Уханова Полина - Ночной переполох 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Певзнер Керен

Ее последний круиз


 

На этой странице выложена электронная книга Ее последний круиз автора, которого зовут Певзнер Керен. В электроннной библиотеке zhuk-book.ru можно скачать бесплатно книгу Ее последний круиз или читать онлайн книгу Певзнер Керен - Ее последний круиз без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Ее последний круиз равен 69.71 KB

Ее последний круиз - Певзнер Керен => скачать бесплатно электронную книгу



Певзнер Керен
Ее последний круиз
Керен Певзнер
Ее последний круиз
ЗНАЕТЕ ли вы, какое в Израиле мороженое? Это песня, поэма, холодная и искрящаяся. Нежные сливки тают во рту, язык ощущает кусочки свежих персиков и ананасов, ароматный сок клубники перемешивается с замороженным йогуртом. И все это для того, чтобы доставить тебе, Валерия, неизъяснимое наслаждение во время длинного средиземноморского лета.
Поглощая фисташковое мороженое прямо из пластиковой баночки, я лениво рассуждала о том, что не все так плохо устроено на этой земле. И если кем-то был придуман палящий зной, то кто-то другой противопоставил этому зною кондиционеры, юбки-саронг и более сотни видов мороженого.
Тщательно выскоблив баночку, я с сожалением выкинула ее в корзину для бумаг и повернулась к компьютеру. Дел было по горло. Несмотря на летнюю лень и желание спрятаться в темной прохладе, клиентов у меня по-прежнему хватало. Люди не переставали приезжать на Землю Обетованную, а значит им требовались копии документов на государственном языке и мои скромные услуги в качестве переводчика, советчика и няньки с правом подписи.
На экране светился очередной лист экзаменационных оценок, который мне нужно было перевести. И я начала машинально бить по клавишам, вспоминая, как будет на иврите сопромат и теормех.
А мысли тем временем витали далеко. Хотелось синего неба и соленых брызг в лицо, и чтобы ветер развевал неплотно запахнутую юбку. И лежать в шезлонге под цветастым грибком и посасывать через соломинку ледяной грейпфрутовый сок. И прислушиваться к звону льдинок в высоком бокале, и еще, и еще...
Надо мной склонился полуобнаженный официант с бабочкой на загорелой шее. Он предлагал мне мороженое в запотевшей вазочке. Мое любимое, с шоколадными чипсами. И тут затренькал "Турецкий марш". Официант рассеялся как дым, испугавшись такой бездарной аранжировки, а я схватила свой неразлучный сотовый.
- Алло, я слушаю.
- Госпожа Вишневская? - спросил меня мужской голос.
- Да, это я.
- Меня зовут Элиэзер Гарвиц, координатор по связям с общественностью фирмы "Шуман и сыновья". Ваша контора находится на Соколова?
- Да.
- Вы могли бы уделить мне время? Скажем, с четырех до пяти? - голос господина Гурвица был настойчив.
- Да, - я ничего не могла с собой поделать. Мой собеседник строил беседу по классическим карнегианским приемам: он не давал собеседнику возможность отрицательного ответа.
- Отлично, ровно в четыре вас будет ждать машина. Вы приедете к нам, а потом вас отвезут обратно. Устраивает?
После последнего своего "да" я выключила сотовый и откинулась на спинку вращающегося стула. Я была обескуражена, и в то же время мне хотелось смеяться. Фирма "Шуман и сыновья" являлась крупнейшей в Израиле компанией по производству мороженого, а один из ее филиалов находился в Ашкелоне, в городе, где на улице Соколова уже два года работала переводческая контора Валерии Вишневской, вашей покорной слуги.
Следовало предупредить дочь на случай задержки. Ведь я до сих пор не знала, с чего вдруг моя персона заинтересовала мороженщиков.
- Дарья, привет! Ты дома?
- А кто, по-твоему, снял трубку? - хмыкнула она, но я оставила без реакции ее сарказм.
- Я сейчас уезжаю на фабрику мороженого "Шуман и сыновья".
Дарья восторженно взвизгнула:
- Класс, мамуля! Мы там были на экскурсии. Я три стаканчика съела. Домой принесешь мороженого?
- Не думаю... Меня по делу зовут.
- По какому?
- Приду - расскажу. Бай, дорогая.
Вот теперь можно было отправляться в сладкое царство Снежной Королевы.
У входа уже стояла машина, разукрашенная рекламой брикетов и вафельных стаканчиков.
До фабрики доехали быстро. Жуткие строения промышленной зоны промелькнули в несколько минут, истошный запах рыбы с рыбокомбината тоже остался позади, и водитель притормозил перед белым зданием с огромной сине-красной вывеской "Шуман и сыновья".
Охранник при входе, удостоверившись, что перед ним стоит именно госпожа Вишневская, сообщил, что меня ждут на четвертом этаже в комнате 404. Через пару минут я оказалась в кабинете господина Элиэзера Гарвица. Тот оказался плотным коротышкой, вылитым мистером Пиквиком в круглых очках, излучавшим добродушие и радушие.
- Валерия, дорогая, вы позволите вас так называть? - толстячок широко улыбнулся, а я обратила внимание на таившийся в глубине глаз некий стальной блеск, напоминающий, что координатор по связям совсем не так прост, как кажется. - Присаживайтесь, что вы будете пить?
Вспомнив свои недавние грезы, я ответила:
- Грейпфрутовый сок.
Просторный кабинет был устлан темно-вишневым паласом. Два массивных стола изображали букву "Т". Вдоль стен выстроились не менее двадцати стульев. Этот кабинет явно предназначался для совещаний и представительских визитов. Стены, вместо полагающихся в таком интерьере пейзажей, украшали две яркие фотографии полуобнаженных красоток, томно облизывающих пломбир на палочке.
Гарвиц достал из маленького холодильника запотевшую бутылку грейпфрутового сока с мякотью, перелил в стакан, воткнул соломинку и протянул мне.
- Благодарю вас, - я отпила немного и продолжила. - Итак, для чего вам понадобилась моя скромная персона, господин Гарвиц?
- Просто Элиэзер, к чему в такую жару эти условности? - он поправил очки и спросил. - Вы, конечно, знаете, что каждая уважающая себя компания выбирает лицо фирмы?
- Да, - кивнула я. Черт возьми, он опять меня вынуждает... Ох, непрост этот мистер Элиэзер Пиквик!
- И в этом году мы решили выбрать девушку или молодую женщину, лицо которой в точности отражало тенденции в современной моде, культуре и...
Я поперхнулась. До меня дошло, зачем я здесь. Но эта мысль была более чем странной. Вытаращив на Гарвица глаза, я успела пробормотать сквозь кашель:
- И вы... Вы решили, что я буду вашим лицом?! То есть лицом вашего мороженого?!.
Вероятнее всего, моя физиономия сейчас могла бы быть исключительно лицом, рекламирующим американские горки - от кашля у меня глаза вылезли из орбит.
- Ну что вы, Валерия, - Гарвиц подскочил ко мне и похлопал по спине, Хотя ход ваших мыслей мне нравится. Это так по-женски! Просто мы проводим конкурс: лицо фирмы "Шуман и сыновья". Победительница получает солидный приз, подарки и годовой контракт с нашей фирмой. Она будет рекламировать мороженое "Элегия Шумана" - лучшее мороженое Израиля! - Элиэзер зажмурился как кот на солнышке. Вот что значит отличный аутотренинг - у меня даже слюнки потекли, так захотелось этой элегии. Жаль, что сегодняшнюю норму я уже выкушала.
Гарвиц открыл глаза и уставился на меня сквозь отражающие стекла.
- И вы нам в этом поможете! Мы устраиваем круиз на греческие острова. Конкурс будет проведен во время путешествия на роскошном лайнере "Афродита". Не волнуйтесь, круиз продлится только несколько дней, и вы ненадолго отлучитесь от своей основной работы.
- Простите, Элиэзер, но я все-таки не понимаю.
- После тщательного отбора мы выбрали восемь кандидаток. Все красавицы, высокие, стройные. Но четыре из них совсем свеженькие репатриантки из России, иврит знают плохо. А ведь им надо будет давать интервью, производить впечатление. В конце концов кому-то просто надо быть возле них. И вот наше руководство решило выбрать вас, дорогая Валерия, для выполнения этой нелегкой, но вместе с тем, и приятной задачи. Теперь вам понятно?
Осторожно отпив из бокала, я ткнула соломинкой по направлению к картинам:
- То есть они будут вот так сниматься, а я буду рядом переводить в случае необходимости. Верно? И больше от меня ничего не потребуется?
- Ну... - координатор замялся. - Вы же сами понимаете, Валерия, круиз, множество мужчин с фотоаппаратами, красивые девушки... Конечно, у нас будет служба безопасности, но все равно, нужен глаз да глаз. А у вас прекрасная репутация! Мне рассказывали, что вы замечательно справляетесь с подобными обязанностями, опекой и прочее... Мы навели справки.
- Нет, господин Гарвиц, вы уж точнее выражайте ваши мысли, - браво, Валерия, ты смогла сказать "нет". - Вы меня приглашаете переводчиком или дуэньей, надзирательницей за вашими красавицами? Они будут скакать из постели в постель, а я за ними по всему кораблю гоняться? Ловить этих вертихвосток? У меня дочь почти их возраста, так я себе не позволяю за ней хвостом ходить, я на ее разум полагаюсь!
- Успокойтесь, дорогая! Никто вас и не будет заставлять следить за ними. Но вот быть рядом, помочь, в случае чего, выйти из щекотливой ситуации - с вашим умом и жизненным опытом... Мы и в контракте это укажем, - Гарвиц весь раскраснелся от натуги.
- Что укажете?
- Ваши особые полномочия. И девушкам вас представим. Все сделаем так как нужно. Я приложу все усилия. Когда вы сможете дать нам ответ?
Ах, они и время на раздумье дают! Ну что ж...
- Через два дня. Но мой ответ будет зависеть...
- От суммы контракта! - перебил он. - Ну конечно, конечно!
Остальное время мы посвятили обсуждению финансовых проблем. На прощанье Гарвиц дал мне папку с фотографиями и короткими биографиями девушек.
- А это для вашей дочки, - он протянул мне увесистый пакет с рекламой "Шуман и сыновья". Пакет был холодным.
- Спасибо, Элиэзер. До встречи.
Рекламный автомобильчик ждал меня у входа, и так как с мороженым возвращаться в контору мне не хотелось, я попросила водителя отвезти меня в Разбойничий тупик на Самсоньевку - именно так, в вольном переводе с иврита, звучало название моей улицы.
x x x
Дарья, одетая лишь в майку на три размера больше чем нужно, открыла мне дверь.
- Это тебе, - сказала я, протягивая ей пакет. - Сказали, передать лично, в собственные руки.
- Молодец, мамуля! - она чмокнула меня в щеку и вывалила на кухонный стол содержимое пакета. Во все стороны покатились стаканчики и брикеты в пестрых обертках. - Ну, этого мне теперь на неделю хватит!
- Смотри, не лопни, - предупредила я, но ее на кухне уже не было. Схватив пломбир, она удалилась в свою комнату.
Сняв туфли с двенадцатисантиметровыми каблуками, я с удовольствием растянулась на диване в гостиной, но тут же вскочила. Мороженое продолжало лежать на столе.
- Даша! - закричала я, надеясь, что она меня услышит из-за закрытой двери. - Спрячь мороженое в морозилку!
- Да, мам, кстати, - спросила Дарья, облизывая палочку от пломбира, - а зачем тебя туда звали?
- Они выбирают "лицо фирмы". Чтобы с их мороженным фотографировалась.
- Так значит тебя... - Дарья даже отставила палочку и с восхищением посмотрела на меня.
- Моя дочь! - радостно констатировала я и чмокнула ее в макушку. - Я подумала то же самое. Но выбирают не меня.
- А кого? - чуть ли не обиженно спросила она и продолжила прерванное занятие.
- Нашли восемь девиц, длинноногих блондинок и будут выбирать среди них.
- А ты?
- А я буду за ними присматривать. Как за тобой, - пояснила я.
Дарья отложила в сторону до блеска облизанную палочку, после чего эффектно повела плечами и выдала:
- Если ты за ними будешь смотреть как за мной, они у тебя через день в море попадают. Скажи спасибо, что у меня компьютер есть... Он для меня и нянька, и сторож.
Ну что поделаешь с этой современной молодежью?!
x x x
Теперь нужно было сообщить новость моему другу Денису Геллеру. Мы с ним мирно уживаемся, несмотря на то, что он моложе меня на семь лет, имеет склонность к резонерству. После того, как его мамочка вышла замуж и укатила с новым мужем в Америку, Денис стал после продолжительного рабочего дня на благо родной фирмы по программному обеспечению приходить ко мне, и я успеваю рассказать ему все, что приключилось со мной за ближайшие сутки.
Жизнь после отъезда "молодых" в свадебное путешествие упорядочилась. Утром контора и переводы, вечером телевизор и редкие выезды к друзьям, ночью интернет и секс. Рутина.
Новость Денису понравилась.
- Представляешь, - рассказывала я ему, - он так и сказал: "Нам вас порекомендовали...". Интересно, кто это мог быть?
- Да тебя весь город знает, - ответил Денис, ковыряя вилкой салат. Наверное, нашлась добрая душа.
- Ужасно хочется поехать, - мечтательно сказала я и зажмурилась. Совсем тут закисла.
Когда я разлепила глаза, то увидела, что он не ест, а смотрит на меня изучающим взглядом.
- Ты чего?
- Ох, Валерия, попадешь обязательно в какую-нибудь историю, - сказал он озабоченно. - Тебя же к морю близко подпускать нельзя, так и норовишь спрыгнуть.
Это он намекал на ту историю с яхтой, когда меня выкинули за борт. Но я же не сама треснулась, меня огрели по голове! Конечно, не стоило лезть в чужие документы, но это так, к слову. И вообще, дело прошлое.
- Ты совсем как Дарья рассуждаешь, - возмутилась я. - Она считает, что у меня девицы в море попрыгают, а тут ты еще... Нехорошие вы, уйду я от вас!
- Ладно, не кипятись, - миролюбиво заметил Денис. - Вот только на кого ты дочку собираешься оставить?
- А ты на что? - удивилась я. - Девка вымахала будь здоров, пятнадцать лет, сама сможет шницель в микроволновке разогреть. Инструкции по пользованию ключом, газом и телефоном знает с шести лет. Я наготовлю перед отъездом. Какие проблемы? Давай лучше посмотрим, с кем мне предстоит работать.
Сложив в раковину посуду, я раскрыла на кухонном столе папку с фотографиями конкурсанток.
- Цветник! - удовлетворенно прокомментировал Денис. - Слушай, а давай я вместо тебя поеду! Иврит я знаю, манеры у меня очень приличные, сама знаешь. Только вот рекомендации достану и вперед...
- Сейчас... - я замахнулась на него кухонным полотенцем. - Пусти козла в огород... Интересно, откуда ты достанешь эти самые рекомендации?
- Оттуда...- задумчиво пробормотал он, рассматривая одну фотографию. Вот эта мне положительно нравится.
Девушка была роскошная. Не буду перечислять набившие оскомину штампы типа "ноги от ушей", тем более, что ног на портретном фото не было видно. Но вот глаза... Ярко-зеленые, с поволокой, они смотрели так пронизывающе, что я даже вздрогнула.
Совершенный овал лица, густая копна каштановых кудрей с рыжиной и легкая россыпь веснушек в сочетании с умным серьезным взглядом делали из простой альбомной фотографии произведение искусства.
Но на Дениса ее глаза произвели иное впечатление.
- Смотри, Лера, как прекрасно выдержана цветовая гамма! Все эти оттенки зелени, терракоты и фона кофе с молоком классно смотрятся ну, хотя бы, по сравнению с этой, - он взял фотографию девицы с выбеленными волосами, вишневыми губами и курносым славянским носиком. Этакая Барби воронежского разлива. - Знаешь, будет жаль, если у моей красавицы на глазах окажутся линзы, а на носу нарисованные веснушки.
- Да кто же их специально рисовать будет? - удивилась я - Их же выводят лимонным соком и отбеливающим кремом.
- Э-э, подруга, не скажи, - возразил он. - Веснушки вызывают в мужиках стремление опекать беззащитную девочку. Признак детства.
Мне почему-то вспомнилась Ирка Сокирянская, моя однокурсница. У той лицо было, как яйцо пеструшки, в пятнах, величиной с копейку. Она жутко комплексовала, и ходила с вечно воспаленной кожей, втирая всякую гадость, вплоть до ртути. Ей кто-то сказал, что ртуть обладает отбеливающими свойствами. В конце концов, после долгих бесплодных усилий в борьбе с собственной внешностью, она вышла замуж за первого отличника нашего факультета. У него зрение было минус восемь, и Инку он считал писаной красавицей.
- А кто еще тебе здесь нравится? - спросила я, подвигая к Денису остальные фотографии.
- Вот эта неплоха, эфиопочка. Я представляю ее, облизывающую эскимо на палочке. Такое сплошное кофе с молоком. Очень сексуальное зрелище!
Темнокожая девушка состояла из одних глаз и кудряшек. В профиль вылитая Нефертити. Повернув фото, я прочитала на обороте имя: Рики.
- Ее зовут Рики, - сообщила я Денису. - Рики-Тики-Тави. Очень мило.
- Все! - решительно сказал он и отодвинул от себя фотографии. Остальные не стоят внимания. Пошли спать.
x x x
Своих подопечных я увидала только на "Афродите". У причала собралась толпа провожающих. Глаза слепило от фотовспышек, уши глохли от криков, музыки и шума механизмов. Казалось, полгорода пришли нас провожать. Все вместе очень напоминало декорацию знакомого фильма, и я машинально искала глазами фигуру сеятеля, разбрасывающего облигации государственного займа. Сеятель не появился, я опомнилась и, быстро пройдя паспортный контроль, очутилась на внешней палубе.
У поручней при входе стоял Гарвиц, который радостно бросился мне навстречу:
- Валерия, дорогая, вы уже здесь! Ценю вашу пунктуальность. Давайте, забрасывайте вещи в каюту и возвращайтесь. Девочек скоро привезут, - он произнес это таким образом, словно девочки были частью багажа.
Каюта оказалась небольшой, одноместной и очень уютной. У меня не было времени осматривать все хромированные и полированные штучки, поэтому я положила свой саквояж на застеленную кровать и вышла в коридор.
Мне тут же стало слегка не по себе. Еще никуда не тронулись, а голова уже закружилась, к горлу подступил противный ком. Я невольно пожалела, что ввязалась в эту авантюру - мой вестибулярный аппарат отказывался прилично себя вести.
На мгновение закрыв глаза, я прислонилась к стене коридора, и почувствовала, что кто-то дотронулся до моего плеча.
- Вам плохо?
- Нет, все уже прошло, - ответила я, с усилием прогоняя темноту в глазах.
Передо мной стоял молодой человек в очках-консервах, закрывающих пол-лица. Они делали его похожим на шофера тех времен, когда автомобили еще называли самодвижущимися механизмами. Висевший на шее фотоаппарат с огромным объективом и оттопыренные жилетные карманы указывали, однако, на другую профессию.
- А я уже заволновался. - улыбнулся фотограф. - Ваша каюта на этой палубе?
- Да, - кивнула я, и от этого движения пол ухнул куда-то вниз.
- Держитесь, - подхватил он меня. - У вас самая настоящая морская болезнь. Надо ходить и не смотреть под ноги. Тогда привыкнете. Вам нужно куда-то идти? Хотите, я вас провожу?
- Да, если вам не трудно, - прошептала я.

Ее последний круиз - Певзнер Керен => читать онлайн книгу далее

Комментировать книгу Ее последний круиз на этом сайте нельзя.