жил в противоположном конце деревни Овинцево. Перьевы переехали с починка Веселый Хутор и поставили свой дом на самом берегу речки Возьмы, чему Валерка очень завидовал: хоть купаться, хоть на рыбалку - сбежал с крылечка, и готово! Кроме того, у Перьевых была лодка - прочный, пахнущий смолой дощаник: день плавай, ни капли воды не просочится внутрь.
С этой лодки, собственно, и началась дружба Валерки с Андрюшкой. У Гвоздевых лодки не было, как, впрочем, и у остальных жителей Овинцева: Возьма - речка маленькая, порожистая, через нее где нужно мосточки перекинуты, а то и броды есть - на что лодка? Но отец Андрюшки Вадим Сергеевич был заядлый рыбак, вырос и жил на берегу лесного озера и с лодкой не мог расстаться: легкая плоскодонка и на малой речушке пригодится.
Ребята Овинцева сразу потянулись к Андрюшке - кому не хочется поплавать на лодке! Но Андрюшка оказался скучным и неинтересным: несусветный молчун, слова из него не вытянешь, да и к мальчишеским играм равнодушен. Поиграть в войну, в пиратов - ведь есть настоящая лодка, корабль! - так нет, лучше весь день будет торчать с удочками на каком-нибудь омутке.
Разочарованные мальчишки окрестили Андрюшку Могилой и отступились, а для своих игр, как и прежде, опять стали сколачивать на скорую руку плоты из досок да жердей. Плоты даже лучше, чем лодка: их при нападении можно топить, переворачивать, можно и вовсе разбить - никто слова не скажет.
Не отступился от Андрюшки Перьева только Валерка Гвоздев. И дело было не в том, что Валерка больше других любил рыбалку. Даже вовсе не в этом была причина неожиданной привязанности подвижного и всегда чем-то взбудораженного Валерки к медлительному и молчаливому сверстнику. В молчаливости Андрюшки, в его стремлении к уединению было что-то непонятное, таинственное и притягивающее. Пролетит ворона, проплывет мимо лодки лягушка или сядет на глянцевый лист кубышки зеленая стрекоза - на всем Андрюшка задержит взгляд. Казалось, он знает и видит что-то такое, чего не знают и не видят остальные...
Позднее, когда они сдружились, Валерка понял, что Андрюшка не такой уж молчун, каким казался. В уединении, подальше от деревни, где-нибудь на лесистом берегу Возьмы у костерка, Андрюшка любил раздумчиво, не торопясь рассказывать о жизни на Веселом Хуторе, о рыбалке, о лесе. Знал он в свои неполные четырнадцать лет действительно много и многое успел повидать, живя в лесной глуши на берегу озера...
Утром, когда Валерка пришел к Перьевым, Андрюшка был в огороде. Он бережно раздвигал уже начинающие желтеть огуречные плети, аккуратно срывал спелые огурцы и клал их в большую плетеную корзину. Валерка заметил, что у раскрытого окна сидит Андрюшкина бабка и смотрит на работу внука. И он тоже склонился над грядкой, будто помогая Андрюшке, и взволнованно прошептал:
- Ты знаешь, на Стрелихе медведи в овес ходят!
- Ну и что? - равнодушно отозвался Андрюшка.
- А то! Лариска вчера четырех медведей там видела.
- Врет.
- Правда видела! Отец вечером на мотоцикле туда ездил и Лариску с собой брал. Приехали на поле, а медведи в овсе. Медведица с медвежатами. Я велел Лариске никому об этом не говорить, а сам думаю: что, если нам с тобой засидку на Стрелихе сделать?
- Лерко! - раздался строгий голос бабки Перьихи. - Ты ежели пособлять пришел, дак путем пособляй, а не мешай парню дело делать!..
- Я и так помогаю! - огрызнулся Валерка и искоса глянул на Андрюшку: - Ну, так чего?
- Можно. Только надо с дедком Макаром посоветоваться, как лабаз делать.
- Какой еще лабаз? - удивился Валерка.
- Охотники, когда на медведей охотятся, лабаз делают. На деревьях.
- А, знаю! Это такие палки, на которых сидеть. На Крутихе есть. Туда же прошлый год охотники ездили... Можно сходить и посмотреть.
- Ездили, да медведя не убили - что толку? А дедко Макар, отец говорил, раньше много медведей бил. К нему надо. Вот соберем огурцы и пойдем.
2
Дед Макар, в прошлом известный охотник, одиноко жил в небольшой, но еще крепкой избушке. Жена его умерла давно, и старик только тем и занимался, что целыми днями плел корзины да кузова. Его большими прочными корзинами для сбора картошки были обеспечены все бригады колхоза, с его корзинами ходили в лес за грибами и ягодами все однодеревенцы, от мала до велика. И когда Валерка и Андрюшка зашли в малюсенький светлый домик, старик, как всегда, сидел на низеньком стуле и занимался своим кропотливым делом.
На полу лежал ворох длинных сосновых лучин, а под столом и на лавках, у комода и в углу возле печки стояли белые, с легкой розовостью новенькие корзинки. Одна из таких корзинок, еще недоделанная, с торчащими кверху лучинами, лежала на коленях старика. Приятно пахло смолой и непривычной для избы лесной свежестью.
- На-ко вот, гости пришли! - воскликнул дед. Он проворно поднялся и стал освобождать деревянную лавку, рассовывая корзинки по углам. Проходите сюда, садитесь!
Как всякий человек, подолгу живущий в одиночестве, он был искренне обрадован приходом ребят.
- Не беспокойтесь, дедушка! Мы ненадолго, - сказал Валерка и первым прошел в горницу.
- А мне ведь не жалко, - улыбнулся старик, - сидите хоть до завтра!
Был он худ и костляв, на сутулой спине торчали лопатки, но по тому, как улыбался и говорил, чувствовалось, что дед в полном здравии и в хорошем настроении.
- Мы посоветоваться пришли, - опять сказал Валерка. - Собираемся медведей на Стрелихе покараулить, а как лабаз делать, не знаем.
- Вон чего!.. - Старик с пристальным любопытством вгляделся в лица ребят. - А не боитесь медведя-то?
- Чего его бояться? - бодро ответил Валерка. - Он сам людей боится.
- Это правда, - подтвердил дед. - Людского духу зверь пуще всего не любит... А ружья у вас есть?
- Мы так, без ружей, - смутился Валерка. - Только посмотреть...
- Понимаю, понимаю, - закивал старик. - Ежели увидеть, разницы нету, что с ружьем, что без ружья... Да... Охота бы вам пособить!.. Попробуйте, может, и выйдет чего... А лабаз делать просто. Возьмите доску, да крепкую палку, да веревочку. Тоже крепкую. Больше ничего и не надо. Найдите на краю поля две деревины посуковатее и чтобы рядом стояли, доску - на сучья, от одного дерева к другому, чтобы ловко сидеть, а пониже, опять же на сучья, палку приладьте, под ноги. Вот и все. Доску и палку привяжите веревочкой, а то ненароком соскользнут с сучьев-то, тогда и упасть недолго.
- А делать высоко? - спросил Андрюшка.
- Высоко не надо. Сажени две от земли, и хватит. По-нонешнему метра четыре... Сучки, которые глядеть мешают, уберите, чтобы поле хорошо видать было. А то, как смеркнется, любой листочек помехой станет. Сидеть, конечно, надо тихо. Шевелиться нельзя, говорить нельзя, а курить - боже упаси!
- Что вы, дедушка! Мы же не курим! - вспыхнул Валерка.
- Понимаю!.. Я уж так, заодно сказал.
- Спасибо! - поблагодарил Валерка старика. - А то мы хотели на Крутиху бежать, прошлогодние лабазы смотреть.
Деда Макара передернуло.
- На Крутихе - лабазы? Тьфу! - Он сплюнул на пол и растер подошвой подшитого валенка. - То не лабазы, а срамота одна, архитура какая-то. Столько нагорожено кольев да жердей, что и заяц за версту увидит. Гвоздей по фунту страчено. Только деревья спортили, пакостники!.. Лабаз неприметным должен быть и чтобы человека на нем не видать было. Вот как!..
3
Когда-то на Стрелихе, на этом длинном поле, с трех сторон окруженном лесом, был хутор. Жил на том хуторе большой угрюмый мужик по прозвищу "Стрелец". Прозвали его так за то, что будто бы давным-давно то ли его прадед, то ли дед прадеда служил во времена Петра Первого в стрельцах.
Хуторянин умер вскоре после революции от тяжелой болезни, которая скрутила его в одночасье. Оставшись одна, бездетная вдова Стрельца Марфа забросила хозяйство и стала жить тем, что каждодневно ходила в Овинцево нянчить ребятишек.
Ни яслей, ни детских садов в ту пору не было, и Марфа Стрелиха очень выручала семейных женщин. Кто бы ни попросил ее поглядеть за ребятишками, к каждому она с готовностью шла на помощь. Соберет десяток, а то и больше ребят и забавляет их - сказки рассказывает, песенки, самой же придуманные, напевает. В обеденный час всех накормит, напоит, самых малых спать уложит, а тех, кто постарше, на улицу выведет, чтобы сон младшеньким не сбивали; и ходит с ними, как квочка с цыплятами.
В деревню Марфа Стрелиха так и не переселилась и каждый вечер ходила ночевать в свою избу, которую деревенские мужики время от времени подправляли в благодарность за добрые услуги хозяйки.
Умерла Марфа на своем хуторе старой-престарой, уже после войны. Дом свой она завещала сельсовету "на благо малым детишкам". Но изба оказалась настолько ветхой, что ни на что не годилась, и сельсовет вывез ее на дрова для колхозного детсада. На месте хутора остался лишь небольшой бугорок да высокая развесистая береза, что росла под окнами дома.
С тех пор широкое поле, что окаймляло былой хутор, так и называлось - Стрелиха, под этим названием значилось оно и во всех колхозных документах.
На бугорке, где прежде стоял дом, густо разрослись ивовые кусты. Каждую весну трактористы опахивали этот крохотный клочок земли с высокой березой да зарослями ивняка. Но когда председатель колхоза распорядился выкорчевать кусты и старую березу, чтобы они не мешали в работе, колхозники Овинцева, те самые, которых в малолетстве пестовала старая Стрелиха, не позволили выполнить это распоряжение: для них береза была памятью о славной и доброй женщине. Так эта береза и стоит до сих пор посреди поля.
- Давай тут! - предложил Валерка, оглядывая старое дерево. - Видишь, какая она суковатая, и все поле с нее видать!
Андрюшка возразил:
- Дедко Макар сказал, что на краю поля делать надо. А на этой березе медведь сразу нас увидит.
Долго бродили ребята вокруг Стрелихи, подыскивая подходящие для устройства лабаза деревья. Валерка таскал под мышкой длинную доску, а Андрюшка - прямой березовый кол. Они уже не раз влезали на приглянувшиеся осины и березы, но приладить доску, чтобы она была незаметна и держалась крепко, не удавалось.
- Попробуем еще здесь, - предложил Андрюшка, остановившись возле трех берез, растущих из одного корня.
Валерка задрал голову. Толстые белые стволы с зеленоватыми узорами лишайников на коре метров на пять от земли не имели ни единого сучка. Зато выше сучья были корявые и толстые.
- Высоко лезть. Без сучьев-то... - с сомнением сказал он.
- Заберемся! - И Андрюшка первым полез на березу, которая была потоньше.
Грузный и мешковатый, он лез неуклюже, обхватывая березу руками и ногами, при этом надсадно пыхтел, но все же подвигался вверх и добрался-таки до нижнего сука. Взгромоздившись на этот сук, он протянул руку вниз:
- Давай доску!
Валерка вставал на цыпочки, но подать доску не смог - она оказалась коротковатой. Тогда Андрюшка вытащил из кармана бечевку, размотал ее и конец спустил Валерке.
- Привяжи к доске!
Все получилось ловко. Андрюшка поднял на веревочке доску, положил ее на сучья, потом таким же способом принял от Валерки березовый кол.
- Лезь, все готово.
Валерка забрался на березу только с третьей попытки.
- Смотри, как крепко! - полушепотом сказал Андрюшка и потрогал доску. - Даже привязывать ничего не надо.
Друзья уселись рядышком, поставили ноги на березовую палку, огляделись. Край поля просматривался с шестиметровой высоты великолепно. Несколько редколистных веточек, которые оказались на уровне глаз, нисколько не мешали обзору.
- И все-таки их надо обломать, - сказал Андрюшка, вспомнив наказ деда Макара: "Как смеркнется, любой листочек помехой будет".
Но обломать ветки оказалось совсем не просто. Они были на концах толстых сучьев, рукой не дотянешься, и по суку приблизиться нельзя - под тяжестью тела сук прогибался и концевые веточки отдалялись еще больше. Однако Андрюшка и тут нашел выход. Он снял кол, что был положен под ноги, к концу его крепко привязал раскрытый складной ножичек, и теперь этим орудием обрезать тонкие ветки не составило труда.
- Вот и порядок! - удовлетворенно сказал Андрюшка, когда березовый кол опять лег на свое место, под ноги.
Между тем время шло, и на поле спустилась тень.
- Все, молчим, - шепнул Валерка и замер, приготовившись слушать и смотреть во все глаза.
Андрюшка засунул руки в карманы брюк, втянул голову в плечи, чтобы воротник куртки прикрывал шею, и, как сыч, уставился на поле большими, широко расставленными глазами. В желтом, с легкой прозеленью овсе по кромке поля он сразу увидел беспорядочно проложенные узкие тропки. Местами эти тропки как бы расширялись, и сверху было видно, что там высокий густой овес смят, стебли перекручены. И он вдруг понял: тропки проложены медведями, а там, где овес смят и перекручен, звери кормились. Но это же всего в пяти-шести метрах от берез, на которых устроен лабаз! От волнения Андрюшка начинает сопеть.
Внизу что-то прошуршало и смолкло. Потом опять шорох... Затаив дыхание, ребята медленно наклоняют головы и напряженно смотрят вниз. А там - наполовину усохшая трава, прошлогодние листья, сучки - и никого! Но шорох слышится явственно. Там кто-то ползет или крадется. Может, это пробирается к полю медвежонок?
- Мышь, - чуть слышно шепчет Андрюшка.
Но Валерка и сам уже видит рыжую мышь с темной полоской вдоль спины. Мышь то показывается, то исчезает в траве. И все короткими перебежками подбежит и остановится, то ли вынюхивает что-то, то ли слушает. Ребята, затаившись, глядят на нее, будто видят впервые в жизни.
Мышь убежала, и опять тишина. Но ненадолго. Снова, теперь справа, шуршат чьи-то шаги. Ребята, как по команде, поворачивают головы: это уже не шорох мыши, а именно шаги! Кто-то идет осторожно, мягко ступая по земле. Но кто может тут ходить, кроме медведя?
Шаги все ближе и ближе. Валерка чувствует, как у него начинает сохнуть во рту, а Андрюшка, чтобы не сопеть носом, открывает рот и почти не дышит.
Но и это оказывается не медведь, а всего лишь обыкновенный зайчишка. Серенький, лопоухий и длиннолапый. Прыгает себе полегоньку, и ребята, глядя на него, понимают, что каждый такой прыжок они принимали за шаг. Им и смешно и невыразимо интересно смотреть сверху на зверька, который не подозревает, что за ним напряженно следят две пары человеческих глаз.
Заяц проскакал краем лесочка и нырнул в овес - тоже кормиться пришел!..
Смерклось. Откуда-то появились зеленоватые крохотные пичужки. С отрывистым стрекотом они перелетали с ветки на ветку, от дерева к дереву. Одна пичужка чуть было не опустилась на голову Валерки, но, встретив его взгляд, испуганно пискнула, затрепыхала полупрозрачными крылышками, поджав к животу тонюсенькие черные лапки, и взвилась в вышину.

Дай лапу, друг медведь! - Петухов Анатолий Васильевич => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Дай лапу, друг медведь! на этом сайте нельзя.